Профессор подошёл к клетке вплотную, — Ты меня понимаешь? — задал он ему вопрос.
Зомб кивнул.
— Говорить можешь?
Зомби посмотрел на доктора. Маленькие точки зрачков на светлой водянистой радужке почти сливающейся со склерой уставились на учёного. Дмитрию Сергеевичу показалось что глаза бешеного выражали смятение. Зомб опять потрогал своё горло, начал что-то мычать и тыкать пальцем себе в рот. Создавалось впечатление что он испуган. Вдруг его лицо стало терять подвижность ещё мгновение и оно как-будто окаменело. При этом глаза продолжали двигаться. Он распрямился и опустил безвольно руки застыв словно статуя.
— Согни ногу в колене! — приказал профессор.
Зомб заколебался переминаясь с ноги на ногу.
— Подними левую ногу! — громко сказал Дмитрий. — Зомби подчинился согнув её в колене.
— Опусти. Так, — профессор повернулся к Виктору. — Сыворотка работает на людях, — он неуверенно улыбнулся. — И возможно возвращает некоторые интеллектуальные способности.
— Дядь Дима, это нормальная реакция? Почему он как статуя? — спросил Витя.
— Пока не знаю, — спокойно ответил доктор. — У животных было всё по другому. Они не теряли подвижности. Но то звери, а это человек, наличие разума может дать другой результат. Возможно он сейчас всё осознаёт что с ним происходит и из-за этого у него ступор, паника. Подними правую руку! — приказал зомбаку учёный.
Бешеный беспрекословно подчинился. Ещё сорок минут он выполнял всевозможные указания учёного, брал в руки предложенные ему вещи и возвращал, даже пил воду из стакана чем несказанно обрадовал исследователей.
— Посмотри Витя, сыворотка работает! У него сохранились базовые навыки и он может выполнять наши поручения. Даже различает, где право, а где лево, — возбуждённо говорил Дмитрий Сергеевич. — Это же прорыв! Значит они могут подчиняться не выражая к нам агрессии, причём на высоком интеллектуальном уровне.
— Их наверное можно использовать как дешёвую рабочую силу, — пошутил Витя.
— Ну ты прямо буквально понимаешь понятие о зомби, — улыбнулся доктор. — Прошло уже пятьдесят минут. Отходим от клетки и ждём прекращения действия сыворотки.
Через двадцать минут заражённый начал выражать недовольство присутствовавшими рыкая на них. Через пять стал снова просовывать руки между прутьев и тянуть их к людям.
— Время действия препарата примерно час десять минут, — констатировал доктор. — Ну что? — обратился он к присутствовавшим. — Я думаю у нас хватит этого времени, чтобы вывести его из клетки и провести полную томографию организма заражённого. У меня предложение сделать это сегодня же. Вы в деле?
Все согласно кивнули.
— Дмитрий Сергеевич, — обратился к нему Артём. — Только соблюдая меры предосторожности даже под действием препарата. Мы его будем выводить из клетки с петлями на шее.
— Согласен. Сколько сейчас времени? — доктор посмотрел на большие круглые часы висящие на стене. — Так, сейчас без двадцати двенадцать. Давайте пообедаем и приступим в час дня. За это время я хочу ввести в состав ещё солей тяжёлых металлов для следующего подопытного. Думаю что это продлит действие препарата. Витя, перекусишь и ко мне в третью лабораторию.
— Хорошо дядя Дима. А вы что же без обеда?
Профессор кивнул. — Аппетита нет, — ответил он. Его захватили первичные результаты эксперимента и терять время на еду доктор был не намерен.
После обеда учёные уже были в лаборатории. Дмитрий Сергеевич вставил и закрепил в центрифугу принесённый с собой флакончик.
— Витя подай мне пожалуйста соль Мора, — попросил он. — Вон на той полке. Видишь? Давай, — профессор осторожно сжал и покрутил колпачок на пузырьке с сывороткой, аккуратно его снял и кинул в состав несколько бело-голубых непрозрачных кристалликов.
— На глаз? — удивился Виктор.
— Да. Здесь все супер точности без надобности. Мы же имеем дело не известно с чем и поэтому как-то всё это вычислять нет смысла. Доза вводимая нашему зомби две с половиной собаки.
— Это как?
