соответственно, лучше ему развиваться, потомство рождается также с мощными мышцами и может лучше пропахивать морское дно и уничтожать всяких там аммонитов, а заодно лучше отапливать свое потомство, и так далее.
Обладающие продвинутым метаболизмом и отчасти освоившие птичий способ дыхания капские вараны (Varanus exanthematicus), точнее взрослые особи этого вида, подозреваются в специализации по питанию моллюсками (у них мощная мускулатура черепа, кости и тупые зубы «давящего» типа, у детенышей же зубы острые, насекомоядные).
Так выходцы с континента поучаствовали в морской революции. Это одна версия, как уже сказано, не вполне реалистичная, но у меня есть и вторая, более реалистичная и интересная.
В этом случае все происходило отчасти наоборот. Есть морские организмы, которые хоть и недолго, но все-таки могут поддерживать температуру, ненамного, но все же превышающую температуру окружающих вод, — крайне популярные сегодня у посетителей японских ресторанов тунцы. Тунцы в массе своей также способны к «самообогреву», специальная система сосудов им в этом помогает, но главным образом тунец такой горячий именно потому, что он такой быстрый, как, видимо, и сельдевые акулы. Они мезотермны именно потому, что постоянно ведут скоростное преследование добычи, что и разогревает их тушки, а вот рыбы-фильтраторы (даже такой гигант, как китовая акула), которым особо торопиться некуда, остаются, насколько мне известно, холоднокровными. Термические способности тунцов и сельдевых акул впечатляют на фоне других рыб, но результат несопоставим даже с теми скромными температурами, которые могут поддерживать современные однопроходные. Так как морскими «заврами» быстро обретается частичная теплокровность, то это создает некоторую проблему — ту, что мы видим и сегодня. Вода все же отлично проводит тепло, поэтому теплокровные существа хорошо его в ней теряют, и чем они меньше, тем теплопотери идут интенсивнее. Перед переселившимися в океан и уже стоящими на пути к теплокровности персонажами, к тому же нацеленными на активную охоту, стояла задача стать по возможности более крупными и хорошо теплоизолированными, то есть остывать медленнее (что было полезно и для потомства, вынашиваемого в организме). В том числе и стремление к минимализации теплопотерь приводит к тому, что сегодня морские млекопитающие такие крупнячки (ни китообразных, ни сирен, ни моржей, ни тюленей не заподозришь в недостатке массы).
Морские млекопитающие (точнее, хищные морские млекопитающие), правда, как мы помним, жмутся поближе к полюсам, а в тропиках особо нечего страдать из-за охлаждения. Однако, как показывает пример кашалота, на больших глубинах у всего теплого есть преимущество перед всем холодным — попасть в зону холодных вод можно, и не особо удаляясь от экватора, достаточно спуститься на нужные глубины и быть там королем, если ты достаточно горяч, но за это придется расплачиваться. Как минимум некоторые ихтиозавры могли охотиться на больших глубинах — офтальмозавры (Ophthalmosauridae) обладали глазами впечатляющего размера, что прямо указывает на приспособленность к охоте в темноте (в том числе и на глубине).
Здесь, однако, надо сделать серьезные оговорки: в мезозое не существовало ни ледников, ни порождаемых ими придонных холодных течений, и вода на глубинах была все-таки намного теплее, чем сегодня. К тому же теплые мелкие моря, частично покрывавшие материки, были намного богаче глубин, и первым делом ящеры осваивают именно их, но здесь они довольно быстро разбирают все позиции главных хищников. Морские ящеры мезозоя сравнительно быстро набирают массу, это облегчает жизнь взрослым. Однако «тепловой вопрос» портит жизнь и детенышам моряков- первопроходцев: они тоже прекрасно теряют тепло. И так как они прекрасно теряли тепло, они не могли так хорошо охотиться, как взрослые особи, спускаться подальше от морской поверхности. В целом существование их не было простым. Если вернуться к тунцам, то они справляются с этой сложностью так же, как и все нормальные рыбы: больше икры, больше потомков, кто-то да выживет. Но ставшие живородящими «завры» мезозоя уже не могли изготовлять детенышей пачками. Плохо было в воде и с теплоизоляцией: это наземный организм может отрастить шерстку или пух, но внешние покровы делали бы завровую мелкоту менее обтекаемой (и сегодня морские млекопитающие охотно избавляются от избытка шерсти). Наконец, родителю в воде сложнее было обогревать детеныша своим телом. Отсюда есть простой и понятный путь: надо сделать так, чтобы детишки рождались тоже крупненькими, а это в свою очередь требует больших энергопотерь по обеспечению их развития в утробе и поддержания высокой температуры. Итак, постепенно морские завры пришли к «окончательной» теплокровности. Кстати, на мой любопытствующий взгляд непрофессионала, увеличение размеров китообразных также могло стимулироваться тенденцией к увеличению размеров их детенышей, примерно так же, как тенденция к увеличению размера детенышей стимулировала развитие гомойотермности (теплокровности) у мезозойских вторичноводных рептилий.
Усатые киты проделывают огромные путешествия в поисках мест идеальной кормежки (мест, богатых планктоном и крилем), чтобы участвовать в этом бесконечном беге за едой, китенок должен не отставать от взрослых, а для этого ему нужно стремительно стать таким же, как взрослые. Детеныши должны были расти очень-очень быстро. А для этого их надо было героически откармливать, что и делают самки кита, вырабатывающие молоко рекордной жирности и в рекордных количествах. Чем крупнее становилась мать, тем проще ей было производить молоко — на это она тратила гораздо меньше усилий. К тому же если детеныш уже рождался достаточно крупным, то ему проще было странствовать. Чтобы родить крупного детеныша, также полезно было стать крупнее. Некоторые дельфины, в том числе дельфины косатки, которые, несмотря на свой внушительный размер, все-таки остались значительно меньше своих сородичей-фильтраторов и кашалотов, тратят на воспитание потомства огромное количество времени и энергии. У них даже существует такое редкое в животном мире явление, как менопауза, и связанная с ней не менее редкая «институция» бабушек — самок, утративших способность к размножению, но продолжающих ухаживать за детенышами (выгодная стратегия, если для выращивания детенышей требуется много усилий). Конечно, долгое воспитание дельфинов связано с их грандиозными мозгами и выдающимися интеллектуальными способностями, к тому же они все-таки могут себе его позволить. Тем не менее, мне думается, это не бессмысленное сопоставление. Уточню, мы живем в криоэру. Сегодня течения, берущие начало у берегов Антарктиды, доходят, например, до Галапагосских островов. Такое «дальнобойное» действие холодных потоков обусловлено расположением материков, из которых Южная и Северная Америка, а также Африка вытянуты по оси юг — север. Соединенная Панамским перешейком Америка к тому же образует единый массив суши, простирающийся почти от полюса до полюса. В мезозое же материки располагались не поперек, а вдоль экватора, и, как я уже сказал, в этот период там было очень-очень жарко. Воды, повторяю, прогревались отменно, холодные течения не то
