class="p1">— Они де так шумно спали, читай храпели, что у нее заболела голова и она отошла буквально на пять метров. А кто им мешал присоединиться, не понятно. Сергей Леонидович никому не возбранял греться, сделав большойкостер.
В данном случае я бы полностью встал на сторону Наташи. Как-то дочь несуразно наехала на мать, будто с молодостью она потеряла большую часть разума.
Порадовал меня Вик. Дав выговорится своим родственницам, он обратился уже о мне с конструктивным вопросом:
— Дядя Сережа, а что мы будем кушать на завтрак?
Хороший вопрос, пять ему и грамоту на общешкольной парадной линейке. Жаль только ответить ему нечем. Впрочем, всегда есть возможность похохмить:
— Дорогие мои, на завтрак у нас будет неограниченная порция чистой холодной воды!
Я сказал и сразу понял, что зря я полез к этим мегерам шутить. Дошучусь, калекой сделают, лишив, например, мужского достоинства.
Вика, посмотрев на мать взглядом английской королевы, холодно спросила, как припечатала:
— А ничего более существенного нет?
— Есть, — вздохнул я, — похлебка из крупы с сушеным мячом. Все бы ничего, но крупа затхлая и частично испорченная, а мясо напоминает полусгоревшую резину, как по виду, так и вкусу. Лично я эту похлебку уже ел и больше ни за что не буду. Хотя с голодухи, наверное, один раз пройдет.
Мама и дочь переглянулись, содержание разговора глаз было нехорошим, типа, в какую дыру мы попали!
— Милостивые государыни, — предупредил я их критику, — напомню вам, то вчера вы появились у моего костра внезапно, совсем неожиданно. «И без объявления войны», — добавил я мысленно, — я вчера гостеприимно угощал вас своим ужином, которого мне с кошками должно было хватить и на завтрашнее утро. А теперь на четверых пусто, ведь сохранять напередздесь практически невозможно.
Так что предлагаю вам излишне не лаяться и не искать виновных — они то, безусловно, найдутся, но что нам это даст? Лучше запланируем на день завтрашний забот по ловле и копчению рыбы и зверей, гораздо эффективнее будет.
— А вы не попытались выбраться отсюда? — жалобно спросила Наташа. По-видимому за прошлые дни скитаний у них почему-то не терялась надежда найти людей и тем самым без проблем спастись.
Людей они нашли. С сожалению, в одном количестве — меня. И проблем это практически не решило.
— Куда? — тоном взрослого дяди, разговаривающего с неразумными младенцами, спросил умный и логичный Я.
— Послушайте, — вмешалась в разговор Вика. Она явно нервничала, но мысль выдвинула на первый взгляд логичную: — построим или, в крайнем случае, найдем мало-мальский кораблик и куда-нибудь поплывем. Земля ведь круглая, все равно куда-то приплывем?
Ну Вика, ну красавица, став юной практически девчонкой, с натяжкой девушкой, она получила юные прелести, но совершенно разучилась трезво мыслить. Ели вообще думать.
Даже сын ее Вик, маленький мальчонка, совсем еще учащийся самостоятельно жить — что ходить, что ложкой орудовать за обеденным столом, у нас условным — и тот поразился:
— Мама, так же нельзя! А если мы окажемся в море месяц, а то и два, что будем есть? Голодовать или меня под нож? Уж лучше на острове остаться, тут хоть мизерный шанс есть выжить.
Воодушевленный мужской поддержкой Вика— а он хоть маленький и в прошлой жизни, до острова, и в настоящей, после «модификации» источником, а все одно логично думать не перестал — я уже более настойчиво проводил свою линию:
— Милые дамы всех возрастов, давайте мыслить реально: корабля у нас нет, ни строить его, ни ремонтировать мы не можем.
— Ремонтировать? — теперь уже Наталья насторожилась, — у вас есть конкретный корабль?
— Есть, — кивнул я, — хотел на него сегодня вас сводить за оставшимися вещами и припасами. Но это довольно большая парусная шхуна, при чем или тяжелые паруса или тридцать гребцов. Вы умеете им управлять? Я — нет! Никогда не плавал даже на речном катерке, а уж тем более на парусном корабле.
Гости мои, точнее женщины, смутились. Видимо, и инициатор дочь Вика, и пассивно ее поддерживающая мать Наташа ставили главным матросом меня. Ох, мать моя женщина, а не послать ли вас, дорогие прелестницы куда подальше, желательно через лес с тропическими хищниками?
— Я, кстати, посмотрел в один из ночей, будучи еще один — мы на острове, скорее всего, в Тихом океане. Тут в любую сторону тысячи километров, хоть на Запад, хоть на Юг, — подчеркнул, резюмируя, — плыть на полуразрушенном корабле, с не обученной так сказать командой, без припасов, не известно куда и не известно как могут только сумасшедшие или женщины.
— Что, да как вы смеете?! — дружно в два голоса возмутилась женская часть общества, явно обозлясь на меня. Я почувствовал, что, пожалуй, перегнул палку. Бить меня, конечно, они не будут, просто не смогут, но и любой интим, даже легкие поцелуйчики в щечку мне не видать, как своих ушей. Ведь зеркал здесь нет!
Сразу немедленно притих, обязательно извинился: — дорогие дамы, мне нет прощения, я хам и бестолков, готов понести любое наказание, — и, после драматической паузы, сказал, как в ледяную воду прыгнул: — бейте, можно даже палками, я не буду сопротивляться!
Наталья и Виктория переглянулись, слава богу, не зло. Но, по моему, бить они меня все-таки собирались. Только одна женщина имела другое мнение, которое и озвучила, зарычав. Гризли словно предупреждала: — прежде чем нападете на моего хозяина, будете иметь дело со мной.
Домашняя кошка, какая бы она не была злой, вызывает у людей только умиление. Вот если бы она оказалась в несколько раз больше, а так! Я подхватил Гризли на руки, прижал к своей груди, признался:
— Ах ты моя красавица! Моя пушистая прелесть! Одна только ты и меня любишь и меня зашишаешь!
Гризли на мои слова заурчала, мяукнула, стала бодаться головой в лицо. Потом строго посмотрела прямо в глаза своими зелеными гляделками:
— Мол, если будут обижаться, сразу походи, не стесняйся. Я их в клочья разорву, когтями исцарапаю!
Дамы мои, как и полагалось, заулыбались, смягчились, несмотря на угрозы. А вот их старшие сородичи их сильно напугали. В ответ на рычание Гризли с некоторым промедлением из леса, но уже довольно близко послышался утробный рев льва. Затем послышались чьи-то вопли-всхлипы.
Женщины мои (наши) сразу забыли про обиды и мелочные злобы, переметнулись за меня и за Вика. Ха, ну за меня-то ладно. Я взял лежащий рядом рабочий топор, вооружаясь. По крайне мере, один тяжелый, а то смертельный удар я точно нанесу. Но Вик-то как сможет защитить, предложитсъестьсвою тушку первой? Дескать, пока меня будут кушать, можете бежать?
— Наташа, — попросил
