на Ким, то Роопе даже попытался стать для нас арбитром. Всё это напоминало какой-то ситком.
Кстати, эту историю следует рассказать Рему, потому что недавно мистер Аалтонен в каком-то своем интервью поведал о том, что у рок-группы должна быть приличная тачка, а не какой-нибудь гребаный «велосипед». По его мнению, современные группы не уделяют должного внимания своему имиджу. Я, по крайней мере, готов пообещать Рему, что никогда не откажусь от машин с движком V8.
Когда мы добрались до студии, то сначала расставили наше оборудование и немного поработали над материалом, прежде чем пришло время подняться этажом выше и лечь спать.
Было чертовски здорово снова оказаться в студии Fredman. На следующий день мы уже начали работать всерьез, и всё пошло своим чередом. Правда, меня с самого начала предупредили, что в этих краях время от времени промышляют угонщики иностранных автомобилей, но я всё равно испугался, когда однажды ночью проснулся от странного шума.
Я ринулся к окну и увидел целую банду парней, набросившихся на мою тачку. Невероятный грохот и скрежет разносились по всей улице. Я распахнул окно и заорал во все горло, что вызываю полицию. В тот же миг я уже с бешеной скоростью бежал вниз по лестнице с ножом в руке, но успел увидеть только, как эта банда запрыгнула в свою сраную «Мазду» и умчалась.
Мою Firebird изнасиловали целиком и полностью. Это было ужасное зрелище, потому что если мужчина способен любить машину, то я свою очень любил. Я чувствовал себя так, будто мою женщину избили до полусмерти.
Были бы они хотя бы профессионалами, но нет. Эти гребаные любители, во-первых, разнесли в хлам обе дверные ручки, а во-вторых, выкрутили цилиндровый механизм замка. Однако эти обезьяны даже не смогли пробраться внутрь. Зачет Детройту и «Понтиаку». В результате у моей машины открывалась только пассажирская дверь, и то не до конца. И капот был весь исцарапан, но даже его они не смогли взломать.
Не знаю, было ли это чистым совпадением, но позже я увидел связь произошедшего с фильмом «Угнать за 60 секунд» (2000). У моего «Понтиака» тоже вырвали провода из-под фары. Но к успеху это не привело. В то время как в фильме этот трюк отключал охранную сигнализацию, в моем случае они просто вывели из строя фару со стороны водителя.
Черт возьми, я был просто в бешенстве, когда лишь подумал о том, насколько дорогим окажется ремонт. И из-за всех этих повреждений возвращение домой тоже стало для нас настоящим испытанием.
* * *
У нас впереди оставалось еще больше половины сессий записи, и я к тому моменту стал таким параноиком, что решил следующей ночью спать в машине. Я нашел большую палку, которую взял с собой в качестве оружия, и на закате дня устроился на водительском сиденье. Я кипел от ярости и мысленно заклинал: «Давайте, ублюдки, попробуйте еще раз, и посмотрим, что с вами будет».
Впрочем, достойного стража из меня, похоже, не получилось, потому что за завтраком Марко и Тонми рассказали, что ночью они приходили к машине, громко изображали иностранную речь и стучали по крыше. А я благополучно спал. Уже позже, вспоминая эту историю, парни смеялись над тем, что с этой палкой я напоминал какого-нибудь гнома из фильма «Властелин колец». Вот ведь гребаные черти. С такими друзьями кому вообще нужны враги?
После выхода альбома Suicide by My Side (2002) Ким хотела уволить Тонми, и я не мог с этим поспорить. Ведь мы с Ким так или иначе постоянно обсуждали различные рабочие моменты. Еще во время записи предыдущего альбома у Киппо стало ясно, что поддерживать хорошие отношения и вместе с тем создавать музыку с этим парнем просто не получится. Прежняя химия между участниками группы привела к возгоранию, скандалам между Ким и Тонми конца и края не было видно, и тогда я поднял лапы вверх. Я был плохим посредником и просто без лишнего шума начал искать решение этой проблемы.
Мы объявили о поиске участника, получили несколько записей и для прослушивания выбрали одного из самых перспективных барабанщиков родом из Швеции. У него было какое-то типично шведское имя, то ли Ларс Маттсон, то ли Матс Ларссон, я уже не помню, правда. Мы вместе с ним прилетели в Финляндию, днем порепетировали, а вечером потусили.
Технически он был хорошим музыкантом, но человеком – каким-то скучным и все время извиняющимся. И я сейчас не говорю о том, что каждый музыкант должен излучать рок-н-ролльную атмосферу или демонстрировать всем свой сложный характер, но если ты блеклый и пресный и ни о чем не имеешь своего мнения, то что это говорит о тебе как о личности? Можно не продолжать.
В конце концов, решение мы нашли до смешного близко. Группа Waltari обосновалась над репетиционной точкой Bodom, на первом этаже клуба Nosturi, где я и познакомился с Янне Парвиайненом, который также играл в группе Barathrum. Он, разумеется, был опытным музыкантом, а как человек оказался полной противоположностью тому шведу. На самом деле Янне умел создавать серьезные проблемы, но тогда мы об этом еще не знали. Позднее, уже в туре, стало очевидно, что у него было две совершенно разные личности. Чувак жестоко бухал, но это было обычное дело. Многие из нас так делали.
На сцене мы видели невероятно сконцентрированного на своем деле музыканта, лицо которого ни разу не дрогнуло, несмотря на то что партии были сложными, а темп – дьявольским. Но, как только хмельное зелье попадало ему в глотку, он сразу же превращался в гребаного нудного болтуна, за историями которого было не угнаться. Ни нам, ни самому рассказчику в итоге. «Эй, Аллу. Прям серьезно, Аллу. Нет ты послушай, Аллу…»
Парвиайнен в сознании и бессознанке был как Джекилл и Хайд. В одном из туров по Европе он после выступления выпивал пару бокалов пива вместе с остальными и потом таинственным образом куда-то исчезал. А через какое-то время он уже возвращался к нам чудовищно пьяным, с подводкой и тушью на глазах. У этого чувака где-то в рюкзаке была бутылка Jack Daniels, зеркальце и косметичка, что ли? Я не мог выносить эту сторону его личности, а вскоре и другие не смогли. В остальном он нам очень подходил, но алкоголь был ему противопоказан. Для записи следующего альбома в группу вернулся Тонми, но одновременно с этим Марко нашел для себя кое-что более значительное.
Когда Sinergy играли на разогреве у Nightwish в Европе, Хиетала получил предложение, от которого невозможно было отказаться. Когда он позвонил
