были стянуты руки и ноги. Поелозив коленями на полу — когда ноги притянуты друг к другу, двигаться непросто, я все же развернулся, желая узнать как там моя новая подруга.
Плохо ей было. Очень плохо. Впрочем, сохранилась она гораздо лучше, чем помощники-шпики. Конечно, «лучше» в сравнении — так-то про нее даже не скажешь, что выглядит как живая. Ее не раскрыло цветком, как барона Горанова, но приложило знатно: на месте глаз кровавые провалы, тело и шея перекручены — не сразу понял, что упала она на грудь, а голова в обратную сторону смотрит, глядя багровыми провалами глазниц в потолок.
Крови со светловолосой дознавательницы натекло столько, что можно сказать лежит в собственном соку. А я ведь предупреждал. Кто меня не послушал? Правильно, она. Кто виноват будет? Правильно, опять я.
Вот что за жизнь, нет в ней порядка и справедливости… Так, ладно. Надо думать, что дальше делать. В кино я часто видел, как оказавшись в подобной ситуации связанные герои умело развязываются и сбегают. Вот только у меня руки и ноги крепко стянуты скотчем, а такое в кино не снимают. Причем стянуты так, что даже пальцами не пошевелить — ладони тоже скотчем перемотаны.
«Если вы не можете что-либо починить с помощью скотча, значит вы просто используете мало скотча». Здесь, перефразирую, если вы не можете кого-то качественно обездвижить кого-то с помощью скотча…
К большой удаче, задачи обездвижить меня совсем не стояло, на коленях я все же ерзаю. Рывком поднялся с колен, попрыгал к отброшенной к двери дознавательнице. У нее на бедре пистолет…
Так, а как меня от стула освобождали? Это же делал кто-то из ее помощников, который мне позже и скулу порезал. Обернулся, посмотрел на бесформенные кучи. Даже если пробовать искать там что-то режущее, надо бы сначала пальцы освободить.
И что делать?
Вдруг, освобождая меня от напряженных мыслей, дверь в камеру со скрежетом открылась. Внутрь, довольно уверенно, зашли двое мужчин в серой форме контрразведки.
Я посмотрел на них. Они посмотрели на меня, потом посмотрели вокруг.
— Ох них…чего себе, — ошарашенно произнес тот что зашел первым.
Надо же, от увиденного даже на русский перешел. Впрочем, удивляться русскоговорящий шпик в сером мундире позволил себе всего лишь краткое мгновение. Быстро оглянулся, сделал пару шагов в угол и наклонился. Что он задумал я понял только тогда, когда поднятая с пола тяжелая маска-намордник оказалась на моем лице.
На скулах, под нижней челюстью и сзади на шее почти сразу ощутимо укололо. Как в строгом ошейнике для собак — с шипами внутри, вот только здесь шипы сразу под кожу входят. И снова глухой обхват, и снова сиплый звук дыхания, заполонивший все вокруг.
— Ради твоей и нашей безопасности, — прокомментировал свои действия шпик, продолжая разбираться с креплениями маски и что-то настраивая.
Никакой враждебности он не проявлял, на трупы коллег смотрел мельком. Хотя, какие это коллеги — есть у меня подозрение, что передо мной вряд ли польский контрразведчик. Вот всей глубиной интуиции чувствую, что мужчины здесь не местные.
Пока первый неожиданный визитер вполголоса ругаясь (на русском) возился с креплениями намордника, второй подошел ближе и встал рядом, глядя мне в глаза.
Очень странный взгляд. Я уже привык к странностям в этом мире — шутка ли, магия здесь есть. Но сейчас мое удивление оказалось вызвано совершенно иным незнакомым фактором: на месте обычной радужки у странного гостя поблескивал зеленым неоном ровный круг. Это не магия, это технология — или линза, или глазной имплант.
Да что ж такое?! То магия вокруг, то самый настоящий киберпанк — куда я попал вообще? Внутренний голос кстати тут же подсказал, куда я попал — в темное и неназываемое место.
Дышать вдруг стало тяжело — из-за вспышки эмоций маска начала перекрывать дыхание. В это время оба визитера переговаривались — короткими рублеными фразами, но о чем я не понимал, в ушах шумело. Когда справился с дыханием и стало полегче, странный визитер со странными каплями имплантов в глазах заговорил:
— Я сейчас развяжу тебе сначала ноги, потом руки. После этого ты быстро переоденешься, и мы тебя эвакуируем отсюда. Моргни два раза если понял, потом кивни если согласен.
Моргнув два раза, вместо того чтобы кивнуть я дернул подбородком и пожал плечами, взглядом показывая вопрос.
«Куда уходим?» — примерно это я вкладывал смыслом, и похоже странный визитер меня прекрасно понял.
— В Россию. Дальше по ситуации, куда тебя распределят для освоения дара.
Голову у меня вдруг дернуло, а в ушах что-то звучно щелкнуло, заставив вздрогнуть.
— Все, готово! — выдохнул одновременно тот, который сейчас возился с маской.
— Ты можешь говорить, с маски снят строгий режим, — сказал мне незнакомец с зелеными имплантами.
— Вы кто?
Действительно можно говорить, надо же. Голос под маской прозвучал сдавленно, глухо. В ушах он раздался громко, а вот за пределами маски похоже едва уловимо. Но странный визитер вопрос услышал и представился:
— Ротмистр Алексей Соколов, командир отдельного полуэскадрона Четырнадцатого Митавского бронекавалерийского полка Сил специального назначения Российской Конфедерации, выполняю задачу по твоей эвакуации.
Прозвучало неожиданно, причем весьма противоречиво и ломая сразу несколько привычных по старому миру шаблонов. У меня теперь возникло еще больше вопросов, но здесь и сейчас, наверное, не самое удобное место, чтобы их задавать.
Поэтому я просто кивнул, показывая, что со всем согласен.
Несколько быстрых взмахов ножа и руки-ноги оказались свободны. Второй визитер — который не удержался от возгласа недавно, уже подставил мне ближе стул и раскладывал на нем комплект одежды — такая же серая форма, как и у них.
— Стихийная активация у тебя произошла вечером? — поинтересовался Соколов.
Полагаю, что под «стихийной активацией» он вряд ли подразумевает что-то иное, чем мое недавнее метание молний в больничной палате.
— Да, — кивнул я, натягивая серую футболку.
— Ты можешь контролировать свою силу без маски?
— В обычной ситуации да, — надевая серые штаны, ответил я.
Говорил я в этот раз громче, и голос из-под маски прозвучал утробно глухо, почти как у Дарта Вейдера.
— Что такое для тебя «необычная» ситуация?
— Экстремальная, сопряженная со смертельной опасностью, — я уже зашнуровывал ботинки.
Быстрая шнуровка, удобная — потянул, и нога моментально зафиксирована. Капитан Соколов между тем только вздохнул — причем я его прекрасно понял. Видимо, по его мнению, вокруг сейчас та самая ситуация и есть.
Я уже затянул ремень и застегивал китель, а параллельно удивлялся. Вроде выглядит мундир неприметно и обычно, а надо же — присмотреться, и не так все просто. Саморегулирующиеся размеры,
