Читаем без скачивания i bea48bc5b4563f46 - Admin

  - Цицеро-он... - протянул Арамис. - Или даже два.

  - Улететь никогда не поздно! - с азартом повторил Граната, и глаза его сверкали, как лучи индивидуального стрелкового оружия стафлов.

  Любое разумное существо в необъятной Вселенной, имевшее дело со спиртными напитками, знает, как трудно отказаться от предложения, сулящего новый виток праздника. Тем более, если повода отказываться от предложения, в общем-то, и нет. Ведь не нужно спешить в казарму, и завтра никто не заорет над ухом: "Подъем!" И те галеры, что должны доставить отпускников в разные концы Империи, сегодня вечером летят действительно не в последний раз. Правда, Портос попытался возражать, потому что следующий рейс до Вери Ромы был только через сутки. Но Граната тут же отмел все сомнения Ломанса, заявив, что он, Граната, лететь на Единорог раздумал. Он еще бог знает сколько проторчит здесь, на Нова-Марсе, потому что ему здесь нравится. Составит Портосу компанию и усадит того на очередную галеру. Лично заведет под белы рученьки. Годзилла вслед за Портосом тоже что-то там забормотал насчет девушки и негодяя Рафика, но почти тут же махнул рукой, хватил еще коньяка и зачавкал отварными плавниками. Атос хоть и не выказал особенного восторга от перспективы задержаться на Нова-Марсе, но аргументов не нашел и кивнул в знак согласия. Да и разве можно отказывать приятелям? Арамиса уговаривать не пришлось. Ну а уж Габлер и вовсе не видел, почему бы благородным файтерам не остаться еще на денек в этом прекраснейшем городе и не получить максимум удовольствия.

  Отпускники долго возились с унидесками, пытаясь вникнуть в расписание и определиться с рейсами. А определившись, сняли предыдущие заказы и заказали новые билеты, на третье августа. И еще на всякий случай забили номера в отеле "Коктебель" (и тут "Коктебель"!), хотя ночь каждому из них, скорее всего, предстояло провести не в отеле, а в другом месте. С хошкой. Или даже не с одной. Но решили подстраховаться, пока более-менее соображали - мало ли какой мог получиться расклад...

  Посидев в кабаке еще немного, как-то вдруг нашли в себе силы подняться - море манило. Искупаться и протрезветь, чтобы потом вновь напиться - ради этой высокой цели стоило покинуть кабак "Сильван в бокале".

  - И десять бутылок "Бокала в Сильване" с собой! - спохватился Портос, когда компания нетвердой походкой уже направилась к двери. - То есть, "в бокале"... ну, ты понял...

  Вино мгновенно принесли, и файтеры распихали бутылки по нэпам, которые не остались забытыми на полу.

  - Эх, держись, Александрия! - завопил Граната, ногой распахивая дверь.

  Уже довольно высоко вскарабкавшееся в небо солнце смотрело на него с веселой улыбкой.

  Глава 7. Гулять так гулять!

  Крису никогда не доводилось попадать под цунами, но он знал, что это такое и видел в объемках и ньюзах. Гигантская волна обрушивалась на берег и сметала все на своем пути, и не было от нее спасения...

  Сейчас он представлялся самому себе именно такой волной, и шагающие рядом товарищи-файтеры были неотъемлемой частью его самого, Габлера-цунами. Все рушилось и рассыпалось в прах, не в силах устоять перед его неумолимым и неудержимым напором. В пыль превращались роскошные здания, лепешками разлетались из-под его ног всякие транспортные средства, все живое разбегалось в страхе, и пустыней становились разгромленные улицы, переулки и площади несчастной Александрии...

  Так, во всяком случае, ему представлялось. Вернее, так хотел бы он представлять.

  На самом же деле ни Крис, ни его приятели отнюдь не буйствовали, продвигаясь к вожделенному морю. Ну, может, и толкнули кого-то, может, и зацепили один-другой лоток... - но не более. Променять красоты приморского города на голые стены камеры в полицейском участке никто из отпускников не желал. Понятное дело, душа пташкой рвалась из груди, и рука хотела размахнуться, и плечо раззудеться, но файтеры сдерживали себя. Не дикарями же были в конце концов! Тем более, что зоркие глаза Арамиса давно уже углядели неотрывно сопровождающий их в отдалении полицейский уникар.

  Поэтому на пути к морю все обошлось без разрушений, воплей ужаса и потоков крови.

