– Ну, он не настолько маленький, – усмехнулся Роман. – Не деревня все-таки! Просто Сохины – особый случай.
– Что в них особенного?
– Я не знаю, с чего все началось, когда я сюда переехал, порядок уже установился. Они много чем владеют в городе. Это просто: подмять под себя много, если правильно начать. Не думай, что здесь все им принадлежит, вовсе нет, не Дикий Запад! Но из-за того, что на них работает много людей, а у людей этих, в свою очередь, много родственников, появляется сеть связей.
– Что-то мне не верится, что такой бизнес можно построить исключительно честным путем, – заметила Агния.
– Правильно не верится, но старайся не задумываться о подробностях, – сухо порекомендовал мужчина. – Ни один успешный бизнес нельзя построить честно-честно. Думаешь, богатей твой московский своими руками состояние делал? Пирожки на вокзале продавал?
Даниил, если уж на то пошло, не руками и не пирожками, а головой деньги зарабатывал. Начинал он и правда фактически с нуля, однако по поводу честности Агния иллюзий не питала. Он и сам признавал, что порой защищал одних мошенников от других. Но и от принципов он не отказывался, он сам выбирал, с кем работать. К тому же в последние годы основной доход он получал не от адвокатской деятельности, а от удачных инвестиций.
И все же нет смысла говорить об этом Роману. На упоминание о «московском богатее» он неизменно реагирует агрессией, так есть ли смысл лишний раз провоцировать?
Агния не обижалась, напротив, ей нравилось, как все развивается. Жин-Жин ей сразу после расставания с Даниилом сказала, что лучший способ «подклеить разбитое сердце» – завести новый роман. Правда, свести ее попыталась с не самым удачным кандидатом – актером, которому Агния была не очень-то и нужна. Зато теперь Роман сам нарисовался на ее пути…
И если отношения с Даниилом развивались странно, а местами даже экстремально, то здесь все шло очень стабильно и традиционно. Кафе, цветы, прогулки, да еще и, для разнообразия, расследование, которое можно считать завершенным. По крайней мере, для Агнии: она не нашла ответ и не рвалась лезть за ним еще глубже.
– Я не хочу о нем говорить.
– И правильно, – мгновенно успокоился Роман. – Что касается Сохиных, то бояться их тебе точно не нужно. Они тобой восхищаются, на них ты работаешь вполне легально.
Агния только кивнула. Она знала, что ни один незаконный бизнес в таком маленьком городе не удастся укрыть от полиции. А Роман избегает тему. И ездит на очень дорогом автомобиле.
Ну и пусть, в конце концов! Не похоже, что кто-то от этого несчастен. Городу даже лучше: строятся новые торговые центры, агентство, вон, появилось. И тут она придет со своими правилами в чужой монастырь!
– Надеюсь, теперь ты успокоилась? – поинтересовался Роман.
– Да, спасибо. Просто… просто период жизни какой-то сложный!
Уже полгода тянется.
– Бывает. Давай провожу тебя.
– Если только до машины. Ты же помнишь, Даша не приходит в восторг от твоего присутствия. Думаю, если я тебя приглашу, ведро кипящей смолы вывернется на голову нам обоим!
– Знаешь, а ведь мне никто не мешает тебя пригласить…
Понятно, на что он намекает. Небось по такому поводу даже в квартире прибрал и носки чистые надел. Но нет, слишком рано еще… Раньше Агнию остановила бы боязнь прикосновений, а теперь с фобией покончено, просто не хватает смелости пересилить себя.
«Надо будет обязательно сделать, – решила девушка. – Раз Дани может, то почему бы и мне не остаться с кем-то другим?»
Решила – и самой смешно стало. Просто какой-то рынок, а не отношения.
Роман мужественно оставался джентльменом. Свое приглашение он не повторял, довел спутницу до машины, за что был вознагражден почетным поцелуем в щеку, который ничем не отличался от обычного поцелуя в щеку.
У Агнии даже сложилось впечатление, что снова вернулись школьные времена. Целомудренные свидания, одноклассник Ромка, внутреннее ощущение любопытства – а что будет дальше?
Жалко только, что на любовь и намека нет.
О похоронной процессии теперь напоминали лишь лепестки роз, резко выделяющиеся на снегу. В целом город вернулся к привычной жизни, и это несколько подняло Агнии настроение.
Подъехав к своему временному дому, она оставила машину у гаража – внутрь заезжать не стала. Снег этой ночью не обещали, поэтому ничего с многострадальной «Хондой» случиться не должно.
