Тулли был возбужден.
— Все эти годы Норму Херст угнетала мысль, что она вышла замуж за Олли только благодаря смерти Кэтлин Лавери. Эта мысль разрослась в ее сознании до такой степени, что она стала отрицать смерть Кэтлин. Она внушила себе, что она сама — Кэтлин.
Тулли наклонился к лейтенанту.
— Слушайте внимательно. Кранни Кокс родился и вырос в этом городе. В молодости он был шалопаем и бабником. Я уверен, Юлиан, — при желании можно будет установить, что Кокс приставал со своими ухаживаниями и к Кэтлин. Норма знает это…
— Откуда?
— Черт возьми, как я могу знать! — воскликнул Тулли. — Возможно, Кэтлин рассказала об этом Олли, когда они дружили. А после женитьбы Олли рассказал Норме. Каким-то образом Норма об этом узнала, возможно, ей рассказала Рут. Но Норма уже жила в иллюзии, что она — Кэтлин. Считая себя Кэтлин, она отправляется вечером к Коксу. Тот не знает, что имеет дело с психически больной. Он говорит ей, что она должна убраться вон, или что-нибудь в этом роде. Вероятно, он рассмеялся ей в лицо, когда она сказала, будто она — Кэтлин. Норма возмутилась, а то, что она легко переходит к насильственным действиям, я сегодня испытал на себе. Оружие было под рукой — мое оружие. Уверяю вас, Юлиан, решение загадки заключается в том, что
Норма застрелила Кокса, будучи уверенной, что она— девушка, которая бог знает как давно умерла.
— А ваша жена? — спросил Юлиан Смит.
— Но разве вы не догадываетесь?! — воскликнул Тулли. — В приступах безумия Норма сильна, как мужчина, как дьявольски здоровый мужчина! Мне пришлось ударить ее в подбородок, иначе я не мог бы справиться с ней, а я ведь не слабый человек. Уверяю вас, Норма могла насильно упрятать куда-нибудь Рут, запереть ее там. Возможно, Врачи могут дать ей какие-нибудь новые медикаменты, чтобы узнать, где находится Рут. Я знаю, Юлиан, что все это выглядит чертовски нелепо…
Смит нагнулся и прикоснулся к руке Тулли.
— Не горячитесь, Дэйв, иначе вам самому потребуется скорая помощь. Я организовал серьезные поиски Рут. Мы ее найдем.
— Значит, вы не согласны с моей теорией? — с горечью спросил Тулли.
— Нет, Дэйв.
— Почему, черт возьми?
— Ну, хотя бы из-за звонка Рут. Если она невиновна, значит, убийца принудил ее позвонить. Душевнобольная, подобная Норме, не поступит таким образом, насколько мне известно. Душевнобольные неспособны систематически наводить подозрения на другого человека. Во время приступа Норма, вероятно, застрелила бы Рут на месте. Нет, Дэйв, это не пойдет.
Тулли сразу приуныл и устало пробормотал:
— Итак, я снова нахожусь на том же месте, откуда начал. Все, кроме Рут, свободны от подозрений.
Он с трудом встал и подошел к кухонному окну. Этот дом вдруг показался ему похожим на тюрьму.
— Кроме того, — сказал Смит, — сегодня вечером снимок Рут покажут по телевидению. Возможно, это поможет нам в розысках.
— Возможно.
— Мне уже приходилось делать подобные вещи, Дэйв. Нам многие будут звонить — работники бензоколонок, официантки, прохожие — и мы будем идти по каждому следу.
Тулли почувствовал на плече руку Смита.
— Примите таблетку и ложитесь в постель. Обещаю, что лично разбужу вас, если что-нибудь удастся сделать.
— Подите вы к черту, — сказал Тулли.
Глава 18
После ухода Смита Тулли стал бродить по дому. Новая мысль мучила его. Он чувствовал, что совсем недавно услышал нечто значительное. Какое-то слово или указание — Сезам, откройся, — которое, словно молния, осветило скрытую во тьме истину.
Тулли прошел в свой кабинет и стал отчаянно пытаться разобраться в путанице мыслей и чувств. Он сидел неподвижно, но от напряжения пот выступил у него на лбу. Наконец он пробормотал проклятие, ибо ничего не прояснилось.
Поднявшись с кресла, Тулли подошел к телефону. Он хотел получить справку по личному телефону местного редактора «Таймс-Колл» Джека Баллингера.
— Дэйв Тулли? — зевнул Баллингер. — Что случи-
Ну, прежде всего, я хочу выразить вам благодарность за ваши действия в истории с Коксом, Джек, — сказал Тулли. — Вы были деликатны в отношении моей
— Мы напечатали только факты. Свои бульварные привычки я оставил в Чикаго. Итак, что случилось, Дэйв?
— Не сможете ли сделать мне одолжение? Мне хотелось бы заглянуть в ваш архив.
