и легла, схватив в охапку подушку.
Виктор присел на кровать и, аккуратно подняв её майку, присвистнул.
- Чего там? – недовольно буркнула Амали, заметно нервничая, и попытала обернуться. Взгляд зацепил только самый край спины и сине-фиолетовый кровоподтёк. От вида этого ужаса всё словно заболело ещё сильнее, и Элль уткнулась лбом в подушку.
- Тише, не шевелись. Больно, знаю. Но ты сама виновата, или я что-то не так понял? – ехидно уточнил Синклер и положил ладонь ей на спину. Амали стиснула зубы, чтобы не заорать, и со злостью пробормотала:
- Не ваше дело.
- Ну не моё, так не моё, - легко согласился Виктор, и Элль неожиданно почувствовала исходящее от его руки тепло. Скосив глаза, она уловила зелёный отблеск – вместе с этим, боль начала стремительно сходить на нет, и в конце концов окончательно прошла. Даже голова перестала противно ныть, а сонливость пропала без следа.
Виктор провёл пальцем ровную линию, обводя её позвоночник, и Амали невольно хихикнула.
- Щекотно, перестаньте.
- Останови меня, - фыркнул Синклер и неожиданно прекратил сам. Вместо этого Элль почувствовала лёгкое прикосновение к пояснице и ещё до того, как он спросил, ответила:
- Там шрам уже сто лет. На тарзанке качалась, упала и зацепилась за какую-то железку.
- Хочешь, уберу?
Амали хотела было согласиться – уродливая кривая полоса не добавляла ей привлекательности – но неожиданно вспомнила последовавшие за этим события. Она, зарёванная и кричащая от боли, сидит в окружении растерянных ребят со двора, а прибежавший на шум Штефан хватает её в охапку и тащит домой, матерясь сквозь зубы и вполголоса шепча ей на ухо какие-то успокаивающие слова.
- Не надо, - отчего-то слегка хрипловатым голосом ответила Элль, - пусть будет.
- Сэйдж сказала, ты дралась с сёстрами Стивенс, - настаивать Синклер не стал и перешёл к следующей интересующей его теме.
Амали села и опустила майку, хотя та была грязной и кое-где подозрительно красноватой.
- Сэйдж надо меньше говорить, - парировала она.
- Ты думаешь, я буду покрывать все твои выходки? – взгляд некроманта стал неожиданно холодным и цепким, - за драки здесь отчисляют.
- А зачем мне учиться? – Элль прищурилась и встретилась с ним взглядом, - какая вам разница, будет у меня образование или нет? Вы меня сюда запихнули, чтобы за мной следить? Вот и следите, а я буду делать то, что захочу!
Под конец Амали уже и сама понимала, что говорит что-то не то, но не могла остановиться.
Кисть некроманта снова вспыхнула зелёным. Он протянул руку и сделал странное движение, будто дёрнул за невидимую верёвку. Тут же горло Элль словно сдавило, и против воли она подалась вперёд, краем глаза увидев, как вспыхнул изумрудным светом узор на её запястье.
- Я крайне не рекомендую тебе так со мной разговаривать, - спокойно произнёс Синклер, но от его тона сердце испуганно заколотилось, - даже если забыть о договоре, советую учесть, что жизнь твоего брата целиком зависит от твоего поведения.
- Ну давайте, убейте его, - с вызовом прошипела Амали, - посмотрим тогда, как вы заставите меня остаться в вашей грёбанной Академии.
- Ты думаешь, я не смогу тебя заставить? – Виктор снова сделал резкое движение рукой, и Элль закашлялась, рефлекторно ощупывая горло: казалось, его что-то сдавливает, но пальцы ничего не могли нащупать.
Синклер протянул руку и провёл по её щеке – вслед за этим ссадина, оставшаяся ещё от первой встречи с Валерией, мгновенно перестала ныть.
- В следующий раз, когда захочешь устроить драку или ещё какую-то выходку, настоятельно рекомендую вспомнить, что помимо жизни у твоего брата есть ещё хрупкое человеческое тело. Его легко починить, но сломать – ещё легче.
Виктор сделал очередной жест, как будто стряхивал что-то с ладони, и невидимый ошейник, сжимающийся на горле, пропал. Впрочем, Амали понимала, что не бесследно исчез, а просто слегка разжался, создавая лишь иллюзию свободы.
- Я хотел, чтобы индивидуально с тобой занимался ваш куратор, но теперь передумал, - как ни в чём не бывало, некромант поднялся и улыбнулся, - я сам буду тебя учить. Сегодня у тебя по расписанию занятие вечером, с восьми до девяти.
- Я сегодня не могу.
- И какие же у тебя неотложные дела?
- Я просто не могу сегодня, - повторила Элль, - давайте завтра.
- В восемь в кабинете Литературы. Надеюсь, ты запомнила дорогу, - отрезал Синклер и вышел.
***
Было ли плохое предчувствие связано с пропуском занятия у ректора или же с предстоящей встречей с вампирами, Амали не понимала – в любом случае, ничего хорошего это не сулило. Однако теперь найти Штефана стало для Элль делом номер один, и делом первостепенной важности.
Она подумала над словами Джеймса по поводу «одеться поприличнее» и в результате остановилась на тех же джинсах, только майку пришлось сменить – старая годилась теперь разве что на тряпки. В конце концов, лезть через забор в платье или юбке не особо удобно, а иначе территорию по вечерам не покинуть.
Сэйдж сидела и листала учебник по Алгебре: со здешними точными науками Амали предстояло познакомиться завтра, но прежде – пережить сегодняшнюю ночь.
Вид у Саванны был крайне довольный, очевидно, она ставила себе в заслугу, что позвала Синклера, хотя Элль с куда большим удовольствием терпела бы все ссадины и синяки, лишь бы с ним не встречаться.
- Ты на занятия? – спросила Сэйдж, что-то тщательно выписывая в конспект, и заправила за ухо выбившуюся кудряшку.
- Нет. Если Синклер сюда придёт, скажи, что не знаешь, где я, - Амали натянула рубашку поверх майки и схватила рюкзак.
- А? – соседка оторвалась от учебника и удивлённо взглянула на неё, - только не говори, что идёшь опять драться с Джаной.
- Я пошла, - буркнула Элль и вышла, сунув магнитную карточку в боковой карман рюкзака.
На улице уже стемнело; в лицо дунул прохладный ветер, и Амали, сориентировавшись с некоторым трудом, углубилась в гущу каких-то деревьев с мелкими белыми цветочками.
Ограда Академии представляла собой сплошную стену, поэтому влезть по ней можно было, только цепляясь за листья плюща. Это напомнило Элль ночь, когда она сбежала из дома Виктора.
Подбадривая себя тем, что раз тогда вышло, то получится и сейчас, она уцепилась за ближайшее скопление листиков и подтянулась. Плющ затрещал, но выдержал, и Амали довольно быстро вскарабкалась наверх. Только сидя и