Девушка уже собиралась зайти внутрь, когда ее внимание привлек тонкий столп черного дыма, поднимающийся неподалеку от их дома. Судя по всему, его источник находился на узкой полосе «ничьей» земли, отделяющей один ряд участков от другого.
Такой черный дым не идет от дров. Горит что-то странное, скорее всего, пластик.
Умом Агния понимала, что идти и смотреть не стоит, здесь даже интуиция советовала просто забрать из багажника купленные по пути пирожные и идти к Дашке, беседовать о своем, о женском. Одно лишь любопытство переключилось с мыслей о Романе на черный дым и требовало подробностей.
А любопытство – страшная сила. Агнию не остановило даже то, что тропинки как таковой за участками не было, и ей пришлось идти по глубокому снегу, проваливаясь по колено. Спасали разве что высокие сапожки, предусмотрительно надетые с утра.
Ближе к источнику дыма протоптанных участков стало побольше. Похоже, жители домов ходили здесь не так уж и редко, скорее всего, срезали дорогу.
Скоро Агния увидела и небольшой костер. Крохотный огонек казался совсем несолидным по сравнению с дымом, который он испускал. Да и немудрено, ведь пластиковые диски, которыми его загрузили, не горят – разве что плавятся! Костер не гас только из-за слоев бумаги, перемежающихся с дисками.
Нормой здесь и не пахнет – пластиком пахнет, а нормой нет. Вокруг довольно убогие дома, пожалуй, самые бедные во всем районе. И вдруг – горит целая коллекция дисков! Кто из местных жителей по доброй воле расстанется с таким «богатством»? Да ни за что на свете, что бы там ни было записано! Даже если диски по какой-то причине пришли в негодность, из них бы украшение сделали, на зеркало автомобиля подвесили, радар обманывать, но не сжигали бы.
Недолго думая, Агния засыпала костер снегом. Одно движение – и на огонек, отчаянно боровшийся за свою жизнь, обрушилась целая лавина. Немного подождав, девушка присела на корточки и стала осторожно разбирать то, что осталось от дисков.
Пластик покорежило прилично. Если на зеркало в автомобиле его еще можно повесить, то в компьютер лучше не ставить. Бумага тоже прогорела, лишь на отдельных клочках сохранились буквы, но понять какой-то смысл из этих фрагментов не представлялось возможным.
Наконец Агнии удалось найти пару менее пострадавших дисков и даже обгоревшую половинку тетрадной странички, на которой все же сохранился какой-то список. Находки она поспешила спрятать в рюкзак.
Оказалось – правильно, потому что секундой позже ее окликнули.
– Эй ты! Хто ты? Хто такой? – требовательно вопрошал откровенно пропитый голос.
Поднявшись в полный рост, Агния увидела, что со стороны ближайшего двора к ней спешит существо неопределенного пола и возраста. Старые ватные штаны и побитая молью телогрейка далеко не всегда означали принадлежность к роду мужскому.
– Я человек, с планеты Земля, – медленно и максимально внятно произнесла девушка. – Кто есть ты, зеленый человечек?
От удивления «зеленый человечек» замер, задумчиво почесал шапку.
– Не, ну ты не это! – выдал он. – Неча, неча тут! Что жжешь?
– Ничего не жгу. Я тушу.
– Не ври мне! Видел я сам, ты жжешь!
«Видел»… Значит, в свое время врачи объявили матери этого существа, что у нее родился мальчик. Но с годами алкоголь несколько подкорректировал работу природы – так сказать, «срезал углы».
– Я ничего не жгу, – терпеливо повторила Агния. – Я увидела огонь и подошла потушить.
– Врешь, чучело!
Это он ее чучелом назвал? Логика мироздания обиженно пискнула.
– Я не чучело и не вру.
Мужичок не желал сдаваться:
– Я сам видел, как ты палишь! Я еще решил – пацан какой, а оказалось, что ты девка, просто на пацана похожая!
– Ничего я не похожа, – Агнии это все надоело. – Конечно, в нашей стране и пацан может разукраситься косметикой, отрастить длинные волосы и заплести их в косу, но не мой случай.
– Да вижу я, что ты девка! А какая разница?
– Как бы это объяснить…
– Не умни! Я издалека плохо вижу, но куртку твою запомнил!
Куртка как раз непримечательная. Красивая, на меху, выбором руководила Жин-Жин. Но тому, кто плохо видит, эти дизайнерские сложности издалека не разглядеть. Он увидел лишь черную куртку и запомнил ее.
А черный – в этом городе любимый цвет верхней одежды и у мужчин, и у женщин.
– Короче, я пошла, – Агния развернулась. – Скучно с вами и неинтересно!
– Куда? А убирать бардак кто будет? Выноси мусор!
