Читаем без скачивания Допрос с пристрастием - Федор Березин

План зачистки был прост до безобразия. Ибо исходная посылка состояла в том, что воевать можно будет с неразумными устройствами. Потому всяческие рассекающие удары, обходно-обманные маневры и прочие заумности совершенно не требовались. Требовалась война на уничтожение, зачистка всей территории зоны, и более ничего. Танк «Меркава» идеально подходил бы для такого дела.

В случае, если десяток-другой механоидов отсидится где-то в кустиках и не угодит под раздачу электро-магнитно разогнанной картечи, тоже не страшно. Не жить же здесь израильтяне собирались, в самом-то деле. Наверх будет доложено, что в Новосибирской зоне все чисто. А если потом нечто завелось опять, так кто виноват? Безусловно, Узел. Кто же еще? Именно через него просочились в стерильную от механоидов площадь пришельцы из других локаций.

И вообще, как понимали кое-чего сведущие, операция даже теоретически не могла обеспечить абсолютную зачистку. Дело в том, что Новосибирскую локацию почти строго поперек пересекала река Обь, с системой водохранилищ и прочего. Но после Катастрофы 2051 года связь между берегами была оборвана. Мосты рухнули или находились в таком состоянии, что даже легковым машинам передвигаться по ним было донельзя опасно. Что уж говорить о танках? Понятное дело, в данный момент в Сибири царила зима — куда от нее денешься? А потому Обь покрылась метровой толщей льда. Однако никакой нормальный генерал не послал бы танки по льду. В израильской армии вроде бы не расстреливают своих, но после утопления боевых машин генерал, отдавший такое распоряжение, неизбежно оказался бы в тюрьме.

И значит, для окончательной зачистки танки понадобилось бы переправлять через Барьер сразу по двум коридорам. С левой и правой стороны Оби. Но отсеченные водной преградой силы не смогли бы нормально взаимодействовать. Они бы даже не сумели оказать друг другу помощь в случае чего. А дробить и без того небольшой экспедиционный корпус стало бы верхом глупости. Поэтому израильский штаб совершенно не интересовал окончательный результат. Разумеется, солдатам и даже офицерам нижнего звена говорить об этом не стоило.

В случае успеха хотя бы на правом берегу наверх требовалось доложить о выполнении задачи, то есть о победе. Само собой, если бы противник был разумен, тогда другое дело. Разумный враг, поняв, что к чему, сразу же удрал бы от превосходящих сил на левый берег и спокойно там отсиделся до полного ажура. Но ведь супостатом являлось неразумное самоуправляемое железо. Кто в здравом уме мог ожидать от него такой прыти?

И потому танки пошли вперед.

Это было еще то зрелище.

44. Игра в поддавки

Судя по картинке, у Глюка покуда не получалось сдвинуть Страшилку с места. Значит, деваться, в общем-то, было некуда. Ведич начал бой.

Группа противника состояла из пяти человек, плюс один четвероногий кибер-носильщик. По всей видимости, это были бойцы Ковчега. Возможно, среди них имелись даже егеря. Так называлась новая гвардия Хистера. Она начала формироваться только недавно, быть может, с целью замены старой гвардии, не оправдавшей надежды. Связываться с «зелеными» было бы самой плохой ситуацией из возможных. Прибыв на место, они доложат, с кем имели боевое столкновение. По крайней мере, подробно опишут экзоскелет. И как тогда возвращаться в Форт за вознаграждением? То есть серьезная война исключалась автоматически. Если же вдруг удастся никого не ранить и не убить, тогда, может, Кварод как-то оправдает их действия важностью полученной миссии.

В принципе, даже в столкновении с кем-то другим Ведич тоже не хотел бы никого калечить за просто так. Но теперь стрельба на поражение исключалась вообще однозначно. А ведь как было бы хорошо и просто переколбасить непрошеных гостей из засады. «Трах-бах» — и половина уже покоится кверху лапками, а там уж как судьба повернется. Но сейчас был другой случай.

Так что для начала Ведич прицелился в четвероногого носильщика. Год назад такие штуковины, американского и прочего производства, попытались применять повсеместно. Но мода быстро схлынула. «Бульки», как игриво называли шагающие машины, оказались абсолютно беззащитными перед скоргами. Последствием моды остались там и тут попадающиеся механоиды, подозрительно напоминающие ходячие табуретки. Доходило до комизма. Ведь Технос время от времени копировал кое-какие изделия людей. Так вот, иногда нанороботы воспроизводили «Булек» один к одному. То есть на некоторых явно просматривались надписи «Made in USA». Сталкеры в «Пикнике» перешучивались, что штатовская фирма-производитель вполне может засудить Технос штрафами за копирование без лицензии.

