И снова инциденты на передовых постах. 2 июля около 10:00 штурмбаннфюрер Коллани, который как раз обходил передовые посты, заметил трех красноармейцев, задержавшихся перед проволочным заграждением. Коллани рявкнул на них. Красноармейцы побросали оружие и сдались в плен. Сутками позже, снова утром, вражеская разведгруппа зацепила заграждение, которое было связано с осветительными ракетами. Передовые посты открыли огонь. Русская разведгруппа отошла назад.
С германской стороны артиллерия ежедневно вела уже привычный беспокоящий огонь. 25 июня одна из батарей вела огонь по Староротовке так называемыми «геббельсовскими снарядами». Это были контейнеры из картона, которые при падении раскрывались и разбрасывали листовки, призывавшие сдаваться.
За прошедшую зиму и весну русские силами солдат и гражданского населения выкопали противотанковые рвы, которые в конце концов протянулись от Сталино (Донецка) до Таганрога. Был проделан колоссальный труд – одними только кирками и лопатами. Разве кто-нибудь считал проклятия, стертые до крови руки, пролитый пот? И кто может измерить, сколько тысяч кубометров грунта было переброшено практически голыми руками? Финские добровольцы со своих позиций наблюдали, как ежедневно удлиняются эти противотанковые рвы. Перед их участком фронта они вполне отчетливо протянулись от Матвеева Кургана и до колонии № 23.
28 июня 1942 года началось наступление северного фланга группы армий «Юг» в направлении на Воронеж, которое, однако, развивалось не совсем так, как это предусматривалось расчетами главного командования сухопутных сил. График наступления поджимал и почти уже истек, когда должна была начаться главная наступательная операция 1942 года. Ее цель была четко обозначена: Сталинград с районом Нижней Волги и Кавказ с его нефтяными месторождениями. 13 июля 1-я танковая армия получила приказ: в ходе наступления на Кавказ захватить Ростов-на-Дону и переправы через Дон, чтобы открыть возможности для наступления в южном направлении.
На участке фронта германского 5-го армейского корпуса (генерала Ветцеля)[61], занимавшего позиции в нижнем течении Миуса и имевшего там с юга на север 289, 73 и 125-ю пехотные дивизии, здесь должны были быть проделаны первые бреши в русском фронте. Для развития наступления сюда был подтянут 57-й танковый корпус генерала Кирхнера (оба армейских корпуса входили в 17-ю армию Руоффа[62]), которому подчинялась также и дивизия «Викинг».
На основании этих планов и уже пришедшего в движение под Изюмом фронта 125-я пехотная дивизия занимала часть участка фронта «Викинг». 8 июля 125-я пехотная дивизия «Визель» заняла подразделениями 419-го гренадерского полка правый участок фронта 3-го (финского) батальона добровольческого моторизованного полка СС «Нордланд» (10-й роты) и 13 июля – остальной участок фронта батальона.
Батальон Коллани был переброшен в район поселка Мокрый Еланчик (Мокроеланчик) на отдых. Другие батальоны полка «Нордланд» готовились в Александровке и Алексеевке к новому наступлению.
В отношении дивизии «Викинг» было установлено, что многие части дивизии при начале наступления на Кавказ вследствие выхода из строя транспортных средств оказались небоеспособными и до поступления новых транспортных средств с родины должны были оставаться ожидать их в районе Миуса. Это касалось всего полка «Вестланд» и третьих батальонов полков «Германия» и «Нордланд». С 16 по 19 июля 3-й (финский) батальон «Нордланд» передал свой транспорт 1-му и 2-му батальонам, которые должны были принимать участие в наступлении на Ростов-на-Дону.
3-й (финский) батальон «Нордланд» на долгое время обустраивался в Мокром Еланчике (Мокроеланчике). Нетерпение молодых финнов возрастало. Штурмбаннфюрер Коллани утвердил план боевой подготовки, рассчитанный на три недели. После этого, как все надеялись, батальон нагонит полк.
