в) усиление специализации права. Для права наряду с процессом интеграции характерны конкретизация и дифференциация, т. е. специализация правового регулирования, все более возрастающее «разделение труда» между нормативными предписаниями, правовыми институтами, отраслями права[146], позволяющее в соответствии с социальными потребностями обеспечить более конкретное, содержательно определенное правовое регулирование (11.23.2.);
г) развитие структуры права. Одним из закономерных результатов рассматриваемых в единстве процессов интеграции, конкретизации и дифференциации в праве (которые, разумеется, происходят главным образом под воздействием внешних факторов — экономических, социально-политических и др.) является усложнение структуры права — формирование в праве разноуровневых подразделений, в том числе вторичных, комплексных;
д) развитие во взаимодействии нормативного и под-нормативного индивидуального регулирования. Происходят, причем в тесной связи с особенностями социально-политических условий, совершенствование и взаимная «притирка» юридических средств, норм, институтов, через которые осуществляются нормативное и поднормативное, включая «автономное», индивидуальное регулирование (в том числе развитие ситуационных и диспозитивных норм, норм с оценочными понятиями и др. — всего того, что призвано юридически упорядочить, придать правовой характер индивидуальному регулированию);
е) совершенствование, упрочение обеспечительных юридических механизмов. Развивается система юридических санкций — штрафных, правовосстановительных, а также приемов юридического регулирования, нацеленных на то, чтобы не допустить невыполнения юридических обязанностей, обеспечить «автоматическое» действие юридических норм. В связи с этим дает о себе знать и тенденция закономерного совершенствования, упрочения процессуальных форм (а также иных юридических процедур), призванных гарантировать правовой характер государственного принуждения.
Все эти, как и некоторые другие, специальные правовые закономерности (главные из них подробнее, на конкретном материале, будут рассмотрены дальше) в конечном итоге выражают обусловленный экономическим базисом, всеми потребностями общественного развития закономерный процесс постепенного развертывания, раскрытия тех свойств и регулятивных качеств, которые в виде потенции заложены в праве как специфическом социальном феномене. В этом главное, что характерно для правового прогресса, развития правовой культуры. Право во все большей мере проявляет себя как эффективный общесоциальный классовый регулятор, способный с юридической стороны дать эффект «гарантированного результата», выступить в качестве формы социальной активности.
Вместе с тем уже здесь нужно подчеркнуть: отмеченные закономерности, выражающие правовой прогресс, проявляются на основе общих закономерностей и находятся в тесной зависимости от них, от социально-политического содержания права. Их действие и формы проявления в эксплуататорских формациях имеют противоречивый характер, раскрываются в таком виде, в котором выражается их нацеленность на обслуживание узкоклассовых, эксплуататорских целей. И все же, несмотря на исторически долгие «перерывы», «шаги назад», в правовых системах постепенно накапливаются правовые ценности, относящиеся главным образом к технико-юридическому содержанию права.
В социалистическом обществе впервые в истории специально-юридический генезис права целеустремленно используется в правотворческой деятельности государства трудящихся, а социалистическое право, в особенности право развитого социалистического общества, выступает в качестве исторического преемника всех позитивных правовых ценностей, достижений юридической культуры — всего того, что может обеспечить высокосовершенный развитой характер социального регулирования в социалистическом обществе
5. Специальные структурно-функциональные закономерности права.
Благодаря своему в основном технико-юридическому характеру большинство закономерностей данной группы имеет черты предельно четких, математически точных и притом неумолимо жестких связей и соотношений, близких с рассматриваемой стороны к особенностям тех закономерностей, с которыми имеют дело естественные и технические науки.
Рассматриваемые закономерности подразделяются на ряд разновидностей Наряду с разграничением на преимущественно структурные и преимущественно функциональные они довольно четко, хотя, как везде, не абсолютно, дифференцируются в зависимости от глубины специально-юридического содержания права.
Определяющее значение среди закономерностей данной группы принадлежит таким связям и соотношениям, которые выражают глубинные пласты специально-юридического содержания права. Это такие закономерности, как, например, «мера» юридического регулирования в данной системе социально-классовых отношений, объективно обусловленная степень интенсивности юридического регулирования.
Математически точный характер имеют закономерные связи между общими дозволениями и запрещающими нормами, общими запретами и управомочивающими нормами в двух основных типах правового регулирования — общедозволительном и разрешительном.
Существуют в праве и специфические закономерности, которые находят преимущественное выражение в технико-юридическом содержании права.
Это, например, связи между субъективными правами и обязанностями в правоотношении, причем и здесь можно встретить зависимости, так сказать, математического профиля, обусловленные к тому же особенностями регулятивных функций права: в правоотношениях пассивного типа правомочиям на позитивное поведение корреспондирует обязанность пассивного содержания и, наоборот, в правоотношениях активного типа иная модель — позитивное поведение образует содержание юридической обязанности, которой корреспондирует одно лишь правомочие требовать данного поведения от обязанного лица. Есть подобные же закономерные зависимости между конкретными правомочиями, в обусловленности наступления правовых последствий от наличия юридических фактов, фактических составов или их части и т. д.
Словом, в научный оборот при обозначении субстанции права недаром вошел термин «правовая материя». Все более углубляющийся специально-юридический анализ, проводимый с широких философских позиций, свидетельствует: в самой материи права, образующих ее элементах, в их соотношении, а также в соотношении всех иных компонентов правовой системы существуют объективные закономерности, которые подобны закономерностям в любой иной материи, имеют характер жестких, четких связей и зависимостей. При всем их своеобразии, обусловленном тем, что право относится к сфере общественного сознания, к надстройке, они раскрывают важнейшие особенности права как институционного феномена. Знание о структурно-функциональных закономерностях, как и о всех иных закономерностях права, — высший итог познания правовой действительности с указанных выше методологических позиций.
6. Специальные правовые закономерности и социально-политическое содержание права.
Отметив существование в праве четких, математического типа закономерностей, необходимо в то же время еще раз указать на их прямую обусловленность социально-политическим содержанием данной правовой системы.
И не только на обусловленность. Зависимость здесь (перед нами тоже своего рода объективная закономерность) носит более глубокий, сущностный, органический характер. Ведь юридическая сфера рассматривается господствующим классом — и вполне основательно — в качестве такой, которая, несмотря ни на что, призвана служить, пусть с издержками, его классово-господствующим интересам. И она действительно служит. Служит как раз потому, что главное в праве — это его социально-политическое содержание.
Как же рассматривать «недоучет» законодателем или правоприменительными органами специфических закономерностей? Допустим, таких фактов, характерных для эксплуататорского общества, когда провозглашаются права, которым не корреспондируют юридические обязанности; или вопреки юридической логике общие дозволения не сопровождаются конкретными запрещающими нормами и т. д.?
Конечно, специфические закономерности, как и любые объективные закономерности, в какой-то мере «мстят за себя»: соответствующие юридические механизмы в полной мере не раскрывают своих потенций (в том числе и для обслуживания интересов данного господствующего класса), и социальная жизнь не получает всего того, что, казалось бы, она могла получить от правовых форм. В то же время существенно и другое.
Коль скоро речь идет об эксплуататорских обществах, нельзя не учитывать, что полное развертывание соответствующих юридических механизмов, по самой своей природе связанных с позитивными процессами социального развития, в том числе расширением социальной свободы, далеко не всегда отвечает объективным условиям и целям классового господства. Значит, если рассматривать специфические правовые закономерности под углом зрения социально-политического содержания права, то оказывается, что перед нами не «недоучет» закономерностей, а нечто другое — закономерное подчинение правовой материи социально-политическому содержанию.
