коридор, как просил слуга.
Ох, в не добрый час вспоминаю про злосчастный горшок! Стоит мне открыть дверь и опустить на мраморные плиты посудину, как из-за ближайшего угла в коридор сворачивает Вирна — краснощекая служанка, что так радовалась заключению Йемрена в Темную Башню.
После Кейрона и королевы ее мне хочется видеть в последнюю очередь, но улизнуть за дверь незамеченной не успеваю.
Заметив меня, женщина ускоряет шаг и машет мне рукой:
— Доброго утречка, госпожа Дариника! А давайте-ка я ваше добро отнесу в выгребную яму! Ой, а еще я слуг позову, раз у вас уборная засорилась и вам пришлось горшочком воспользоваться! Пусть починят!
Глава 22
У меня вдруг перехватывает дыхание. Я забыла помыть посудину! Любой, кто откроет крышку, поймет по запаху и остаткам засохшей крови, что там лежало сырое мясо. А если придут рабочие, то обнаружат волкодава…
Покрепче прижимаю к груди горшок и отрезаю:
— Вижу, ты занята. Не стоит отвлекаться на такие мелочи.
— Да мне не трудно, госпожа, — щурится Вирна, почуяв в моем поведении нечто интересное. — Мне же как раз по дороге.
Женщина окидывает меня внимательным взглядом, каким хищник, наверно, оценивает жертву в поиске слабых мест. Приходится признать, вежливость с такой особой не поможет, а лучшая защита всех времен и народов — это нападение.
Правой рукой прижимаю к себе горшок, а левой упираюсь в бок:
— Тебе нечем больше заняться, Вирна? Лишь бы найти повод бездельничать?
— Госпожа Дариника, что вы, я же помочь хочу… Мне же не трудно, мне по пути…
— Если слуги начнут заниматься, чем им вздумается, во дворце никогда не будет порядка. Каковы твои прямые обязанности?
— Помогать в прачечной, — вспыхивает женщина.
— Вот и ступай в прачечную, пока я не рассказала всем, что ты отлыниваешь от работы.
Женщина отворачивается и уже делает шаг в сторону, как вдруг за моей спиной раздается скрежет когтей по двери ванной комнаты. Псу надоело сидеть взаперти, а, может, услышал чужой голос — вот и пытается выбраться наружу, непоседа!
Служанка тут же разворачивается. В глазах загорается повышенный интерес, который наряду с шумом, издаваемым псом, заставляет меня говорить громче и напирать агрессивнее:
— Почему ты еще здесь? Ступай скорей в прачечную! Тебя там наверняка заждались!
— Кто у вас там? — вконец наглеет Вирна, пытаясь разглядеть что-то за моей спиной. — В уборной?
Разозлившись на нее, на себя и дурацкие совпадения, делаю то, что следовало сделать с самого начала. С силой припечатываю дверь ладошкой и белые створки съезжаются в единый монолит. Прямо у любопытной Варвары перед носом. Успеваю лишь буркнуть в щель:
— Не твоего ума дело!
Как только оказываюсь за закрытыми дверьми, принимаюсь себя ругать. Могла бы придумать отмазку! Сказать, что горшок не понадобился, а рабочих для ремонта уже вызвала — это они шумят в ванной. Хотя какой сообразительности можно ждать от человека, не спавшего больше суток и за это время убившего львиную часть нервных клеток?
Запечатываю дверь изнутри и, проверив пса, — в ванной чисто, а в тазике есть вода! — упрашиваю его успокоиться и посидеть тихо.
Серенький слушает меня внимательно, склонив голову набок. Как ни удивительно, после моих слов сговорчиво ложится на пол, пристраивает морду на лапы и не сводит с меня взгляда.
Внутри пульсирует беспокойство. Наверно, следует перепрятать собаку в новое укрытие. Наверно… Может быть, чуть попозже. Совсем чуть-чуть… Усталость накатывает с такой силой, что я с трудом добираюсь до кровати. Стягиваю грязное платье и, вскарабкавшись на свое ложе, в тот же миг отрубаюсь.
****
Кейрон
— Мой принц, служанка настаивает, что у нее есть важная информация по поводу госпожи Дариники. Просит принять.
— Что за служанка?
— Вирна служит у нас недавно. Ей доверяли несложные поручения, пока она не нагрубила старшей по уборке. Я велел отправить её в прачечную. Однако должность простой прачки не помешала ей разнюхать нечто… интересное. Лучше услышать вам, чем кому-то другому, — Миргаш низко склонился, стыдливо прикрывая ладонями темные разводы на бордовой ткани.
Его сюртук запачкался и местами порвался за долгую ночь, поэтому обычно собранный, аккуратный слуга выглядел потрепанно.
Именно Миргаш доставил во дворец мага, лучшего умельца наводить морок, благодаря чему удалось спасти надоевшего волкодава. Он же первым обнаружил убитых виедом женщин, стражей и сообщил о злодеянии принцу. Затем разбудил воинов в казарме, чтобы спящих вояк не перебили виеды. А, когда побоище закончилось, ему было поручено тайком доставить оленину в спальню Дариники.
Надежный, преданный, сметливый — к нему стоило прислушаться. Раз он советует принять служанку, значит, есть тому веское основание.
— Заводи, — Кейрон, наконец, кивнул.
Быстрый поклон — и Миргаш отправился за служанкой. Вот и она, грузная, краснощекая, с беспокойно бегающими глазками и толстыми пальцами, теребящими подол. Тяжело переваливаясь, зашла в зал, поклонилась, да так и осталась сгорбленной, видно, изображая своим горбом почтительность.
— Говори.
— Я уж больно не хотела вас тревожить, мой принц, — начала она хриплым голосом, — но не смогла промолчать. Это ведь ваша невеста, и вам вроде как полагается о ней знать. Раз уж мне довелось разведать нечто важное, то мой долг сказать. По крайней мере, я бы точно захотела узнать про своего жениха заранее все, что он прячет за пустой болтовней…
— А ты? Что ты прячешь за пустой болтовней? — процедил сквозь зубы Кейрон, мечтая выдавить из ее башки главную цель прихода без долгих предисловий.
Резкий тон испугал толстуху, и она затараторила еще быстрее:
— Дело вот какое. Я сегодня рано утречком шла в прачечную на работу. Проходила мимо спальни госпожи Дариники…
— Чтобы попасть из женской половины в прачечную, нет нужды делать крюк мимо господских покоев.
— Так я… Это… Я задумалась, пропустила поворот и заплутала немного. А потом гляжу, ваша невеста как раз ночной горшок выставляет. Дай, думаю, сделаю доброе дело. Отнесу-ка ее горшок в погребную яму. Я ей свою помощь предложила, а она меня начала гнать взашей. Интересные дела, думаю. И вдруг, — рассказчица выразительно выпучила глаза, — у нее в ванной комнате кто-то зашумел! Когда госпожа Дариника поняла, что я все услышала, аж побелела. Заскочила в свою спальню и захлопнула дверь. Отказалась сказать мне, кто там у нее в ванной прячется. Вот как оно все было. А я ведь раньше была о ней лучшего мнения. Да, да, со всем почтением относилась!
Наябедничав на Нику, служанка важно кивнула, сцепила на животе руки и выжидающе уставилась на принца.
Тот молчал. Красивое лицо оставалось слишком спокойным для обманутого жениха. Вирна
