Эфиоп усмехнулся.
— Ну, для итальянцев она всегда казалась близкой. Вы ведь когда-то хотели её колонизировать? И поэтому создавали там великолепные здания. Я видел много построенных итальянцами красивых домов. В одном из них, кстати, даже живу сейчас.
Катани не выдал себя ничем, однако внутри весь скукожился, словно лимон проглотил. Италия дважды приходила и столько же раз с позором уходила из Эфиопии. В итоге с трудом удержалась лишь в Эритрее. Но и оттуда пришлось уйти, хоть никому и не хотелось. Однако сейчас мир поменялся. И им тоже пришлось меняться. Может, это и к лучшему? И как сицилиец он гораздо ровнее относился к этому факту, чем житель Северной Италии. Вот вроде бы и страна одна, а менталитет у жителей севера и юга совсем разный. Выдержав эффектную паузу, Катани проговорил:
— Это дела прошлые, и отношения к нынешним они не имеют.
— Согласен, тогда давайте перейдём к нашим делам. Мои люди сообщили мне: вам требуется некое лекарство?
— Да. И я полагаю, вы отлично знаете, о чём именно идёт речь.
— Знаю, — не стал отпираться эфиоп. — Оно будет передано вам, когда мы начнём работу. Совместную взаимовыгодную работу. Нам пришлось перевернуть всю Эфиопию, чтобы отыскать столь необходимое для вас. Всего лишь одна доза, но зато насколько она важна. Во всём остальном вы тоже не останетесь в накладе. Как ранее оговаривалось: вы в полном объёме получите деньги за фрахт и перевалку и помимо этого приобретёте оружие. Нам очень важно, чтобы транспортировка прошла легально. Ну, или полулегально. При этом очень бы не хотелось афишировать часть груза. Точнее почти половину всего груза.
Катани схватывал всё на лету.
— То есть вы хотите половину груза перевезти легально, а остальное контрабандой, — эфиоп поморщился, и Катани тут же исправился: — То есть так, чтобы о нём никто не заподозрил?
— Точно так! О! — тут эфиоп обратил внимание на пустую часть стола перед итальянцем. — Извините, я смотрю, вы ничего не успели заказать. Это неправильно, вам необходимо сделать заказ, я оплачу его.
— Не надо, я в состоянии платить за себя сам. Мне не очень нравится немецкая кухня.
— Вы можете заказать себе кофе и взять к нему какой-нибудь десерт, — настоятельно порекомендовал эфиоп. — Например, здесь есть чудесные штрудели.
— Гм, я не люблю штрудели, — попытался отказаться Винсенто, но в итоге всё же передумал. — Хорошо, что-нибудь себе закажу. Официант⁈
Официант подошёл, уточнил заказ и быстро его принёс. Вскоре собеседники вернулись к прерванному разговору.
— Мы поможем оформить документа так, что часть груза останется для всех тайной. Обеспечим судами и проконтролируем их отбытие в Эритрею. Но наши люди не должны фигурировать при погрузке и выгрузке. Здесь вам потребуется кто-то ещё, кто займётся этим вопросом.
— Гм. Хорошо. Составы прибудут в Росток, оттуда нашими силами их перегрузят на нанятые вами сухогрузы. Окончательный расчёт с вами будет произведён в Эритрее. А вот лекарство вы получите сейчас. Правда, половину дозы. Вторую половину выдадут, когда корабли пристанут в порту выгрузки. Так что: тут дело за вами. Согласны?
— Согласен.
— Тогда вот вам примерные сроки транспортировки и прочие характеристики груза, включающие его объём и вес.
Несколько сложенных вчетверо листков бумаги легли на стол, чтобы тут же скрыться во внутреннем кармане пиджака итальянца.
— Как мы будем держать связь?
— Официально, через посольство. Вам передали шифр?
— Да.
— Что ж, договорились. Надеюсь, нашу встречу можно смело считать обоюдно выгодной. Ну, и вот главный приз!
Неожиданно эфиоп полез во внутренний карман, из-за чего Катани немного напрягся, но тот лишь вынул оттуда небольшую коробочку. Итальянец осторожно взял её и, открыв, увидел странного вида маленький пузырёк. К флакону прилагалась короткая записка на английском. Винсенто кивнул и бережно спрятал её теперь уже в свой карман.
