Гений, природная притягательная сила, временами устанавливает более или менее эфемерную связь с Единством. Адептат же, этот неограниченный пропуск в Бесконечность, предполагает право реинтеграции ad libitum[132]. Поэтому совершенный адепт принимает в Индии имя Йога — единого в Боге.
* * *
Реинтеграция человеческой дольной единицы в божественное Единство: такова главная задача адепта. В чем же состоит эта реинтеграция?
Нам известно два ее вида: Пассивная и Активная. И та, и другая имеют несколько степеней.
Первой достигают посредством Святости, или сурового очищения своей душевной сущности, соединенной любовью с чистым Духом небес; а второй — с помощью свободной и сознательной воли или реализации мистической пентаграммы.
Первая (реинтеграция в пассивной форме) требует отречения от Я, которое растворяется, без остатка и надежды на возвращение, в божественной Самости. Вы больше не действуете сами по себе; сам Бог действует в вас. Это заставило Апостола сказать: «отныне не я живу, но Христос живет во мне».
Вторая (реинтеграция в активной форме) равносильна позитивному завоеванию Неба, захвату небесного элемента и его коллективного Духа — Руах Хашамаим.
Обе формы, в их наивысшей степени, возвращают душе изначальное состояние Эдема, наслаждение Аор айн-софом. Но Пассивная реинтеграция предполагает отказ от индивидуальной воли и презрение ко всякой профанной науке: «Блаженны, — говорил Христос, — нищие духом, ибо их есть Царствие Небесное»[133]. Активная же, наоборот, позволяет в некоторых случаях, даже на этом свете, проявлять относительное всемогущество, представляющее могущество Божье. Она кладет вам в руку Эш, пылающий меч Иахоах Элохим. Это овладение, по праву завоевания, мистическим Небом, о котором Христос говорил, что неистовые Духи берут его силой: «violenti rapiunt illud».
Несказанное милосердие Г. Н. Иисуса Христа привело к тому, что он взял на себя лишь Пассивную реинтеграцию и умер на кресте, сомневаясь в Самом Себе и Своем Отце: «Или, или, ламмасавахфани!»[134](Конечно, это был вопль плоти, проявившей слабость во время наивысшего испытания, но воспоминание об этом вопле сомнения всегда повергало нас в ужас!)
Благодаря своей смелости, Моисей предпочел преимущества активной реинтеграции: поэтому, после того, как он проявил на земле небесное всемогущество, крепко сжимая в руке огненный меч Херувима, Моисей вознесся к Богу (подобно тому, как после него это должен был сделать Илия), не затронутый «поцелуем» смерти; предоставив своему народу имя Богоизбранного и свободный вход на землю Ханаана, из которой евреи вышли только по видимости, но где они продолжают править, как и прежде[135].
Пассивная реинтеграция — возможно, более божественна и более достойна похвалы; это способ Святых и Помазанников. Активная же реинтеграция, наверное, более выгодна и наделяет большими преимуществами: это способ Магов и Титанов.
Именно к ней должны стремиться люди, которые, не сказав последнего «прощай!» жизни и мирским радостям, всё же ощущают желание собрать то хорошее, что может быть в ее иллюзиях и миражах.
Вечная жизнь так долга! Даже если мы решили неуклонно подниматься, никогда не сходя с дороги, ведущей к Отцу, неужели нам нельзя будет делать остановок? Бог, который так добр, специально для этого сотворил (или, точнее, позволил сотворить) — в самой этой упадочной природе и на этой земле, полной испытаний — мягкую травку и приятную тень Иллюзий…
Удовольствие, включенное и принятое в нормальную форму честного сердца — разве это, в конечном счете, не модализация и не адаптация в земной, преходящей среде вечной радости Избранных?.. Коль скоро мы спустились в этот низший мир, то не естественно и не логично ли, что наши утешения, удовольствия и временные радости, неизбежно соразмерные нашей падшей (то есть менее совершенной) природе, и сами менее совершенны и не столь ангельские? «Homo sum (говорил Катон, один из святых стоического язычества) et humani nil a me alienum puto»[136].
* * *
Лучше не скажешь, и, по-видимому, Паскаль сам комментировал эти прекрасные слова Катона, когда писал в своих «Мыслях», что человек — не ангел и не зверь и так далее. Вероятно, Катон и Паскаль, если бы они были посвященными и если бы им суждено было выбирать между пассивной Реинтеграцией Святых и активной Реинтеграцией Титанов, предпочли бы последнюю.