Оказывается, кое-кто в Ковчеге пытался старую моду возродить.

«Это их проблемы, — размышлял Ведич, наводясь на цель. — Сейчас я создам очередного монстрика. Маленького такого, почти безобидного. И вот что особо интересно, — думал он далее, нажимая курок импульсного пулемета. — Сколько стоит чертова машинка? И сколько вычтут хистеровские бухгалтеры из нашего с Глюком гонорара за выведение ее из строя?»

Как раз в эту секунду отставшая от моды «Булька» полегла.

«Даже не тявкнула, — констатировал Ведич и начал смену места дислокации. — Может, этого будет достаточно, чтобы их задержать? — прикидывал он дальше. — Пока станут перегружать груз с „Бульки“ на себя, пока…» Это все была напрасная мысленная суета. Приблизительно над тем местом, где он только что находился, ухнула граната.

«Шуточками тут не отделаешься», — с тоской подумал Ведич. Он пальнул из «Карташа» в сторону группы. Просто так, даже не наудачу. Он по-прежнему не хотел никого зацепить. В ответ началась нешуточная стрельба. Причем, судя по выводам вживленных имплантатов, стреляли не все пятеро. Значит, покуда трое осуществляли прикрытие, остальные делали перебежки. «Не хватало угодить в окружение», — совсем чуточку испугался сталкер. Но противник, конечно, понятия не имел, какой скоростной штуковиной являлся его экзоскелет.

Ведич развернулся и кинулся бегом. Требовалось успеть скрыться за следующей сопкой до того, как враг поднимется на эту. Но ведь пока все шло по плану. Пришлые не продолжили движение, а ввязались в драку. А ведь задержка и являлась искомой целью, ради которой он затеял стрельбу.

Весь дальнейший расчет базировался на том, что средства разведки противника все-таки хуже, чем у него. Хотя полной уверенности не имелось. Если перед ним простые вольные сталкеры, тогда вполне может быть. А если это егеря, то они, так же как и он с Глюком, снаряжены в дело Ковчегом… Но другого плана не наличествовало.

Запыхавшись только от волнения, Ведич отмахал почти полтора километра по кругу. Где-то в другой стороне он улавливал датчиками шумы стрельбы и новые разрывы гранат. Похоже, возвращающиеся домой «зеленые» решили разгрузить подсумки от сэкономленных боеприпасов. Однако они тратили их абсолютно впустую. Ведич уже заходил к месту их остановки с обратного ракурса.

Приподнявшись над автонами на выдвижных конечностях, он с удовольствием заметил полеживающую недвижно «Бульку». Поблизости от нее остался лишь один боец. В менее щепетильной ситуации его можно было запросто порешить. Но требовалось совершенно не это. Ведич стрельнул из ИПК. В двух метрах от чужого воина тут же испарилось килограмма три снега. Облако блестящего пара смотрелось просто великолепно. «Зеленый» явно струхнул не на шутку. Правда, он не угадал направление, с которого действовал Ведич. Его легкий «импульсник» стал полосовать окрестности градусов на девяносто в стороне.

«С такими ребятишками воевать вполне можно, — удовлетворенно подумал Ведич. — Можно даже делать это вполне экономно». Он решил подождать, пока стрельба замолкнет совсем, а уже потом дать им новый повод для суеты. Время работало на него.

45. Подопечный

Глюк уже разнес в щепки здоровенную доску. На доску он наткнулся, вытаптывая окружающий снег. Он чуть не споткнулся об нее. Надо же, эта простейшая деревянная штуковина пережила все случившиеся в округе катаклизмы. Выгорел целый город и все окружающие леса, а эта толстая доска пролежала тут как ни в чем не бывало. И даже не сгнила, что вообще уже странно. Ну, а теперь доске все же пришел окончательный конец. Потому что Глюк использовал ее в качестве предмета воспитания. Ведь это насчет «Фрича» и кое-чего другого Кварод сказал свое научное «низя», а вот насчет введения палочного наказания ничего не говорил. Так что Глюк хрястнул по спиняке Страшилке от всей души и со всего маху. Жалко, доски надолго не хватило. Она выдержала не более десятка ударов. Но, что особо обидно, железным бокам сталтеха не стало от этого массажа ни жарко, ни холодно. Он как стоял пень пнем, так и остался. Правда, однажды ни с того, ни с сего повернул голову в сторону Глюка.