слышала рыдания Джули, но в то же время, прекрасно ощущала, что та слышит её и слушает.
— А у меня, ужасное тело! — Сквозь всхлипы, донеслась мысль девушки. — Я рыжая и конопатая и похожа на ведьму! У меня маму за это сожгли!
Воспоминания заставили девушку еще больше разрыдаться. Юле только и оставалось что недоумевать, как это можно делать и ощущать вне физического тела. Потому что кроме слёз, текущих из глаз, которые она никак не могла остановить, в остальном, тело подчинялось ей. А вот эмоциональный фон исходящий от рыдающей девушки, заставлял её саму страдальчески кривить губы и из последних сил держаться. Она всем своим существом ощущала искренние страдания хозяйки тела и её комплексы связанные с собственной непривлекательностью.
Как могла, Юля старалась ласковыми словами и старательно подбираемыми аргументами успокоить свою подопечную. Было тяжело, не просто видеть, этого не было, а чётко, полностью ощущать чужое искреннее горе и страдание выплёскиваемое на тебя. Ощущать его каждой клеточкой тела, всей душой, что странным образом переплелась с чужой на одном носителе.
Наконец, рыдания мало по малу улеглись и они снова смогли общаться нормально, хотя спазмы периодических всхлипов, то и дело слышались в голосе подопечной, а иногда, прорывались и в тело, вроде как контролируемое Юлей.
— Так что с тобой случилось, Джули?
— Нас с тётей обвинили в колдовстве и порче! Доказать ничего не могли, но что бы проверить, заперли на неделю в тюрьму. Мы сейчас в ней и находимся.
Девушка задумалась, в эмоциях мелькнуло сомнение и Юля почувствовала давление чужой воли. Быстро сообразив что та хочет, она не стала сопротивляться и дала Джуларии возможность посмотреть на мир физическими глазами, но при этом, стараясь ненавязчиво контролировать тело.
Было уже темно, хоть глаз выколи, но на улице, судя по всему горели лампы и их тусклый свет слегка разгонял чернильную темноту ночи, а привыкшие ко тьме глаза достаточно адаптировались, что бы различать предметы интерьера и обстановку.
— Да, мы сейчас в камере. За это время, они собирались посмотреть, не случится ли какая новая порча, или пропажа скота, это бы указало на нашу невиновность. Но, всё было спокойно, хотя, как сказала тётя, это ничего не доказывало. Злодеи подставившие нас могли просто затаиться на время. Нужны были следователи инквизиции, но никто не хотел их вызывать. А в последний день, когда нас должны были держать под стражей, в мою камеру заявился пьяный Литорио, это был младший помощник шерифа Больярда, так называется здешнее село, оно почти как город и стал приставать ко мне. Я отбивалась как могла, но он очень сильный, а моё сопротивление его только еще больше распаляло…
Девушка начала всхлипывать, она уже полностью овладела телом и рассказывала обо всём вслух.
— Он порвал на мне платье, оторвал всю юбку, повалил на кровать, лапал во всех местах засовывая пальцы, в… в…
— Понятно! — Перебила Юля мысленно сцепив зубы, давая возможность девушке продолжать.
— А потом, он снял штаны и … — из глаз девушки снова покатились слёзы от нахлынувших воспоминаний, но она не остановилась, борясь с душащими горло эмоциями. — Что бы я не слишком сильно сопротивлялась, он ударил меня несколько раз по лицу. Я почти потеряла сознание, видела всё точно в бреду. А он, грубо раздвинул мне ноги и вошёл в меня своим… Было очень больно и противно, от урода воняло перегаром и луком.
Девушка внезапно замолчала, слёзы почти прекратились.
— А вскоре, стало так хорошо, так приятно!
Юля чётко ощутила эмоции стыда и непонимания в сознании девушки.
— Я ощутила такой приток блаженства, неги и … — девушка не знала как передать охватившие её чувства. — Мне самой захотелось этой близости, хотя не понимаю почему? Он был такой противный, потный, грязный! А еще, я почувствовала, как в меня вливается Сила. Литорио заорал, хотел вырваться, но уже я держала его и не давала прекратить нашу близость. Не знаю, что на меня нашло? Мне было всё равно, насколько он уродлив, или как от него воняет. Мне хотелось выпить его до донышка и насладиться этим блаженством что перетекало в меня. Я чувствовала себя словно во сне.
Девушка замолчала тяжело переживая случившееся.
— А когда я очнулась от этого наваждения, на мне был уже высохший труп! Очень быстро прибежали другие охранники и священник ударивший магией и я потеряла сознание.
Неприятное воспоминание заставило её снова испытать те переживания. Но, она быстро собралась и закончила свою повествование.
— Потом был суд и приговор. Обвинение в ведьмовстве, привороте, суккубстве и убийстве, посчитали доказанными. Меня приговорили к сожжению, а тётю к большому штрафу за моё укрывательство. Если бы не сильный дождь, сегодня вечером я бы уже отправилась на костёр. Но, это даёт лишь небольшую отсрочку, меня всё равно сожгут! Тебе не повезло с телом для вселения!
Рассказ девушки неприятно озадачил Юлю. В том, что ей крупно не повезло, она уже и сама стала догадываться, но только сейчас, смогла осознать, насколько! Перспектива быть казнённой, да ещё таким неприятным способом, ей совершенно не улыбалась. Сможет ли её душа, в случае гибели тела вернуться назад, она сильно сомневалась. Добровольцам засланцам говорили о 55 % вероятности такого исхода, но она, знала несколько больше. Эта цифра была максимальной модельной вероятностью, да и то, только для супер-хомо и при самых благоприятных условиях. Более реальной, назывались 5 %, что совсем не вдохновляло. Обидно было умирать так глупо. Но сдаваться, она не собиралась. В отличии от реципиентки, Юля была профессиональным высокоуровневым магом с многолетней практикой и опытом боевика — семь лет службы в особом легионе, а значит, шансы у неё были. Но для начала, она решила хорошенько расспросить хозяйку тела о том, где она оказалась и с чем, возможно, ей предстоит встретиться при попытке освобождения.
— Джули, что с тобой случилось, перед тем, как ты обнаружила меня в себе? Я ведь не могла попасть в твоё тело, пока ты была в нём! Наша магия так не работает и вообще, это запрещено!
Юля почувствовала, как девушка сначала смутилась, а потом решительно заявила.
— Я хотела умереть! Сама. Не хочу на костёр! Лучше так, самой уйти, говорят маги и ведьмы так умеют. Я решила попробовать и у меня, почти получилось.
— Хм, поня-ятно. — Протянула Юля. — А почему вернулась?
Девушка вздохнула и как то неуверенно ответила.
— Не знаю. Мне показалось это неправильным. И, как будто какой то голос подсказал, что ещё не всё потеряно и надо бороться! А потом, я
