Читаем без скачивания Черная аллея - Микки Спиллейн

— И это... может остановить пулю?

— Я же говорил, любую с расстояния больше двадцати миллиметров.

— Просто не верится.

— Придется поверить, Майк. Я сам лично видел испытания.

— И как... по какому принципу все это работает?

Бад окинул меня снисходительно-печальным взглядом и сказал:

— Почему ниточка, из которой паук ткет свою паутину, прочнее, нежели стальной волосок того же диаметра?

— Хоть убей, не знаю, — ответил я.

— Тогда прекрати задавать глупые вопросы. Из этого материала можно создать любую одежду, и я сшил из него эту футболку. Но вся проблема в том, что кисти рук остаются незащищенными. Вообще-то ее можно носить под рубашкой. А вот тут, между ног, закреплять липучкой «Велкро». Вообще довольно аккуратная получилась вещичка, согласен?

— Вот уж не думал, что ты умеешь еще и шить, — сказал я. — Напрокат не дашь?

Глаза его немного затуманились. Он слишком хорошо и долго знал меня.

— Ладно. Но только чтоб вернул, когда покончишь со своим дельцем, Майк.

Я кивнул, поблагодарил его, вышел, поймал такси и поехал к себе в контору.

Снова начался дождь. На этот раз небо было плотно затянуто тучами и в воздухе стоял запах озона. А капли более мелкие, чем утром. Похоже, природа решила немного поиздеваться перед тем, как обрушить на город ливень. Я был рад, что захватил с собой плащ. Но пояс давил на шов, и я немного ослабил его. Следовало бы принять обезболивающее еще полчаса тому назад, а потому я старался дышать как можно медленнее и всю дорогу до конторы морщился от боли.

Не успел я переступить порог, как Вельда тут же заметила, что выгляжу я просто отвратительно. Ноги у меня дрожали, голова казалась пустой и странно легкой, я знал, что делаю вдохи, но, похоже, воздух не достигал легких. Я уселся в кресло, откинулся на спинку, задрал ноги и положил их на подоконник. Вельда очень часто видела меня в этой позе, когда я пребывал в добром здравии, но теперь... теперь все обстояло иначе. За окном с каждой секундой становилось все темнее, предметы теряли очертания, и мне начало казаться, что я погружаюсь в глубокий сон. В дыру, в черную аллею, где лишь пустота и ни проблеска света.

Голова была на месте. Я осторожно и медленно повернулся, чтобы проверить. За окном все снова расцветилось красками, очертания предметов и цвет вернулись, и я почувствовал, что снова могу дышать.

Я всегда думал, что жить на белом свете — это счастье и удовольствие и для того, чтобы продлить их, человек должен делать все от себя зависящее.

Подошла Вельда. В руках у нее был мой новый наряд.

— Что это, Майк?

Мне не хотелось углубляться в подробности.

— Одна такая штучка, ну, типа майки, что надевают водолазы под костюм.

— А тебе-то она зачем?

— Затонувшее сокровище, куколка, — сказал я.

— Ты, что ли?

— Ну неужели нельзя помечтать немного?

Она швырнула бронежилет на стол.

— Да, тебе действительно нужна жена. Майки, мой мальчик.

— Естественно, нужна, — с кривой ухмылкой согласился я. — А теперь присядь-ка на минутку. Вот сюда, в кресло для посетителей. Мне нужна аудитория. В голове у меня полная каша, какие-то разрозненные факты и детали, и их следует выстроить в картину. Странно, но пока никак не получается. Эйзи прострелил мне бок, а впечатление такое, будто он попал в голову и все мысли смешались.

В глазах Вельды светилось понимание. И она присела на краешек кресла. Никаких записей делать ей было не надо. Она принадлежала к разряду людей, способных запомнить почти наизусть и на слух целую лекцию по криминалистике, а потом повторить ее слово в слово. Правда, удавалось ей это, лишь когда она того хотела, а такое случалось нечасто. В самой ее позе читались напряженное внимание и сосредоточенность, готовность уловить любое мое слово. И сама поза, и наклон головы напомнили мне одичавшую кошку, терпеливо ждущую у мышиной норки.

И я перечислил ей все-все факты подряд, которые знал, а закончив, снова прошелся по ним, но уже дополняя кое-какими предположениями и выводами. Когда я покончил и с этим, страшно захотелось холодного пива, но боль в боку твердо сказала: нет.

— Ну, что скажешь, котенок?

— Ты же у нас детектив, — напомнила она.

— Но ведь и у тебя имеется лицензия, если ты только не забыла продлить ее.

— Почему бы не спросить то же самое у Пата?