  Оставив позади десяток с лишним кварталов, возбужденные файтеры шумной группой вышли на круглую площадь. В центре ее вздымалась серая колонна, увенчанная статуей распростершего руки человека в плаще, - вероятно, основателя Александрии. Справа и слева возвышались здания с полукруглыми колоннадами. Возле них стояли разноцветные уникары. Ближний к морю сектор был отделен от остальной площади ровной линией аккуратно подстриженного зеленого кустарника. Эта линия прерывалась в двух местах широкими проходами, выложенными красноватыми гладкими плитами. Дугой замыкала противоположные стороны кустарника резная ограда, и под ней отвесно уходила вниз каменная стена. Ограда была высотой по пояс, широкой, на нее удобно было облокотиться, чтобы полюбоваться открывшимся видом. А вид был хоть куда...

  - Ох, мама дорогая!.. - восхищенно выдохнул Граната, навалившись грудью на ограду и отставив поджарый зад. - Охренительно!

  Крис был полностью согласен с такой исчерпывающей оценкой поэта-самородка, мастера художественного слова.

  Город уступами скакал к берегу. Там, внизу, простирались пляжи, далеко в море вдавались пирсы, и солнечные блики играли на стеклах прогулочных катеров. Вдоль берега тянулся зеленый бульвар, и по обеим его сторонам чуть ли не сплошняком стояли шопы и кабаки. На бульваре было пока немноголюдно, зато многолюдно было на пляжах. Справа возносилась от зеленоватой поверхности воды к лазурным небесам огромная гора, нависая над заливом. По ее кое-где покрытому деревьями склону цепочкой брели вверх крохотные человеческие фигурки. Гора была какой-то корявой, словно обломок зуба древнего великана, и в этой ее неприглаженности, дикости, резких изломах линий и заключалась вся прелесть. Гора казалась полной противоположностью расчерченному сеткой улиц городу, который амфитеатром раскинулся над заливом, и в то же время странным образом гармонировала с ним. Слева этот ансамбль дополняли длинные пологие холмы цвета палой темной листвы. Они завершали подкову залива, как бы въезжая в воду на брюхе. Крису они показались то ли бархатными, то ли плюшевыми. С трудом верилось, что их просто покрывает трава. Море, зажатое между городом и холмами, вдали вырывалось на простор, раскидываясь до горизонта, и незаметно перетекало в чистое нежно-голубое небо. И там, где море сливалось с небесами, виднелись в дымке белые силуэты кораблей. Место было просто изумительным...

  - Карадаг, - сказал Атос, с прищуром глядя на вершину горы. - Обломок древнего вулкана.

  - Опа! - вскинулся Граната. - Откуда знаешь?

  - Кто владеет инфой, владеет миром, - назидательно изрек Атос. И добавил буднично: - Рекламу видел в маркете.

  - В мор-ре, парни, в мор-ре! - с нажимом пророкотал Годзилла. - Плавать, бултыхаться, девок за ноги хватать!

  - За титьки... - мечтательно закатил глаза Граната. - А где бы тут отлить, мистеры?

  * * *

  Море не обмануло их ожиданий. Оно было теплым, оно было соленым, оно качало на волнах, лезло в нос и уши, отрезвляло и еще больше опьяняло, оно позволяло теперь уже снизу любоваться вздымавшимся к праздничному солнцу Карадагом. Запах моря умилял, и от плеска волн блаженно шумело в ушах...

  Файтеры, как малые дети, бултыхались в нем больше часа, а потом устроились на теплой гальке, подставив бледные спины под утренние лучи. Правда, у них хватило здравого смысла долго не торчать на солнце, и они переместились в тень под навесом, рассевшись в шезлонгах. То ли море действительно немного нейтрализовало действие коньяка, то ли сработали наконец отварные плавники, то ли таково было свойство "Коктебеля": пьянить, но не оглушать до упаду, - но чувствовали они себя достаточно бодро. А потому тут же приступили к поглощению "Сильвана в бокале", хотя пить вино после коньяка...

  Спустя еще час-другой отпускники наведались в ближайший кабак. Затем, прогулявшись по набережной и ныряя из одного шопа в другой, присели перевести дух в еще одном подвернувшемся кабаке - и закрутило их колесо здешнего приморского бытия.

  Выдвинутая Портосом идея забраться на вершину Карадага была отвергнута большинством голосов - хватало с них и тренировок на базе. Зато предложение Арамиса совершить экскурсионный полет над городом и заливом на уникаре прошло на ура.

  В полете женщина-гид преклонного возраста много чего рассказывала об Александрии, но файтеры слушали невнимательно, разморенные алкоголем и едой.

  Зато морская прогулка на открытом катере их оживила, потому что дул ветер, и брызги били в лицо, и качка, на удивление, не взбалтывала содержимое желудков, а наоборот - как-то все там укладывала и утрясала.

  Лишь у Атоса, видимо, что-то там внутри пошло наперекосяк, потому что он помрачнел и время от времени тер висок. Но и Атос встрепенулся, когда катер углубился под свод скалы Золотые ворота, и смуглый парнишка, по виду явно студент, подрабатывающий на каникулах, рассказал очередную байку, связанную со здешними местами.