К тому же никакого выбора не существует, если мы стремимся к каббалистической власти G. Ал или только к проникновению в тайны Потустороннего, не желая оставлять мир и заточать себя в монастырь, физический либо моральный… только Реинтеграция в деятельной форме допускает относительность.
В этом глубинная причина опасности, которую представляют монастыри для некоторых душ, не готовых к полному принесению в жертву, без оговорок и ограничений, самих себя и своей воли. Они отдаются в пассивной форме: ищут ли они окольные пути? Предпринимают ли какие-либо усилия для того, чтобы снова овладеть собой? Супруг оставляет их (поскольку в пассивной форме они позволяют обладать собой, но сами не обладают ничем), и они оказываются во власти Супостата. В конце их сдержанного призвания их ждет гибель.
Поэтому никогда не следует колебаться — под предлогом уважения к свободной воле — перед тем, как расстроить мирскими испытаниями призвание монахов в целом, но в особенности юных девушек, которые ощущают себя призванными к созерцательной жизни. Если их Призвание подлинное, то оно окажется нерушимым, и невеста Неба выйдет невредимой из этих испытаний и с успехом преодолеет эти препятствия; любые искусственные трудности приведут лишь к новому подтверждению ее изначальной воли.
А если речь идет, например, о светских девушках? Мы считаем преступлением, если их родители позволяют им постригаться в монахини, не выводя их насильно в свет— и не просто на вечерний прием, а на бал!.. Если зов этих душ будет слышаться после такого отвлечения, если их склонность к религиозной жизни устоит перед этим растворителем, значит, они сделаны из металла, не разъедаемого временными кислотами, и ни один другой Алкагесш — будь то Алкагесш Парацельса или Ван Гельмонта, — ни один другой растворитель, каким бы едким он ни был, ничего не сможет с ними поделать. Если же, наоборот, какие-нибудь земные «дрожжи», какая-нибудь мирская «закваска» скрыта в потаенных глубинах их бессознательного Я, то они будут затронуты, и шаловливый Эрот, несомненно, заденет их рано или поздно своей стрелой — в потенции, — если только не ранит их в действительности.
Но вернемся к формам Реинтеграции.
* * *
Мы называем реинтегрированным (Йогом мистической ортодоксальной Школы Индии) того, кто может всякий раз, когда он того пожелает, полностью овладевать своим внешним чувственным Я, для того чтобы абстрагироваться в духе и погрузиться, через отверстие внутреннего сверхчувственного Я, в океан коллективной божественной Самости; где он вновь осознает взаимодополняющие арканы Вечной Натуры и Божественности.
Мы называем дважды рожденным (Двиджа мистической школы Индии) того, кто может покидать свое земное подобие в астральном или эфирном теле, для того чтобы черпать в астральном океане решение тайн, которые он в себе таит.
Внутреннюю духовную реинтеграцию можно назвать активным Экстазом. А проекцию сидеральной формы принято называть Выходом во флюидическом (или астральном) теле…
Активный экстаз бывает двух степеней. В первом случае Адепт проникает в саму сущность вечной Натуры, которая непосредственным образом, без символов, сообщает ему Истину-свет. Во второй степени он может общаться с самим чистым Духом, который «восхищает» его на неизреченное Небо божественных архетипов; в данном случае происходит «переливание» Божества-мысли, которое делается человечески-мыслящим в своем разуме, под воздействием сокровенной алхимии — грозной и необъяснимой трансмутации.
Выход в астральном теле отличается от активного Экстаза, поскольку физическое тело находится тогда в состоянии каталепсии, движимое лишь в некотором роде растительной жизненной силой; в то время как астральное тело, или формирующий медиатор (блуждающая оболочка духовной души), плавает в бескрайних просторах сидерального эфира, или универсального света, и может направиться, куда пожелает, будучи соединенным с материальным телом посредством своеобразной флюидической «пуповины».
Таким образом, сознательная личность движется в астральной форме туда, где ей больше нравится, и сама по себе осознает те далекие реалии, которые могут ее заинтересовать. Но тогда — если она хочет получить сведения сверхчувственного порядка — эти сведения передаются ей только символически, через посредство астрального света, который обладает, прежде всего, конфигуративной природой и вещает, предлагая проницательному духу ряд образов, которые тот должен затем перевести, подобно иероглифам Незримого. Стало быть, конкретный и эмблематический способ является единственным, который Истина может использовать, для того чтобы выразить себя посредством Астрального.
