- Так решила твоя мать. Она считала, что будет лучше, если я навсегда исчезну из твоей жизни. Правда, видеть тебя и знать, что ты не моя, было очень тяжело.
- Почему же я ношу твою фамилию?
- Мгм...
В этот момент он увидел Шонну, стоящую в проходе. В руках у нее было два стула. Он не знал, когда она вошла и что успела услышать, но обрадовался ее присутствию.
- Ты знаешь, что означает роман между женщиной и мужчиной? - обратился он снова к Лени. Она криво усмехнулась.
- Ты думаешь, я ребенок?
- У твоей матери случился роман с другим мужчиной, когда мы с ней были мужем и женой. Но я об этом не знал и, когда ты родилась, был уверен, что ты моя дочь.
- Поэтому у меня твоя фамилия?
- И поэтому тоже. - Он не хотел вдаваться в бюрократические детали.
- А когда ты узнал, что я не твоя дочь?
- Когда тебе было почти шесть месяцев, тебе должны были вырезать грыжу. Операция неопасная, но я сказал врачам, что готов быть донором, если будет необходимость. Тогда и выяснилось, что у нас с тобой разные группы крови и ты не моя дочь.
Известие прозвучало для него как гром среди ясного неба.
- А кто был моим отцом? Джордж?
- Нет. - Он посмотрел на Шонну. - У твоей матери был роман с женатым человеком. Он не собирался на ней жениться, а она надеялась, что после нашего развода он узнает, что ты его дочь, и все-таки женится на ней. Как бы там ни было, мы развелись, а он не женился.
- Ты был очень зол на маму?
- Да. Очень.
Шонна могла представить, что он чувствовал. Узнать, что любимая жена тебе изменила и твой ребенок от ее любовника... Это тяжелый удар. Теперь все становилось на свои места. Она поняла, почему он бросил дочь и не виделся с Лени.
- Я бы тоже разозлилась, - серьезно сказала Лени.
- Разве ты не разозлилась, когда узнала обо всем?
Лени кивнула, потом помолчала немного и сказала:
- Ты имел право злиться на маму и на меня.
- Ты не виновата во всем, что произошло. Это я не должен был слушать твою маму, а должен был обязательно навещать тебя.
- Мама сказала, что ты ненавидел меня и ее.
- Не правда. Я никогда не испытывал к тебе ненависти. Наоборот, я очень скучал.
- Тогда почему же ты не хотел брать меня после аварии?
Тайлер нахмурился.
- Кто тебе это сказал?
- Я слышала твой разговор с врачом. Ты сказал ему, что он сошел с ума, что ты не в состоянии взять на попечение ребенка.
- Ты не правильно поняла... - Он взволнованно посмотрел на Лени, потом на Шонну, потом снова на Лени. - Я имел в виду, что у меня не было опыта в воспитании детей и я не знаю, как это делается. Я понятия не имел, как заботиться о девятилетней девочке.
Теперь и Тайлер начинал кое-что понимать.
- Они говорили, что у тебя нет выбора и ты обязан взять меня к себе, продолжала Лени.
Шонна почувствовала, что ей нужно вмешаться.
- Лени, никто не мог заставить твоего отца взять тебя, если бы он не захотел. У него был выбор. Он мог объяснить, что ты не его дочь. Ведь анализ крови подтвердил это. Существуют и другие тесты. Он мог по закону отказаться от тебя. И тогда тебя отправили бы в детский дом. Но он никому ни о чем не сказал. И хотя он неопытен в воспитании детей, он старался заботиться о тебе, делал все, чтобы ты почувствовала себя как дома в незнакомом месте, чтобы ты оправилась от шока, который тебе пришлось пережить. Он позаботился даже о твоей лошади. Наконец, он готов был жениться, чтобы у тебя появилась мать.
Лени взволнованно посмотрела на Шонну.
- Но ведь я не его дочь! И когда вы поженитесь, я вам буду не нужна.
- С чего ты взяла? - горячо возразила Шонна. -А как же усыновленные дети? Они любят своих приемных родителей, а те любят их.
- Значат ли твои речи, что ты выйдешь за меня? вмешался Тайлер, весело глядя на Шонну. Шонна улыбнулась.