— Давайте встретимся перед зданием газеты, — быстро ответил Баллингер.
Когда Тулли подъехал, там уже стояла старая машина газетчика. Журналист выскочил, возбужденный, как старая ищейка.
— Что вы собираетесь предпринять, Дэйв? Я ожидаю своей доли.
— Сам еще не знаю.
Баллингер бросил на Тулли острый взгляд и повел его в полутемное здание. Старый пол дрожал от громыхания типографской машины. Наверху, в отделе новостей, все еще работали три группы сотрудников. Утром газета выходила под названием «Таймс», во второй половине дня она называлась «Колл», а воскресные выпуски именовались «Таймс-Колл». Старик прошел мимо отдела новостей к кабинету, отгороженному стеклянными стенками, открыл дверь и включил свет. Целые ряды полок до потолка были уставлены папками и коробками.
— В утреннем выпуске мы поместим фото вашей жены, — сказал газетчик. — Полицейское управление попросило нас об этом. Полиция нашего города, видимо, больше не уверена в виновности миссис Тулли. Причину этого лейтенант Смит не объяснил. В связи с этим появилось что-нибудь новое?
— Она действительно невиновна, Джек.
Баллингер не спускал с него глаз.
— Вот здесь наше кладбище. Что вы хотите найти, Дэйв?
— Кэтлин Лавери.
— Лавери…
Голубые глаза Баллингера стали задумчивы.
— Да, конечно. Зачем?
— Я еще не уверен, — ответил Тулли. — У меня создалось впечатление, что Кокс вернулся сюда по иной причине.
— Например?
Тулли пожал плечами.
— Он поставил все на одну карту и вернулся сюда. У него, я уверен, была на примете дьявольски верная добыча, и он горел желанием пойти на риск.
— И вы полагаете, что все это связано с Кэтлин Лавери?
— Я толком не знаю, как объяснить вам это, Джек. Я делаю отчаянные попытки выяснить все. Возможно, в вашем архиве мы найдем ответ.
Баллингер подошел к картотеке, вынул оттуда карточку и снял с полки десяток маленьких плоских коробочек. Затем стал открывать их одну за другой и достал цилиндрическую кассету.
— Пойдемте к проектору, Дэйв.
— Микрофильм?
Старый газетчик захихикал.
— Техника теперь вошла даже в богом забытые области.
Тулли последовал за Баллингером. Тот включил проектор и вставил микрофильм. На экране появился первый кадр — титульный лист Таймса.
— Обращайте внимание на заголовки, Дэйв. Мы просмотрим страницу за страницей, пока не найдем то, что вы ищете.
Сорок пять минут следили они за жизнью очаровательной девушки. Лавери, отправляющиеся в Европу; Лавери, возвращающиеся из Европы; юная мисс Лавери во время сочельника в сельском клубе, председателем
которого была миссис Мерседес Лавери; четырнадцатилетняя Кэтлин Лавери принимает участие в конных бегах… Девушка, сидевшая на породистой лошади, показалась Тулли немного одинокой и потерянной. Затем Кэтлин на соревнованиях по плаванию, в составе команды своей школы. Потом она появилась на теннисном турнире юниоров в Англии. События следовали одно за другим.
А затем — ее смерть.
— Один момент, Джек.
Баллингер задержал кадр, и Тулли прочитал:
«…Во время поездки с матерью по Европе мисс Лавери утонула в Швейцарии. Ее лодка перевернулась на Женевском озере. Вчера на рассвете тело прибило к берегу, где оно и было обнаружено группой спортсменов…»
Тулли внимательно просмотрел и последующие заметки. Это были сообщения о похоронах и некролог.
— Это все. — Баллингер выключил проектор.
— О Крандалле Коксе не упомянуто, — пробормотал Тулли.
— А с какой стати?
— Он имел очень много любовниц, особенно из высшего света. Я полагаю, что он мог иметь связь и с юной Лавери. Она ведь была богатейшей девушкой города, и это наверняка привлекало таких парней, как Кокс.
— Ему бы не удалось влезть в такую семью, — сухо возразил газетчик.
Тулли мрачно смотрел на Баллингера, укладывавшего микрофильм в кассету.
— А все же: почему, собственно, Кэтлин утонула? — неожиданно спросил Тулли. — Судя по этим сообщениям, она была отличной пловчихой. Или вы в это время еще находились в Чикаго?
— Нет, когда это случилось, я уже полгода как жил здесь.
Старик пожал плечами.
— Болтовни об этом в то время было много, потому что швейцарские власти не дали ясного объяснения этому происшествию. Делались всякие предположения. Очевидно, девушка отправилась на лодке одна и, когда лодка опрокинулась, ударилась об нее головой. Может быть, ее свела судорога. А возможно, в темноте Кэтлин делала круги, пока не обессилела.