Мокрый Еланчик (Мокроеланчик)
С 13 июля по 10 августа 1942 года 3-й (финский) батальон добровольческого мотопехотного полка СС «Нордланд» располагался в поселке Мокрый Еланчик (Мокроеланчик). Первые дни пребывания в нем были заполнены приведением в порядок оружия и снаряжения. Для специалистов были организованы особые курсы повышения квалификации, на которых саперы, разведчики и связисты углубляли свои знания. Для последних особенно подробно и интенсивно преподавались чтение карт, работа с компасом и ориентирование на местности, проводились также ночные занятия в усложненных условиях. Другие курсы готовили новых водителей транспортных средств, а штатные водители получали на них углубленные технические знания и практические навыки по работе с моторами и подвижному составу.
Взводы и роты продолжали занятия боевой подготовкой, которые завершались ротными и батальонными учениями. Продолжалась также специальная подготовка расчетов 50-мм противотанковых орудий, легких пехотных орудий, радистов и телефонистов, а также саперов, которые завершались учениями отдельных частей.
Гауптштурмфюрер СС Брюкнер, в 1941 году командир 1-й роты полка «Нордланд», с 4 июля 1942 года стал командовать 12-й ротой (ротой тяжелого оружия). Одновременно он также был заместителем командира батальона. Как и ранее, когда Брюкнер командовал своей 1-й ротой полка «Нордланд», он вскоре завоевал авторитет и симпатию подчиненных 12-й роты, вникал в их заботы и нужды и приходил на помощь. Гауптштурмфюрер Брюкнер 1 августа 1942 года при пристрелке своего тяжелого вооружения был тяжело ранен случайным выстрелом и умер позднее в полевом госпитале. Командование ротой тяжелого вооружения после его ранения принял вернувшийся из госпиталя финн гауптштурмфюрер Ладау.
Во время пребывания батальона в Мокром Еланчике (Мокроеланчике) русское лето показало себя с самой лучшей стороны. Свободного времени и спорта здесь было вдосталь. Постоянно наигрывал различные мелодии музыкальный взвод полка. Мокрый Еланчик (Мокроеланчик) представлял собой живописное село, расположенное в низменности одноименной речушки, окаймленной пологими холмами. Название поселка Мокрый происходит от влажности, распространяемой от речушки. Финские добровольцы смогли наладить хорошие и сердечные отношения с местными жителями. Чудесными солнечными вечерами они часто сидели с молодыми женщинами и девушками на лавочках перед домами, болтали и пели песни.
Большое внимание уделялось гигиене и уходу за телом. За своевременной вакцинацией и общим состоянием здоровья военнослужащих следили военврачи доктор Буреке и доктор Неккер. Дантист батальона доктор Франке постоянно обследовал зубы бойцов и приводил их в порядок. И само собой разумеется, в Мокром Еланчике (Мокроеланчике) сразу же появилась финская сауна.
В начале августа батальон провел несколько крупных учений, в которых отрабатывались наступательные действия во взаимодействии со всеми видами оружия и всеми разведывательными средствами, которые имелись в распоряжении батальона. Этими учениями завершался курс боевой подготовки.
С фронта на Кавказе ежедневно поступали сообщения, в которых задавался вопрос, скоро ли батальон выступит маршем и вольется в полк «Нордланд» и дивизию «Викинг». Естественно, все добровольцы, пребывающие в Мокром Еланчике (Мокроеланчике), горели желанием принять участие в этом походе и боевых действиях. Это сбылось, когда в начале августа из Германии поступили, наконец, исправные транспортные средства. На 8 августа 1942 года финский батальон снова имел в своем распоряжении более чем 78 грузовиков, 4 грузовых автомобиля «Штайр» и 4 грузовых автомобиля «Крупп» в качестве вспомогательных транспортных средств для взводов тяжелого оружия 12-й роты, командирские автомобили – 17 «Мерседесов» и 9 «Опелькадетов» для штабных офицеров и обоза. Грузовики были марок «Мерседес» и «Клекнер – Гумбольдт-Дойтц-Дизель».
9 августа 1942 года батальон получил приказ командира полка для выступления вдогонку полка на соединение с ним в районе Майкопа. Весь день прошел в напряженной работе. Была произведена последняя проверка транспортных средств, на них погружены оружие и снаряжение. А затем наступила пора прощания с местным населением. Тайные слезы в грустных глазах девушек, когда вечером снова в последний раз зазвучали русские и финские песни, песни о родине, песни о любви, о Эрике и Лили Марлен.
