– Дорогая моя мисс Невилл, – проговорил маркиз, – я думаю, что сейчас не время устраивать любовное свидание.
Рука Ксантии замерла в дюйме от паха Нэша.
– И когда же мы снова встретимся? – спросила она хрипловатым голосом. – Когда вы пригласите меня на любовное свидание?
– Боюсь, что это произойдет в следующей жизни. Я считаю неблагоразумной вашу попытку соблазнить меня.
Ксантия усмехнулась.
– Но вы не можете отрицать, Нэш, что между нами пробежала искра. Нас неудержимо влечет друг к другу. Только не говорите, что вы этого не чувствуете!
Нэш рассмеялся.
– То, что я чувствую сейчас, трудно описать словами, мисс Невилл, – сказал он, демонстративно убирая ее руку со своего бедра. – Это и неудивительно.
– Скажите честно, вы увлечены мной, лорд Нэш?
– Вы понимаете, о чем спрашиваете, мисс Невилл?
Ксантия вскинула голову и посмотрела прямо ему в глаза.
– Да, понимаю. Я спрашиваю, хотите ли вы стать моим любовником. Может быть, у вас есть обязательства перед другой женщиной?
– Мисс Невилл, неужели я похож на мужчину, который хранит верность женщинам? – ответил маркиз, криво усмехнувшись. – Они мне быстро надоедают, и я меняю их как перчатки. Скажу вам честно, мне совсем не интересны невинные, благовоспитанные девушки.
– Ну, меня уж точно не отнесешь к разряду невинных девушек, – заявила Ксантия. – Я подпорченный товар, если можно так выразиться. Ни один аристократ не пожелал бы жениться на мне!
Нэш внимательно посмотрел на нее:
– Вы слишком резко говорите о себе.
– Все, что я сказала, – чистая правда. Думаю, мой отзыв о себе поможет вам избавиться от чувства вины.
– Но я не сделал ничего такого, за что мог бы винить себя. Если, конечно, не считать поцелуя на террасе в доме Шарпов.
– Послушайте, Нэш, если я действительно больше не интересую вас, то так и скажите. У меня сейчас нет никого, но меня это не пугает. В Лондоне полно привлекательных мужчин. Я, конечно, не красавица, но не лишена некоторого обаяния.
Нэш долго молчал с мрачным видом.
– Надеюсь, мисс Невилл, – заговорил он наконец, – что вы не рискнете вести подобные разговоры с другими мужчинами из своего окружения. – Он резко поднялся. – Я подумаю над вашим безрассудным предложением, но вряд ли приму его. А теперь позвольте проводить вас к вашему родственнику лорду Шарпу.
Ксантия схватила его за руку. Нэш склонился над ней, впившись жадным взглядом в ее чувственные губы. На мгновение ей показалось, что он сейчас поцелует ее. У Ксантии затрепетало сердце. Но маркиз по-прежнему не сводил с нее глаз – как будто пытался прочесть ее тайные мысли.
– Что с вами, Нэш?
– Ничего, все в порядке. Просто мне вдруг подумалось, что вы странно ведете себя.
Ксантия улыбнулась.
– Что же тут странного? Я просто поступаю так, как велит мне сердце.
Его черные глаза вспыхнули жарким огнем. Он выпрямился и, взяв Ксантию за руку, заставил ее встать со скамьи. Затем повел ее в ту сторону, где находились гости.
– Куда вы так торопитесь? – пробормотала она.
Он проигнорировал ее вопрос. Когда же они уже подходили к группе гостей, стоявших на лужайке, проговорил:
– Вы играете с огнем, мисс Невилл. Помните, что я не мерзавец, но в то же время и не святой.
– Вы как-то назвали себя сибаритом.
– Да, я закоренелый эгоист. Сибарит берет от жизни то, что ему хочется, срывает любой плод, а потом, выжав из него все, что дает наслаждение, выбрасывает. Не забывайте это, мисс Невилл.
С этими словами лорд Нэш резко развернулся и, покинув ее, стал подниматься по ступеням лестницы.
В этот день Ксантия возвращалась домой в скверном настроении. Она подыскивала слова, чтобы дать определение тому, что пережила на пикнике леди Хенслоу. Унижение? Позор? Она попыталась соблазнить лорда Нэша и почти добилась своего. Нэш признался, что он не святой. И действительно, Ксантии теперь казалось, что он был способен на все, в чем его подозревал Венденхейм. Однако ей не удалось найти подтверждения этим подозрениям. Ее постоянно отвлекали посторонние мысли. Неужели физическое наслаждение было для нее важнее всего прочего?
Ксантия всегда старалась правильно оценить силы противника, прежде чем действовать. Однако Нэшу удалось обвести ее вокруг пальца. Ей даже начинало казаться, что Нэш хорошо знает ее, что он понимает ее лучше, чем кто-либо другой. В его присутствии она вынуждена была бороться с сильнейшим искушением, преодолевать соблазны и подавлять эмоции. Ксантия ловила себя на том, что придумывает романтические оправдания тем чувствам, которые она испытывала к Нэшу.
Зная, что перед ней изменник, контрабандист, а возможно, и убийца, она тем не менее млела от одного его взгляда. Ксантия вспомнила, о чем предупреждал ее Венденхейм. На карту было поставлено слишком многое, и она не имела права на ошибку. Власть и деньги… Эти две вещи заставляют людей совершать самые страшные преступления. На что еще был способен Нэш?
Несмотря на серьезную угрозу, исходившую от преступника, Венденхейм наверняка был бы в шоке, если бы узнал, что она, Ксантия, пыталась затащить Нэша в свою постель. Он не требовал от нее подобных жертв. Венденхейм полагал, что она ограничится флиртом и с помощью этого женского оружия заставит Нэша потерять бдительность.
Глядя в окно кареты, въехавшей на Пиккадилли, Ксантия думала о том, что речь сейчас шла не о ней и ее чувствах, а о деле государственной важности. Но в присутствии Нэша она не могла справиться с собой. Когда он находился рядом, она не хотела верить в то, что подозрения Венденхейма могут подтвердиться.
Но неужели она так глупа и наивна? В таком случае ей не следовало тягаться с Нэшем, человеком холодным, расчетливым и прекрасно владевшим собой. Ксантия сознавала, что теряет голову от одного его взгляда. Но все же она не хотела отступать. И это тоже было глупо с ее стороны.
Карета остановилась перед домом на Беркли-сквер, и Ксантия услышала, как слуга Шарпа откинул подножку для пассажиров. Вернувшись к действительности, она чмокнула Луизу в щеку и поблагодарила Шарпа за приятно проведенный день. Войдя в дом, Ксантия представила, как сейчас примет горячую ванну, выпьет бокал шерри, ляжет в постель, – и настроение у нее сразу же улучшилось. Однако ее планам не суждено было осуществиться.
Слуга сообщил ей, что ее уже целый час ждет посетитель. Нa лице Ксантии отразилось разочарование.
– Это тот же щеголеватый джентльмен, который был у нас недавно, мисс, – прошептал Трэммел. – Лорда Ротуэлла нет дома, но этот развязный господин сказал, что хочет видеть именно вас. Я провел его в Желтый салон и подал ему стаканчик лучшего бренди лорда Ротуэлла. Но он не стал пить, а только понюхал бренди и отставил его в сторону. Слыханное ли дело, мисс, чтобы люди так вели себя в гостях?
