Читаем без скачивания Сбежавший кот и уйма хлопот - Наталья Александрова

Лола подумала, что у секретарши Валентины никого нет – ни мужа, ни детей, не говоря уже о многочисленных домашних животных, но промолчала, чтобы не облегчать Леньке задачу.

Через некоторое время Маркиз остановил машину напротив неказистой двери института. Сотрудники НПО «Мезон» выливались из нее не слишком бурным потоком. Вскоре и этот поток иссяк, и Лола подумала, что они упустили Валентину. Подождали еще несколько минут, причем Маркиз начал ворчать, что это из-за Лолы – дескать, она слишком долго пила кофе и недопустимо медленно выбирала кое-какие вещи, чтобы изменить внешность.

– Если бы ты не выгнал меня сегодня утром из собственной квартиры так быстро, я бы успела собрать вещи и прихватить все необходимое, – огрызнулась Лола. – А так пришлось хватать никудышный парик в первом попавшемся магазине.

Действительно, парик был не из лучших – кудлатый, дешевый, невыразительного пепельного цвета. Лола нанесла на лицо темный тональный крем и наложила на веки голубые тени. На вещевом рынке они прихватили черные свободные брюки и сиреневую стеганую куртку. Лола могла гулять внутри этой куртки взад и вперед, но Леня сказал, что ей очень идет. Себе Маркиз выбрал темные очки, черную кожаную куртку и такую же кепочку. Напоследок Лола схватила на лотке у смуглой тетки с золотыми зубами сиреневую помаду под цвет куртки и осталась довольна своей внешностью. Конечно, это была самая откровенная халтура, но можно ручаться, что никто не узнает в этаком чучеле Лолу.

Компаньоны сидели в машине, переругиваясь вполголоса, когда наконец в дверях появилась Валентина. Лола узнала ее сразу. Поверх скромного зеленоватого костюма Валентина надела такое же скромное зеленое пальто и шелковый шарфик в тон. Валентина с трудом открыла дверь, потому что руки ее были заняты пакетами.

– Вон она, – объявила Лола, – видишь, в зеленом… Ну как она тебе?..

– Да уж, – вздохнул Леня. – Может, она и неплохая женщина, но совершенно не в моем вкусе. То есть я хотел сказать, – заторопился он, видя, что Лола нахмурилась, – что это я не в ее вкусе. Такая женщина ни за что не остановится на улице.

– Тем более когда ты в таком подозрительном виде, – фыркнула Лола. – Одна кепочка чего стоит. Запросто может тебя подальше послать. Или пакетом стукнет. У нее и так настроение плохое, уволили с работы, а тут какой-то подозрительный тип пристает.

– С чего ты думаешь, что ее уволили?

– А вон, смотри, в пакете просматриваются туфли, – рассмеялась Лола, – еще книжки какие-то, а на дне небось чашка. Точно, вещи она собрала и уносит, значит, уволили. Езжай за ней, а там посмотрим…

Леня мысленно скрипнул зубами – что это Лолка раскомандовалась, но послушно тронул машину с места.

Валентина, торопясь, шла по проспекту, миновала автобусную остановку, свернула на поперечную улицу, прошла еще два квартала и остановилась возле кафе. Поглядела на часы, потопталась немного на ступеньках и скрылась за дверью. Компаньоны покинули машину и устремились за ней.

В кафе было людно – конец рабочего дня. Столики стояли близко друг к другу. Это, конечно, было очень удобно для подслушивания при условии, что Валентина не опознает Лолу. Впрочем, сделать это было невозможно – уж очень изменили Лолино лицо синие тени и пепельный парик.

Компаньоны медлили у дверей, но тут, на их счастье, в углу освободился столик, как раз рядом с тем, за которым сидела бывшая секретарша. Она нервно поглядывала то на часы, то на дверь.

– Что-то мне подсказывает, что наша Валечка пришла сюда не просто выпить кофе, – тихонько сказала Лола. – Уж больно озабоченный у нее вид.

Над ними раздался кашель официантки. Компаньоны заказали кофе и пирожные. Официантка приняла заказ и удалилась, покачивая бедрами, как итальянская кинозвезда. Проследив за Лениным взглядом, Лола пригнулась к нему и прошептала:

– У вас ус отклеился!

Леня прикоснулся рукой к лицу и сердито прошипел:

– Что ты болтаешь! У меня нет никаких усов!

– Не будешь на посторонних баб пялиться! – Лола рассмеялась. – Ладно, не сердись! Смотри, кажется, к нашей подруге пришли!

Действительно, к столику, за которым сидела секретарша покойного директора, приблизилась совершенно роскошная женщина.