- Если ты предложишь.., я подумаю, - добавила она, бросив ответный лукавый взгляд на Тайлера.
- Как думаешь? - обратился Тайлер к Лени. -Возьмем ее в жены?
- Ну, мне она определенно нравится больше А-ли-сии! - засмеялась Лени.
- И мне тоже! - улыбнулся Тайлер. - Тебе решать, Шонна. Учти, у тебя сразу появится ребенок, который любит тебя и знает о лошадях куда больше отца. - Он указующим перстом ткнул в сторону Лени. - И разочарованный в любви мужчина, который теперь, правда, понял, что все не так уж безнадежно.
- Ну что, выйдешь за него замуж? - глядя на Шонну горящими глазами, спросила Лени. Шонна молчала. Ей вдруг стало страшно.
- Я не смогу стать хорошей матерью.
- Почему? - Тайлер удивленно поднял бровь.
- Потому что не знаю, какой должна быть хорошая мать.
- А что тут знать? - удивилась и Лени.
- Я не встречала в своей жизни настоящей матери. Моя мать ею точно не была. Она вообще не хотела детей. Я появилась на свет случайно и всю жизнь была только обузой. Она всегда повторяла, что не может дождаться, когда я стану взрослой. Так что я сама не знаю, что значит иметь любящих родителей, нормальную семью.
- О, Шонна. - Тайлер приблизился к ней. - Неужели ты не понимаешь, что стала настоящей матерью для каждого на этой конюшне? Особенно для своих учеников? Ты для них вторая мама. Учишь их, подбадриваешь, когда они в этом нуждаются, помогаешь решать проблемы. Я же наблюдал все это. В тебе они находят сострадание и понимание. И если ты научилась этому не у твоих родителей, значит, у кого-то еще, но ты понимаешь все лучше, чем многие, кто вырос окруженный заботой и любовью. - Он взял в руки ее лицо и заставил смотреть на него. - Ты и меня научила быть отцом, научила слушать Лени, понимать ее. - Он немного помолчал. - Так ты выйдешь за меня? Станешь матерью для Лени?
Как она могла отказать этому человеку? С первого дня их встречи она не могла ни в чем ему отказать.
- Думаю... - она улыбнулась, - да.
ЭПИЛОГ
Свадьба Тайлера и Шонны понравилась Лени. Шонна попросила ее быть подружкой невесты, и она была на седьмом небе от счастья.
Устроить свадьбу решили в первые выходные октября. Пригласили всех друзей и родственников Тайлера. И даже Анна, дочь Марии, приехала из колледжа. Девушка оказалась такой умной, что Лени решила, что, когда вырастет, тоже будет учиться в колледже.
Сама церемония проходила в манеже, и все гости стояли кругом. Для священника установили специальный помост, чтобы его могли видеть все собравшиеся. Шонна, Тайлер, его брат - шафер и Лени восседали на лошадях, что придавало церемонии большую торжественность. Правда, Шонне и Лени стоило труда уговорить Тайлера на это, как он выразился, безумство, но в конце концов он согласился Шонна была в платье, которое Мария шила своими руками, и выглядела в нем потрясающе. Каждый раз, когда Лени смотрела на невесту, она не могла отвести от нее глаз. Глядя же на Тайлера, она не могла сдержать улыбку, потому что тот сидел напряженно и при каждом движении лошади судорожно хватался за поводья. Но тоже был очень нарядным и самым красивым мужчиной, которого Лени когда-либо видела. Красивее киноактеров, решила она.
Когда священник дошел до слов "в болезни и здравии", Лени затаила дыхание. Священник сделал ей знак, и она подъехала с кольцами для брачащихся. Тайлер надевал кольцо на палец Шонне, и у нее на глазах появились слезы. Лени тоже хотелось заплакать от счастья. Она изо всех сил сжимала повод, стараясь не давать слезам выхода Боялась, если Бобби увидит ее плачущей, он будет смеяться над ней целый год. Он же мальчишка и ничего не понимает в чувствах, только насмехается. Ему не понять, какое это счастье - иметь папу и маму, которых любишь. Откуда он мог знать, что такое получить семью... навсегда.
