Читаем без скачивания Заря Айваза. Путь к осознанности - Ж. Славинский

— Такое отношение делает из тебя наивного новичка. Не стоит ожидать от таких людей святого образа жизни... потому что они — не святые. Нельзя судить их по устоявшимся стандартам. У адептов должны быть человеческие слабости, чтобы они оставались в человеческих телах.

Я стоял у камина и ждал продолжения ее повествования. От приятной расслабляющей атмосферы не осталось и следа. Как я мог забыть это имя? В моей голове были какие-то смутные воспоминания о нем, размытые и расплывчатые, как звуки под водой. Конечно же... он был другом моей бабушки и дедушки, с кем она долго переписывалась после смерти мужа. Его фотография висела на одной стене с нашими семейными фотографиями в столовой в Виолин До! Большая гладко выбритая голова, темные пронизывающие насквозь глаза, кустистые брови. Его образ таил в себе какую-то безмолвную угрозу, глубокий, крадущийся издали рев, исходящий от глубинных вод. Я попытался вспомнить те редкие моменты, когда бабушка комментировала его нерегулярные письма из Лондона.

— Что ты еще знаешь о нем?

— Только то, что услышала от вторых лиц. Халинг полагает, что он был одним из Мастеров Великой Белой Ложи Посвященных. Ходили различные нелепые истории. Филип Мэр, английский писатель, женившийся на сестре Мичиновича, писал в своей автобиографии, что он почти упал в обморок, когда в первый раз встретил его. Некоторые говорили, что у них шла кровь из носа в его присутствии. Такого рода воспоминания схожи с описаниями Мак-Грегора Меттерса, главы «Золотой Зари», о Великих Мастерах.

— Еще меньше верю в существование этих Мастеров. Воображение у некоторых людей работает сверхурочно: рассказанным историям нет начала и конца, и через некоторое время рождаются те самые мифы о тайных лидерах оккультных братств, о крови из носа и тому подобное...

— Слушай, Боги. Теософские истории о Великих Мастерах, и правда, представляют оккультные фантазии XIX столетия, они сочетают в себе немного науки и куда больше фантастики. Но, несмотря на это, великий Разум все же существует. — Она на какое-то время задержала на мне свой взгляд. В двух ее пальцах медленно тлела сигарета. Она взглянула на зимнюю ночь через окно. И заговорила медленно, подбирая каждое слово: — Само решение ступить на Путь не меняет генетически самого человека. Ему все равно нужно функционировать физически — таковы законы метаболизма на физическом уровне существования. Время от времени он устанавливает с высшим Разумом контакт, который становится все чаще и все продолжительнее по мере следования по Пути. Через него начинает проходить космическая энергия, так как он стал более проницателен, чем остальные. По сути, это явление схоже с вдохновением художника или открытием ученого... Ты слушаешь меня? В основе лежит механизм длительной концентрации на одной цели, фокусирования мыслей на одной вещи или проблеме. Люди постоянно поглощают энергию из высших уровней, но большинство об этом даже и не подозревает. Понимаешь? Различие между оккультистом и мирским человеком в том, что, по сути, оккультист делает это сознательно и, следовательно, более эффективно. Когда он твердо стоит на Пути, то приобретает способность сохранять более длительный контакт с высшими уровнями сознания. Это — энергия, и она существует в различных формах. Некоторые видят ангелов и говорят с ними, другие — Бога, третьи — инопланетян с космических кораблей...

Она затушила сигарету указательным пальцем и, словно размышляя вслух, заключила:

— Художники достигают вдохновения, ученые решают проблему, а простые люди видят привидений, фей и демонов. Из-за того, что мы живем в индустриальном обществе, становится неудивительно, что так сильно культивируются истории об инопланетянах из других цивилизаций. Некоторые видят в них даже спасителей.

Ее слова звучали разумно. Она понизила голос, словно предупреждала меня:

— Ход развития событий может принять опасный оборот. Иногда космическое маховое колесо беспощадно поглощает всего человека. Это и есть один из случаев эгоизма. Человек не может различить себя и ту силу, которая завладела его сознанием. В нашем братстве было несколько таких случаев.

— И что стало с этими людьми?

— Их ждала психиатрическая больница. Последователь должен прочно удерживать связь с физическим миром — у него должна быть профессия, брак, дети, работа... — По ее лицу быстро пробежала улыбка, и она продолжила: — Даже если это чистка картошки. Халинг так и оставит тебя чистить картошку в «Форесте», пока ты сам не решишь поискать что-то другое. Головой маг живет на небесах, а ногами — на земле!

У меня в голове промелькнул образ Халинга. После нашего разговора я задумался, а действительно ли он адепт, каким я себе его представлял? Я не знал, что сказать по этому поводу, и продолжал молчать.

