Правоведы-«распутины»
«Победный» финал рассмотрения в Госдуме Договора о разграничении позволял праздновать ее, пусть и урезанную Заявлением, переговорщикам-правоведова МИДа и отцам разработчикам этого межгосударственного документа. Незадолго до завершения переговорного процесса основные «герои» получили к тому же соответствующие поощрения. Видимо за «успешно» проделанную в пользу норвежской стороны работу. Так руководитель делегации, в прошлом директор Правового департамента МИДа Р. Колодкин был назначен послом в Нидерланды, а его помощник по переговорам В. Титушкин из начальника отдела стал заместителем директора этого же департамента, а затем последовал за своим шефом в те же Нидерланды. Перефразируя известное выражение на дипломатический язык получается: – «спрятали концы за границу». Удостоилось они и государственной награды и поощрения. Что это, случайное совпадение или достижение заранее спланированной кем-то акции? Пока ответ на этот вопрос отсутствует, но как говориться, все тайное со временем становиться явным! Портит праздничное настроение «победителям» многочисленные публикации юристов-международников, которые требуют ответа на, казалось бы, простой вопрос: «А что же и с кем Россия разграничила в Баренцевом мре на участке 74–82° с. ш.?». Если с Норвегией, то как быть с официальной позицией России о непризнании ею так называемой 200-мильной рыбоохранной зоны? Если на этом участке разграничивался шельф, то почему без учета положений Договора о Шпицбергене 1920 г.? И почему Россия в результате таких правовых кульбитов теряет только на этом участке более 40 тыс. кв. км шельфа, а точнее, дарит его норвежцам?
Вопросы, вопросы, на которые правоведы МИД пока не отвечают. Видимо, сказать-то нечего.
Зато норвежцы на эти вопросы своими воинственными действиями по аресту российских рыболовных судов в районе архипелага Шпицбергена прямо говорят, что все, что к западу от линии разграничения, это принадлежит Норвегии и Россия, поставив свою подпись в Договоре 2010 г., подтвердила их претензии. Молчат по оценке такого подхода норвежцев не только маститые правоведы системы МИД РФ, но и правовики Росрыболовства. Справедливости ради следует все же упомянуть, что были единичные выступления правовиков-рыбников. Так советник руководителя Росрыболовства д.ю.н. К. Бекяшев в совместной публикации с А. Крайнем весьма убедительно обвиняет норвежцев в незаконности объявления ими 200-мильной рыбоохранной зоны вокруг архипелага Шпицберген. В другой же своей публикации К. Бекяшев оценивает Договор 2010 г как «…достойный вклад в укрепление Арктики». И в этой же публикации К. Бекяшев справедливо подчеркивает, что «Разработчики Договора не учли… предложений рабочей группы Росрыболовства». Что это? Описка маститого правоведа или профессиональная корпоративная солидарность с мидовцами? Или перестраховка, опасение как бы кого ни обидеть из сильных мира современной России?
Подписание Договора о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане министрами иностранных дел С. Лавровым и Й. Стёре 15 сентября 2010 г. в Мурманске
В настоящее время, когда Договор 2010 г. вступил в силу и его положения проверяются практикой важно, честно и открыто разъяснить рыбакам, общественности о чем же в действительности договорилась российская сторона с норвежцами с тем чтобы не допустить нагнетания обстановки между двумя соседними странами. К сожалению, происходит обратное. Руководство МИДа усиленно пропагандирует в средствах массово информации, что Договор 2010 г. безупречен с правовой стороны и отвечает интересам России и тем более защищает северян-рыбаков. Так министр С. Лавров на пресс-конференции 13 января 2011 г. заявил: «В Договоре, напротив, четко зафиксировано, что все действия по выполнению этого документа не будут нарушать и ухудшать условия промысла ни для россиян, ни для норвежцев». Соглашусь в одном с министром – для норвежских рыбаков это соответствует действительности. Более того они по Договору 2010 г. за так, по душевной доброте российских переговорщиков, получили дополнительно в общей сложности около 80 тыс. кв. км рыбопромысловых площадей. А вот российские рыбаки их потеряли. Опровергает утверждение министра и практика промысла рыбаков Северного и Западного бассейна в районе архипелага Шпицберген. Сразу же после подписания Договора 2010 г. пошли повальные аресты наших судов по надуманным причинам, да еще в отрытом море, каким и является по заявлению МИДа морской район архипелага Шпицберген. Это что как не последствие положений Договора 2010 г.? В этих условиях Правительство России вынуждено принимать, по требованию рыбаков, дополнительные меры по защите наших рыболовных интересов в районе архипелага Шпицберген. Кто должен нести ответственность за аресты российских судов и за миллионные убытки наших судовладельцев?
Норвежская инспекция: от «Новокуйбышевска» до «Сапфира II»
В соответствии с ранее достигнутым в 80-х гг. прошлого века взаимопониманием между СССР и Норвегией контроль за соблюдением мер регулирования и правил рыболовства в морском районе архипелага Шпицберген российскими судами могут осуществлять, наряду с нашими, также и норвежские инспектора. Принимая такое решение, обе стороны руководствовались желанием предотвратить какие либо нарушения правил рыболовства со стороны рыбаков и создать приемлемую для них механизм инспекции. Было оговорено, что в случае выявлены нарушений о них сообщается стране флага судна для принятия соответствующих мер. При этом, никакие задержания, тем более аресты судов не допускались. Этот механизм успешно действовал на протяжении более 20 лет и устраивал обе стороны. Правда были попытки норвежцев и в советское время затруднить инспекцией работу нашего флота в районе Шпицбергена, но это эффективно и своевременно пресекалось по дипломатическим каналам, либо с направлением в этот район отечественных инспекторов. К тому же в то время непосредственно в районах промысла были Штабы промрайона, которые имели полномочия от центральных властей принимать соответствующие меры в случае возникновения каких либо конфликтов с иностранными инспекторами, вплоть до обращения за помощью к силовым структура – Северному флоту. Идя на такую договоренность, стороны оставались на своих принципиальных позициях: Норвегия отстаивала права в объявленной ею 200-мильной рыбоохранной зоны вокруг архипелага Шпицберген и осуществляла здесь инспекции, а Советский Союз подтверждал, что ее не признает, и только его власти имели право применять меры наказания в случае нарушений правил рыболовства отечественными судами. До 1998 г. каких-либо серьезных инцидентов не было.
