бесконечная комната тысячи зеркал, — в нем я тоже побывала. И из этого следует только одно, я могу ходить между мирами. Временно или постоянно еще предстоит выяснить опытным путем, но даже такое знание о способностях уже много значит.
Встреча с Ксаем и Дэмрианом тоже была реальной, чересчур ярко отзывалось на них тело, слишком красочными были мои чувства и эмоции, что они вызывали, слишком ускоренно билось влюбленное сердце.
А вот утреннее пробуждение, как и прием в тронном зале возможно навеянные. Походу это и есть то самое вмешательство. Первое или второе, если считать старика. А может, третье если первым была Ахлес?
Побег и оживший детский кошмар даже сомнений не вызывал в своей реальности.
Разговор с царицей Сумрачного мира… Тут все сложно, потому что не было никакой дочери. В голове сразу всплыло то, что я усердно пыталась забыть: удивление матери, ее брошенная после второго УЗИ фраза «точно ошибка, у нас в роду только девочки», сны, тревожные, предостерегающие и мои пробуждения в слезах. Тогда я не выдержала и впервые с детских лет поделилась ими с Итоном. И он поверил. Настолько, что добился совместных родов.
Марк, словно тоже выжидая чего-то, решил задержаться на две недели. Так и получилось, что за неделю до родов меня госпитализировали. Тазовое предлежание моего вдруг развернувшегося малыша, череда ежедневных уколов и громкое увесистое от врачей «в понедельник будем кесарить». А в субботу вечером поступила девчонка, громко кричащая, что это отродье ей и даром не нужно. И словно в назидание роды затянулись на долгие сутки.
В родзал мы попали вдвоем тихим воскресным вечером. Итон, ожидавший поблизости, прорвался чуть ли не с боем. Дежурный врач был вызван на сложное кесарево, второй принимал роды у отказницы, а возле стремительно рожавшей меня дежурила только акушерка, уверявшая, что я рано кричу и мучиться мне еще пару часов.
В какой-то момент Марк, шедший вперёд ножками, изрядно напугал нас, родившись на половину и решив застрять головой. Врач переключился на меня, медсестра убежала готовить операционную, вторая рванула за каталкой. В итоге новорожденного пришлось принимать из рук врача перепуганному Итону.
Девочка и мальчик одновременно очутились на столе. В суматохе никто не заметил, что бирки перепутались. И детей, положив в кувезы после осмотра неонатолога, увезли в детское отделение. А утром вспыхнул скандал. Мне принесли не моего мальчика. Утомительные разборки, быстрый ДНК-тест. Уже при выписке встревоженные соседки поделились слухами, что одного малыша пыталась вынести нерадивая мамаша, решившая сбежать сразу после родов, видимо хотела продать ребенка, но что-то пошло не так, и малыш нашелся на лавочке в парке. Только одна нестыковка не давала мне покоя — похитили девочку, а нашелся мальчик. Тот самый, которого мне принесли на кормление. Мы с Итоном даже решили сходить к главврачу и узнать, что можем сделать для его усыновления, но оказалось, что малыша уже ждёт три пары потенциальных родителей.
Размышляя о тех бесконечно тяжёлых днях, я всегда думала о Провидении и его высшей воле. Не бывает таких совпадений. Так что, если королева упомянула про мою якобы похищенную дочь, то только она могла стоять за этой подменой. И доступ у людей в наш мир ограничен, пусть они в него и попали. Интересно, только как или благодаря кому?
— Надеюсь, ты не такой упрямый и своевольный, как твой старший брат, — положив руку на живот, пробормотала я, стирая непрошеные слезинки.
Боль невосполнимой утраты не утихла и не прошла, лишь затаилась погребенная под ворохом ежедневных проблем, чтобы потом, вернувшись ударить под дых, выбивая вновь обретённую почву из-под ног. Но я обещала себе, что научусь быть счастливой без них, и пусть иногда хочется выть подобно одинокому волку на луну, но я все же возвратила себе способность улыбаться, радоваться и любить.
Отмахнувшись от сердечной боли, как от чего-то несущественного, вернулась к насущному — своему пребыванию в гостях и целям, что они преследовали.
Королева, прекрасная, молодая, могущественная, неуловимо похожая на явившуюся в моем сне Ахлес… Предположим ей нужно, что бы я провела ритуал, существенным условием которого является любовь жертвы к своему убийце. Но я воспротивилась, не захотев играть по их правилам, предпочтя мужей власти и величию. Поэтому меня пытались принудить, уменьшив мою любовь к мужчинам? Могло ли им это удастся? И почему именно я?
То, что я оказалась Видящей, стало для королевы неприятным открытием, уж очень очевидными были интонации, с которыми она кидала это слово. Будто выплевывала ругательство. Значит, дело не в моем наследстве, а, следовательно, дело в мужчинах.
Вспомнилось, как настойчиво требовала Ахлес, чтобы я приняла всех пятерых. И ее явление сразу после заключения брака… Совпадение? Навряд ли.
Предположим, что дело не во мне и вариант со мной прогорел. Тогда… Неужели, они решили сменить игрока? И поэтому позволили мне сбежать? И что будет теперь? Попытаются нас рассорить? Отвратить? Пришлют другую избранную? Или как там они меня называют?
Во всем этом меня интересовал единственный вопрос: на чьей стороне Ахлес, уверяющая, что все они ее дети? И кто такие эти Разрушительницы? Пробраться к книге Тайн и спросить?
Беспокоили меня физика и астрономия и связанные с ними знания. Допустим, Аластри планета, до недавнего времени имеющая вокруг себя кольца, похожие на кольца Сатурна. Когда Ахлес привела людей, где-то там возникли новые дополнительные магнитные поля, образовывая из колец спутники. Нарушился установившийся баланс, сначала несущественно, потом сильнее, из-за чего вполне могли затонуть материки и погибнуть миллионы существ. Если следовать этой теории, то виденный мной ритуал, мог вполне проводиться для стабилизации орбиты.
«Ага, Разрушительницы стали звездами, храм в виде пирамиды космический корабль или сверхсветовой усилитель…», — хихикнуло разбушевавшееся воображение, напоминая известный постулат, что правдой часто оказывается самое невероятное. Тогда понятно, почему на втором ритуале настаивала Ахлес — пять новых жизней, и очередная стабилизация во время прихода четвертого светила Тайра. И пять новых звезд, а как там, у классика: «если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно».
Усмехнулась, поняв, что мысли опять забрели не туда. Ну, и ладно. Легче размышлять о законах всемирного тяготения и теории относительности, чем о своих отношениях с мужьями. Тем более сейчас, когда я совершенно не понимаю их поведения и