Астрид добавила:

— Я хотела предупредить тебя, чтобы ты в ближайшее время ожидал таких реакций, ведь у тебя было очень много задавленных переживаний. — Она печально улыбнулась и продолжила: — Когда появляется реакция, то затрагиваются в первую очередь эмоциональные отношения... Космическая энергия, Разум, божественные силы... Должна признать, что я скептично отношусь к этому... Все эти будоражащие голову вещи всегда случаются с кем-то другим. Почему-то Высший Разум никогда не выходил со мной на контакт.

Астрид посмотрела мне в глаза. Танец бликов огня отражался на ее лице. Я мог разглядеть ее блестящие, насквозь пронизывающие и сосредоточенные глаза скорпиона.

— Не будь столь уверенным, — произнесла она напоследок.

– 15 –

Я стоял посреди ритуальной комнаты в доме Акермана, разодетый в ритуальную мантию из тонкого голубого хлопка. На мне были голубые носки и повязанная вокруг талии шелковая веревка. Я выполнял роль Хеседа, несущего космическую энергию, четвертая сфира на Древе Жизни. На остальных девяти участниках были надеты мантии, цвет их соответствовал цветам сефирот, которые они представляли. На Астрид, играющей роль несущей энергию Марса, была огненно-красная туника и тонкая железная цепочка вокруг пояса с маленьким кинжалом. Белокурая Гунила, разодетая в зеленый шелк, с медными браслетами и цепочкой вокруг талии, стояла позади меня на месте последней из сефирот, на правой колонне Древа Жизни. Она притягивала к себе взгляды мужчин, но сама смотрела только на Халинга. Он сделал глубокий вдох и на выдохе произнес:

— Начнем.

Я был напряжен, хотя само исполнение ритуала было простым. Каждая из сефирот, находящаяся на соответствующем месте, была очерчена мелом. Халинг, в белой робе, белой повязке на голове и в белых тапочках, стоял на верхушке дерева, символизируя Кетер, высшую из всех сефирот.

Он молча окинул нас взглядом и, закрыв глаза, начал читать призыв высоким и дрожащим голосом:

— Братья и сестры, позвольте следующему видению возникнуть перед вашими духовными глазами... Мы стоим на вершине высокой горы, освещенной лучами восходящего солнца. Над нашими головами возвышается фигура Священного Ангела-Хранителя. От его золотых замков исходит сияющий свет, который озаряет нас. У подножия горы расстилаются яркими красками города Ат-ла-а-ан-то-о-ов-в...

По моему телу пробежала дрожь. Появившаяся у меня в голове картинка была настолько живой, что яркий свет, исходящий от Ангела-Хранителя и восходящего солнца, чуть ли не ослеплял меня. Я сожмурил глаза сильнее.

Халинг продолжил:

— Давайте же вместе вызовем вибрацию: «Э-э-э-хэ-э-э-йэ-э-э!»

— Э-э-э-хэ-э-э-йэ-э-э, — гортанно и глубоко вибрировал я. Окружающие голоса как волна охватили меня, и в руках, во рту и верхней части желудка начала ощущаться слабость. Халинг провибрировал формулы Хокма и Бина, после чего мы все вместе проделали то же самое. Получилась очень сильная вибрация, и взорвавшаяся физическая энергия превысила энергию всех участников. Вибрации сефиры Хесед, что я представлял, вызвали сильную дрожь в области диафрагмы, икроножных мышц и лица. Дрожь в солнечном сплетении и гениталиях продолжала расти, гортань начали охватывать судороги. Я уже было хотел открыть глаза и рассказать Халингу, что со мной творилось, но... от страха мои глаза были так сильно зажмурены, что я видел перед собой лишь белые точки.

— Э-э-э-ло-хи-и-им Ги-и-и-бо-о-ор, — провибрировал формулу Халинг, которая прозвучала так, будто у него в горле находился медный колокольчик.

— Э-э-э-ло-хи-и-им Ги-и-и-бо-о-ор, — провибрировал я про себя, поскольку мои сжатые искривленные губы не могли произнести ни звука. В нижней части желудка, а также и в груди, раздавался звук, похожий на жужжание пчел. Вибрации приоткрыли занавес моих давних воспоминаний, и перед глазами начали проноситься живые образы. Дрожащий, я переместился в необычное темное ущелье, затемненное крутыми скалами. Вибрация от рева водопада, разбивающегося о хрустальные скалы, была похожа на ту, что я испытывал внутри себя. Парящие в буре птицы издавали пронзительные вопли, огненная дрожь земли разрывала кишки диким созданиям. «Ги-и-и-бо-о-ор-р-р», — исходящий гул из моего тела начал проноситься по земле. Мое тело неистово дрожало, и я медленно начал подниматься ввысь. Дрожащий, я переместился в сторону. Даже с закрытыми глазами я мог видеть Халинга, Гунилу, Оука Вилкинсона, потолок и пол в комнате. От пространства и от людей в нем исходил лиловый, похожий на лунный, свет. Я видел со стороны свое сжатое тело, свое бледное лицо, на котором выступил пот, я мог слышать гул откуда-то изнутри груди. Каждая частичка моего тела мерцала, как стая крошечных испуганных птиц. Я был потрясен. Мое тело стояло там, но в нем никого не было.