помещения — семь шагов в длину, девять в ширину, обнаружил стол, подобие шкафчика и топчан у стены. Сев на него, капитан сунул руку в карман, но тут же вспомнил, что сигареты и прочую полезную мелочь отобрал Завгородцев.
— Ну что, Глеб Васильевич, — произнес Быстров, прислоняясь затылком к стене, — сколько раз ты попадал в такое дерьмо? Раз пять? Десять?
И тут же ответил:
— Именно в такое, чтобы напрочь лишиться зрения, первый.
Капитан «Тезея» тряхнул головой, старясь настроиться на позитивный лад. Он, Глеб Быстров, был позарез нужен «Холодной звезде» — это очевидно, иначе бы милькорианцы не затевали такое стремительное, детально проработанное похищение. Первоначальные опасения, что «Холодная звезда» вышла на него исключительно из желания отомстить за провал с Ариеттой, к счастью, оказались заблуждением. Ни ему и Ивале с Лиэри расправа здесь не грозила. Пока не грозила. И это уже добрый знак. А какое роскошное предложение сделает ему координатор, должно скоро проясниться. Глеб попытался угадать, какие интересы может испытывать к его персоне «Холодная звезда». Мысленно проигрывая всевозможные варианты, он пришел к выводу, что интересов может оказаться много, настолько много, что они не вместятся в его голову, страдающую от болезненной встречи с агентами Милько.
— Будем посмотреть, — решил он, ложась на топчан и закрывая пораженные тьмой глаза.
* * *
Отпустив Ирхиса, Орнох Варх сложил пластину компьютера и вышел на балкон. Отсюда открывался чудесный вид на маленькое владение «Холодной звезды» в Подмосковье. На участке в семь гектаров, огороженном изящной решеткой, росли березы, молодые осинки и ели, в тени зеленовато-седых ив поблескивало голубое зеркало пруда. Перед самой усадьбой располагался великолепный розарий. И, главное, в это время года здесь не было так холодно, чтобы прятаться в костюмы с подогревом. На свежем воздухе милькорианец чувствовал себя комфортно в легкой одежде и наслаждался светом солнца и земными запахами.
Постояв немного на балконе, координатор подозвал Молова и, глядя на него с добродушной улыбкой, спросил:
— Скажите Сергей, для вас сегодняшняя операция была сложной?
— Шутите, господин Варх? Если противник разоружен вашим интересным прибором, то о какой сложности речь? Сложные операции мы проводили в Дагестане, Чечне, пару раз в Таджикистане, — о якутской катастрофе, где полегла большая часть его товарищей, Молов предпочел не вспоминать. — А здесь смешно даже: восемь вооруженных до зубов бойцов против одной женщины и двух не слишком задиристых мужчин.
— Если б не было эл-поглотителя, то не думаю, что вышло смешно, — заметил Орнох.
— Если бы не было, мы бы спланировали операцию по-другому. Не дали им войти в здание и с тем же успехом сложили их у поворота аллеи, — возразил Молов. — Хотя вы правы, у Володи с той женщиной возникли сложности. У нее хорошая подготовка, своеобразная и эффективная система рукопашного боя.
Координатор кивнул и повернулся к розарию, откуда доносилось жужжание пчел и слабый шелест ветра. Он подумал, что новый агент нравится ему все больше. Выдавить его из ГРУ стоило немалых усилий, но усилия не пропали даром. С этого дня милькорианец решил, что вербовать агентов следует не только из удобных людей, как делалось раньше, а прилагать усилия, чтобы получить лучших сотрудников спецподразделений наиболее перспективных стран. Еще Орнох подумал, что если Молову или Завгородцеву встроить в сознание информационные модули, провести соответствующий курс обучения, то одного из них вполне можно послать на Присту вместе с Быстровым. Если же Быстров окажется настолько уперт, что отвергнет сотрудничество, то у него имелся в запасной вариант реализации недавно возникшей идеи. Идеи восхитительной, родившейся в голове в тот же час, когда ему доложили о появлении пристианского эсминца и «Тезея».
— Сергей, — проговорил координатор, не отрывая взгляда от роскошных цветов. — А вы мечтали когда-нибудь посетить другие миры? Хотели испытать себя на другой планете?
Лицо бывшего капитана ГРУ как-то неожиданно изменилось: потеряло обычную строгость, в мрачных глазах появился серебряный блеск, отчаянный и в чем-то детский.
— Когда я был мальчишкой, я много смотрел в ночное небо. Теперь не знаю. Сложный вопрос, чтобы ответить сразу. Вы действительно думаете, что я смогу туда? Смогу работать где-то кроме Земли?
— Например, на Присте, — милькорианец перешел к западному краю балкона. — На Присте — главной планете очень влиятельной цивилизации. Планете, где гораздо больше чудес и возможностей, чем на Земле.
— Планете, люди с которой убили моих товарищей, — продолжил Молов. — Да, я бы хотел оказаться на Присте.
— Вот и хорошо. Не могу обещать, но есть значительная вероятность, что такая возможность появится. А сейчас приведите ко мне Быстрова, — попросил Орнох Варх.
Едва землянин исчез за дверью, Варх вернулся в комнату, чтобы перепроверить свои выкладки на компьютере.
Он еще водил пальцем по управляющей панельке, сравнивая неоднородности трехмерных диаграмм, когда привели Быстрова.
— Стой здесь, — распорядился Молов, оставляя пленника напротив стола, достаточно далеко от милькорианца и открытой на балкон двери.
— Глеб Васильевич, — координатор, не скрывая удовольствия, оглядел Быстрова. — Рад видеть в нашей скромной резиденции. Меня звать Орнох Варх. Немножко не по-русски, правда, но привыкните.
— Вы и есть великий координатор конторы с очень сомнительной репутацией? — Глеб постарался получше рассмотреть милькорианца, однако за прошедшие часы зрение восстановилось не до конца, и он видел все словно через затемненное стекло.
Орнох, не замечая колкости, произнес:
— Все мы кому-то служим. И даже те немногие счастливчики, которые уверены, что работают лично на свое благо, и те скрытые винтики в машине галактической мультицивилизации. К этому интересному вопросу мы вернемся чуть позже. Хотите минералки, квасу? — милькорианец повернулся, пассом руки открывая дверку бара-холодильника. — Прошу без всяких стеснений. Разговор у нас выйдет долгим, и лично мне хочется промочить горло.
— Давайте ближе к делу, господин Варх, — Быстров повел глазами к вошедшему в комнату человеку и сквозь темную пелену узнал в нем Ирхиса.
— К делу, так к делу, — координатор указал Ирхису на кресло по другую сторону овального стола, Быстрову и Молову предложил устроиться на кожаном диване, рядом с выключенным вентилятором.
— Честно говоря, Глеб Васильевич, после нашей прошлогодней стычки я не надеялся так скоро увидеть вас на Земле, — начал координатор. — Наверное, к вашему появлению есть особые причины. И есть причины к появлению на орбите Земли пристианского эсминца. Для начала я хотел, чтобы вы нам все это объяснили. Убедительно прошу говорить правду. Вы же знаете, что отношения абсолютного доверия между нами еще не сложились, и ваши слова придется проверить многими способами, имеющимися в нашем распоряжении.
— Хорошо. Извольте выслушать, — Глеб нащупал в кармане пачку сигарет, которые ему вернул Завгородцев, и начал излагать версию, подготовленную на всякий случай на «Тирату»: — В день нашего взаимно неприятного столкновения под Льялово, тот самый день,