— Если б Дули хотел, он бы в первую очередь поговорил с Патом. Но он раскрылся только передо мной. Рано или поздно Пат сам выйдет на это дело, но пока что его задача — поймать убийцу Дули. А все остальное — сплошная игра в загадки, причем я успел здорово в ней засветиться. Да они уже дощечку с мишенью мне на спину повесили. И если я и дальше буду молчать, начнется игра в «Дартс».

— И это все из-за денег, да, Майк?

— Да, из-за восьмидесяти девяти миллиардов долларов. Такая сумма... звучит почти неприлично.

— И никто, похоже, не знает, где их искать?

— Черт, да никто прежде всего не может доказать, что они вообще были, эти деньги. Если были, то, очевидно, старых донов действительно крупно облапошили. Но они теперь все покойники, кроме Понти. Младшие мафиози догадываются, что деньги есть... но не могут их найти. Самое смешное, что это нисколько не похоже на поиски иголки в стоге сена. Это должна быть целая гора картонных коробок, битком набитых наличными или же ценными бумагами... и никто не хочет об этом говорить...

— Майк... а как вообще феды вышли на это дело?

— Но у них же звериный нюх на бабки, куколка. Они чувствуют их запах на расстоянии и будут идти по следу, пока не сдохнут. Им плевать, что они обманывают народ. Но они никогда и никому не позволят наложить лапу хотя бы на доллар. И потом, вспомни, на чем поймали Капоне.

С минуту она задумчиво молчала, потом улыбнулась.

— Современные технологии... В дни Капоне у них были арифмометры, теперь — компьютеры. Они хотят выследить эти деньги с помощью последних. Новые доны использовали все средства, чтобы обнаружить пропажу, а у нас же нет даже самого простого ноутбука.

— А он нам и не нужен, — заметил я. — И никакая электроника не способна бесследно упрятать такие огромные бабки. Кстати, их собирали и прятали еще до наступления компьютерного века.

В этом она согласилась со мной, это было заметно по тому, как она поджала губки.

— А мы пока что идем по следу денег, верно?

— Верно, котенок, но перед тем, как двинуться дальше, давай все же уточним кое-какие цифры. «Тайм», «Ньюсуик», «Ю-эс-ньюс» и «Уорлд рипорт»... все эти журналы писали о мафии. Нанимали репортеров, те проводили свои исследования, разнюхивали детали, собирали факты. Поэтому надо тщательно просмотреть и выписать из газет и журналов все, что может пригодиться. Если пользоваться этими сведениями, цифра получится, конечно, приблизительная. Но мы сможем примерно представить, какие доходы давала торговля наркотиками, другой их бизнес, потом сложить все это, округлить, а там посмотрим, что получится. Кстати, у нас хватит денег нанять людей, которые провели бы такие исследования?

— На это, думаю, хватит, — ответила Вельда.

— Тогда за дело!

Еще с армии у меня вошло в привычку вставать рано, не позже шести. Кофе был сварен, физиономия выбрита, а сам я полностью одет, когда в дверь раздался повелительный и настойчивый стук. Я догадывался, кто бы это мог быть. Наш Билл Рааб не пропустил бы ко мне и самого президента, вообще никого без моего предупреждения, если б только ему не показали полицейский жетон. Но это была сама Власть собственной персоной, которая, надо сказать, немного растерялась, когда я, распахнув дверь, воскликнул:

— Прекрасно, мисс Лейк и мистер Ватсон! Вы поспели как раз к утреннему кофе! — Я взглянул на часы. — Вы, люди городские, встаете слишком поздно. Куда запропастились?

Флоренс Лейк криво улыбнулась. Гомер замешкался, затем все же переступил порог и позволил мне затворить дверь. Я провел их в гостиную, потом отправился на кухню и приготовил две чашки душистого свежесмолотого кофе «Данкин доунатс». Оба они пробормотали слова благодарности, но я чувствовал: в их самоуверенности и надежде застать меня врасплох пробита большая брешь. Да некоторые люди просто в истерику впадают, стоит к ним с утра пораньше заявиться официальному лицу.

Итак, я уселся и поставил на столик кофе. После паузы Флоренс Лейк заметила:

— Мы тщательнейшим образом изучили прошлое мистера Дули. На это ушло много человеко-часов, но дело того стоило. Удалось обнаружить кое-что интересное.

— Поздравляю, — оказал я. — Поделитесь информацией?

— Посмотрим.

Я отпил глоток и поставил чашку обратно на столик.

— Послушайте, мисс Лейк, лично мне глубоко плевать, что вы там скажете. Если я хочу что-либо узнать, то предпочитаю делать это самостоятельно. Так что не стоит играть со мной в эти игры. Что вы узнали?