— Благодарю. Ну что же, тогда до следующей встречи! Мои люди прибудут с нужными бумагами, и мы согласуем всё окончательно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Хорошо, ждём вас в посольстве.
— И будем молиться за успех деве Марии. А у вас не имелось случайно предков-итальянцев?
— Всё может быть. Моя бабка никогда об этом не распространялась, только загадочно улыбалась.
— Гм, ваша бабка — умная женщина.
Эфиоп на эти слова лишь усмехнулся. Они пожали друг другу руки, после чего итальянец вышел. Эфиоп же спокойно доел и, расплатившись, тоже отправился восвояси.
Уже вечером, получив на руки всю основную информацию и важные бумаги, Винсенто отправился назад, оставив остальное на своих помощников. Его люди приступили к работе, а ему было необходимо отчитаться перед боссом и поскорее отдать ему целебный эликсир. Помощники доберутся до Италии уже на поезде, везя с собой кучу различных бумаг для заключения договора.
Винсенте успел вовремя, и босс быстро пошёл на поправку. Клан занялся фрахтом сухогрузов, попутно набирая дополнительный товар, чтобы потом развезти его по африканскому побережью. Бизнес не терпит не только пустопорожних разговоров, но и пустопорожних судов.
В течение месяца три зафрахтованные сухогруза приплыли в Росток и встали под погрузку. Здесь их уже ждали. Едва суда пришвартовались, на них стали грузить военные грузы и занимать палубы военной бронетехникой.
Согласно данным, полученным из эфиопского посольства, техники должно было быть меньше. Однако её оказалось, наоборот, больше! Либо из-за неправильно посчитанного веса или размеров груза, либо обычный перегруз. Причём, количество автомобильной техники превышало заявленное чуть ли не в два раза. Как раз для такого случая и заключили дополнительный договор фрахта, согласно которому ещё одно судно должно явиться в порт в качестве запасного, чтобы забрать излишки.
Как оказалось, количество груза неправильно посчитали почти на целый сухогруз. Набитый всевозможной техникой под завязку, он отчалил самым последним, приняв дополнительно на борт: запчасти для авиационной техники, отдельные корпуса и комплектующие.
Неизвестно почему, но с «неисправной техникой» и запчастями ехали и НУРСы, и снаряды к авиационным пушкам, и даже бомбы. Вероятно, кто-то перепутал груз или банально ошибся, что, конечно случается, но довольно редко. Видно, здесь имел место именно такой случай.
Корабли, следуя за буксирами, тяжело разворачивались и направлялись на выход из бухты. С берега за этими манёврами внимательно наблюдали два немца. Оба имели явно военную выправку, но и гражданские костюмы носили так, словно ходили в них всегда.
— Ну, что скажешь, Фридрих?
— Скажу, всё прошло удивительно удачно. Все сделали вид, будто не при делах. Никто ничего не знает и не понимает.
— А почему бы такому и не произойти?
— Ну хотя бы потому, что это немецкое и советское оружие. А ещё объёмы. Они если не пугают, то как минимум впечатляют. Неужели ты думаешь, что американцы выпустили бы всё это отсюда?
— Конечно, я так думаю. Ты же не первый год в Штази, Люк?
— Ты же знаешь, сколько я служил в ней, Фридрих?
— Никто этого не знает. Я не видел твоего досье, как и ты не видел моего.
— Зато их видели те, кто разгромил Штази и предал нашу страну! И вот мы с тобой сейчас стоим и смотрим, как уплывает наша былая мощь.
— Да-а, американцев не волнует наша страна, они победили её во второй раз. Сначала захватили часть нашей территории, воспользовавшись моментом. Ведь в войне они, по сути, почти и не участвовали. Пришли, когда с Великим Рейхом было уже всё кончено. А теперь нагло забирают под своё крыло и всё остальное. Помяни моё слово: скоро тут везде возникнут их военные базы, чтобы удобнее было нас контролировать. Это банальная латентная оккупация, как в Японии. Нам же отведена роль яростных фанатов: мы должны радостно подпрыгивать и махать маленьким американским флажочком. Скоро на Рождество вместо «О, ёлочка» начнём петь эту их гнусную песню про колокольчики.