— Одна доза на одну собаку весом в тридцать пять килограмм. Вот и посчитай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Понятно, — кивнул Виктор.
— Витя, подай ещё мне сернокислую медь. Она улучшит связи между нервами, — попросил доктор.
— Железо с медью? — удивился Виктор. — Это же препараты взаимоисключающие друг друга.
— Я в курсе. Эх, нам бы ещё одного чистого подопытного. На нём бы новый состав и опробовали. По моим расчётам действие должно увеличиться до двух часов, — профессор закрыл крышку флакона, выставил время на таймере и включил центрифугу. Она завертелась одновременно прокручивая флакончик перемешивая внутренний состав до состояния отдельных молекул.
— Из чего же состоит сыворотка? — спросил Виктор.
— Основа у неё чистая вода с примесью никотина в количестве сто миллиграмм на десять грамм. Для нас эта доза смертельна, а для них в самый раз. Никотин улучает всасывание. Расширяет сосуды, он нужен для резкого вброса того что там есть. Так же с ним в паре работает ацетилхолин — нейромедиатор, осуществляющий нервно-мышечную передачу. Вот он и отвечает за контроль поведения. Так же там содержится атропин. Этот состав мы введём завтра. Нужно время для стабилизации раствора. Мы ведь смешали два взаимоисключающих компонента. Я до этого пытался их соединить, но всё приходило в негодность, состав разлагался на осадок и серо-жёлтую жидкость. Сейчас я изменил соотношение, меди положил больше. Да, ещё надо взять с собой три флакончика из холодильника. Когда поведём заражённого на МРТ применим их для продления эксперимента. Будем вводить через каждый час.
Центрифуга выключилась. Дмитрий Сергеевич достал склянку и подписав её поместил в холодильную камеру стоящую рядом.
— Ну что, зовём ребят и за дело, — сказал Дмитрий Сергеевич.
Все заняли свои места в боксе. Двое по бокам клетки с палками-петлями, Артём напротив клети с пневмопистолетом. Рядом с входной дверью встал ещё один боец с автоматом. В его обязанности входило в случае нападения подопытного на людей и выхода из-под контроля ситуации стрелять всех на поражение, после чего закрыть и опечатать бокс. Дмитрий Сергеевич с Виктором встали возле стола.
Доктор подал команду. — Выстрел!
Раздался хлопок. Бешеный дёрнулся. Подождали действия препарата. Потом спокойно накинули ему петли на шею.
— Артём, открой дверцу, — попросил профессор. — Мы с Виктором пойдём сейчас в шестой модуль. Ребята вы поведёте его за нами.
Дверца открылась.
— Выходи, — скомандовал профессор.
Зомб вышел без всякого сопротивления. Бойцы даже не напрягались ведя его через бокс. Провели по цеху до нужного модуля и завели внутрь. Выполняя команды профессора инфицированный сам лёг на стол. Его крепко привязали к нему. Рядом встал Артём держа наготове пистолет с препаратом. Включили томограф и задвинули испытуемого под сканер. Перед монитором сел доктор.
— Это поразительно. Витя ты посмотри! — воскликнул поражённый учёный. — Невероятно. Всё как у нас. Только в мозгу какое-то уплотнение. Что это? От него идёт отросток в позвоночник. Какие-то нервные окончания выходящие из позвоночника в тело. Их много и они похоже привязаны к внетренним органам. — Дмитрий Сергеевич посмотрел на показания в углу экрана. — Обрати внимание. Он дышит. Но не так как мы. Можно пока предположить что лёгкие постоянно работают на вдох только чуть-чуть сокращаясь. Куда же девается избыточный воздух? И сердце. Оно бьётся. Очень медленно, но сокращается, — доктор оторвался от монитора. — Артём, проткни чем-нибудь грудь подопытного.
Спецназовец вытащил нож из ножен и ткнул им в грудь зомба.
— Смотри Витя, — Дмитрий указал на монитор. — Нож тут же обволакивает какая-то субстанция выходящая из кровеносных сосудов и как бы затвердевает. Не даёт повредиться органам как бы отодвигая их. Артём вытащи нож. Смотри, сгусток подошёл в плотную к кожному покрову и затыкает его. Рана стягивается. Поразительно. Нужно попытаться взять на анализ то что у него вместо крови. Как нам это сделать?