На Ленин опытный взгляд, этой женщине было лет тридцать семь – тридцать восемь, то есть она была даже немного старше секретарши, но если Валентина в свои тридцать пять именно на тридцать пять и выглядела, то подошедшей к ее столику незнакомке вполне можно было дать лет двадцать семь, а при не слишком ярком освещении – пожалуй, и двадцать пять. Конечно, такой внешний вид стоил ей огромных усилий и неимоверных затрат, и дама постоянно находилась в состоянии войны с самым страшным, самым беспощадным и самым неумолимым противником – временем, но до сих пор ей удавалось если не выигрывать эту войну, то по крайней мере удерживать занятые позиции. Одета дама была в искусно помятый брючный костюм с рукавами разной длины, а на голове у нее царил такой естественный беспорядок, что становилось ясно – она только что посетила очень дорогого парикмахера.

– Ну, и что тебе надо?! – раздраженно выкрикнула дама, усевшись за стол к Валентине и даже не подумав поздороваться.

– Здравствуйте, Алла Леонидовна! – подчеркнуто вежливо проговорила уволенная секретарша. – Нам нужно поговорить!

– Интересно, о чем? – процедила дама, закинув ногу на ногу и закурив длинную темную сигарету. – Какие у нас с тобой могут быть общие темы? – И она окинула Валентину долгим насмешливым взглядом. – Разве что обсудить мужские достоинства нашего дорогого покойника… Впрочем, это уже не актуально!

– Ну, зачем вы так, Алла Леонидовна? – Секретарша потупила взгляд. – Нам есть о чем поговорить… Например, о том, что у вас был любовник, и я отлично знаю его имя…

– Ну и что? – Дама расхохоталась, красиво округлив выразительный темно-вишневый рот и закинув голову. – Ты что же, собралась открыть глаза моему мужу? Поздно, милая, его глаза закрылись навсегда, выражаясь красивым слогом обожаемых тобой мексиканских сериалов! Ты ведь обожаешь мексиканские сериалы, не правда ли?

– Я не смотрю никаких сериалов, – с прежним показным смирением возразила Валентина. – Мне некогда. Я, в отличие от вас, работаю.

– Знаю, как ты на моего мужа работала! – фыркнула шикарная дама. – Догадываюсь… И сверху и снизу…

Лола подумала, что при этих словах несчастная секретарша скромного вида упадет в обморок, но та, видно, взяла себя в руки и процедила:

– Кто бы говорил…

– Ну, это не меняет сути дела, – спокойно ответила дама и выпустила аккуратное колечко дыма. – В любом случае ты сильно опоздала со своими сенсационными разоблачениями. Всякий товар имеет срок годности, и срок этого товара давно истек!

– Я не думаю, – возразила Валентина довольно тихо.

Лене пришлось напрячь слух, чтобы разобрать эти слова.

– Я не думаю, – повторила Валентина, – учитывая некоторые детали.

– Какие еще детали! – проговорила Алла Леонидовна с показным равнодушием.

Однако Леня, искоса наблюдавший за ней, заметил, как отвердело ее лицо и напряглись крылья носа. Теперь этой женщине можно было дать ее настоящий возраст.

– В тот день, когда Алексей Иванович… умер, я немного задержалась на работе, он продиктовал мне несколько срочных документов…

– Ну-ну, знаю я, что это за документы… – усмехнулась Алла Леонидовна.

– Потом он отпустил меня, точнее, почти выгнал. Думаю, он еще с кем-то должен был встретиться. И когда я вышла из проходной, я видела вашу машину… Она стояла возле подъезда банка, естественно.

– Естественно? – как эхо повторила Алла Леонидовна.

Теперь ей, пожалуй, можно было дать и сорок лет.

– Естественно, – повторила Валентина, – ведь я отлично знаю, кто ваш любовник.

– Прислуга и секретарши знают все… – задумчиво произнесла Алла Леонидовна. – Ну и что? Даже если там стояла моя машина – кому это может быть интересно?

– Вот и я думаю – кому? – Валентина пригнулась и проговорила, глядя прямо в глаза своей собеседнице: – Может быть, полиции? Они уже разговаривали со мной, или, как это у них называется, – допрашивали? Тогда я не вспомнила о вашей машине, а теперь вот думаю – может быть, зря? Может быть, мне стоит постараться и освежить свою память?

– Ну и чего ты от меня хочешь? – проговорила Алла Леонидовна, резким жестом затушив сигарету в кофейном блюдечке. – Денег?

– Нет, – Валентина снова с показной скромностью потупила взор, – я не хочу денег…

– А чего же тогда?

– Меня уволили с работы, – проговорила секретарша, и на этот раз в ее голосе прозвучало настоящее, а не показное чувство. – Не успел новый директор занять кресло Алексея Ивановича, как тут же взял на мое место свою прихехе, а меня вышвырнул на улицу…

– Но я-то тут при чем? – Алла Леонидовна откинулась на спинку стула и закурила новую сигарету. – Как ты понимаешь, после смерти Алексея мое влияние в вашей гребаной конторе равно нулю…