Нахмурившись, Конар отодвинул от себя тарелку, откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.
Он пытливо взглянул на нее.
— Вот как, Бренна, вот что у тебя на уме. Но какая разница, где я оставлю девчонку?
— Ты что, ослеп, Конар? — спросил Свен, вытаращив на него глаза. Но, заметив сердитый блеск в глазах Конара, быстро извинился: — Я прошу прощения, но… — Он осекся.
— Господи, о чем вы? Вы, оба?! — взорвался он.
— Ты рассмотрел девочку? — спокойно спросила Бренна.
— Хорошо ли ты ее рассмотрел? — уточнил Свен. Теперь уже Конар вытаращил глаза на них обоих.
— Мэнон послал за тобой, потому что чувствовал что здесь сгущается опасность. И это было связано с дочерью. Она была бы достойной наградой всякому даже если бы была уродиной, — поскольку впридачу претендент получает замок и отличные земли. Но повсюду идет молва о ее красоте, многие видели ее, и она сейчас уже входит в возраст.
— Да ведь ей нет еще и тринадцати! — воскликнул Конар.
— Твоя невеста — девушка необыкновенной красоты, — сообщила ему Бренна.
Конар в раздражении стукнул бокалом по столу.
— Что до меня, Бренна, то она еще девчонка. Я согласился на свадьбу, потому что Рагвальд уж очень просил, да и понятно, они тут остались совсем без защиты и — ну да, конечно, я прибираю к рукам таким образом неслыханное богатство… Но девчонке надо подрасти, это, по-моему, всем ясно.
— Да, — согласилась Бренна. — Она еще очень юна. Однако иногда женщины становились женами, реальными женами, и в тринадцать лет. Вспомни-ка, когда ты впервые заинтересовался женщинами!
— Но, Бренна, откуда ты можешь знать, в каком возрасте я… — Он остановился на полуслове. «Ну да, он знала. Сколько же ему было лет тогда? С той приходящей горничной? Нет, он был старше, чем Мелисанда».
Он точно был старше…
Правда, ненамного. Однако — это другое дело. Он не собирается терпеть ее при себе.
— Я не имею ни малейшего желания таскать ее за собой в качестве жены, — твердо сказал он. — И, Бренна, ты же меня знаешь. Я не любитель развращать малолетних, когда…
— …когда вокруг столько других и вполне доступных развлечений, — спокойно закончила за него Бренна. — Однако, милорд, хотя вы не любитель, но вы должны иметь в виду, что такие любители есть. И ее опасно оставлять здесь одну.
— Но ведь я женился на ней, брак был оглашен, была церемония…
— Пока брак не подтвержден, его легко расторгнуть. Даже по закону. А уж убедить священника — и того легче!
— Ну и что вы мне предлагаете, — сердито спросил Конар. — Чтобы я растлил эту беспардонную юную сиротку?
— Конечно, нет! — ответила Бренна. — Я просто предлагаю тебе присмотреться повнимательней к девочке. И увезти ее отсюда с собой. В какое-нибудь безопасное место.
«В какое-нибудь безопасное место…»
Да, именно при этих словах его юная невеста появилась в комнате, и именно тогда он впервые взглянул на нее и рассмотрел по-настоящему.
А ведь они правы! Он не рассмотрел ее вчера. Кольчуга, оказывается, многое скрывает. Высокая, стройная, привлекательная… и м-м-да, кое-где уже начинает округляться. Изящная осанка и черные как смоль волосы, струящиеся водопадом. Лицо еще детское, но исключительно красивое, и к тому же еще глаза…
Ох, уж эти глаза! Огромные, темно-синие со странным фиолетовым оттенком, вызывающие и очень, очень красивые. Бренна права. Девчонка будет неотразима. Она уже и сейчас просто ходячее искушение. И найдется достаточно мужчин, которые будут не прочь жениться — или даже и не жениться — на красивой юной девушке.
Его бросило в жар. Как все странно. Он приехал сюда, как гость, не помышляя приобретать собственность или жену. Разве только обсудить какие-то возможности на будущее. А теперь он неожиданно приобрел в собственность здешние владения.
И эту девочку.
И хотя ему самому она, как жена, сейчас не нужна, но он не может и мысли допустить, чтобы она оказалась связана с кем-то другим. Сколько хлопот с этими взрослеющими красивыми девицами! Да, никогда в жизни у него не было таких проблем. Прямо немыслимая головная боль!
Бренна наклонилась к нему.
— Вы можете оставить в крепости половину наших людей. Но ее здесь оставлять одну вас никак нельзя. Идет война, окрестности подвергаются постоянным набегам. Крепость могут вновь осадить. Если захватят Мелисанду, вы хоть теперь и являетесь по брачному контракту здешним владельцем, ваши права могут оспорить, так как она является наследницей графа.
Приблизившись легкой, бесшумной походкой, Мелисанда остановилась прямо перед Конаром, как бы не замечая присутствующих тут Свена и Бренну. Однако в ее мимолетном взгляде, брошенном на Бренну, ощущалась враждебность.
— Вы не имеете права спать на постели моего отца, — заявила она с твердостью, хотя в голосе ее все-таки слышалось скрытое раздражение.
— В самом деле, миледи? — пробормотал Конар.
На ней были розовато-лиловая блуза и поверх темно-лиловая туника. Сочетание этих цветов подчеркивало выразительность ее глаз.
— Его тело еще не остыло! — осуждающе сказала она.
Он встал, взбешенный тем, что она позволяет себе такой тон в присутствии других.
— То, что я спал в постели вашего отца, ни в случае не означает моего неуважения к нему, это просто результат моей крайней усталости. Позвольте вам напомнить, миледи, что я не только не осаждал и не покушался на ваш замок, но напротив — многие мои люди полегли, защищая его и честь вашего отца. Кроме того, я должен вам сказать, что если в будущем вам захочется обсуждать вещи такого рода, то вам следует это делать в приватном порядке.
— В таком случае, милорд викинг, я попрошу вас не совершать больше поступков, о которых было бы стыдно говорить при всех.
Это было уже слишком. Конар крепко схватил девчонку за руку.
— Конар! — попыталась вмешаться Бренна.
— Сядь, Бренна, сделай милость!
В наступившей вдруг тишине Бренна опустилась в кресло.
Мелисанда молча пыталась освободиться от его рук. Конар сказал, обращаясь к Свену и Бренне:
— Надеюсь, вы извините нас, но мы с моей невестой должны потолковать наедине.
— Я ни о чем не желаю с вами говорить… — начала Мелисанда, но он резко оборвал ее.
— Зато я очень многое хочу вам сказать.
— Я не…
— Нет!
Мелисанда вне себя от гнева бросилась на него, стараясь оцарапать. Он любезно улыбнулся Бренне и Свену и, не обращая внимания на отчаянное сопротивление Мелисанды, спокойно перекинул ее через плечо и вышел из зала.
Лучше покончить с этим сразу.
Он поднялся с нею наверх в спальню, сел на кровать и положил ее себе на колени лицом вниз.
