Мик Пэриш уже получил от жизни все, что хотел, и больше его не соблазнить ничем — даже нежным прикосновением лунного света.
Глава 6
Утром Мика срочно вызвали на службу. Джед Барлоу, известный в городе пьяница, взобрался на колокольню церкви Св. Варфоломея и начал наугад палить в прохожих.
— Надеюсь, ты будешь осторожен?
Мик замер, на секунду перестав застегивать бронежилет, надетый поверх футболки. В очередной раз он решил, что она мирно спит в своей постели, и в очередной раз он ошибся. У нее поразительно легкая походка — даже для его, Мика, изощренного слуха. Повернувшись, он увидел ее на пороге спальни.
— В каком смысле осторожен? — спросил он с напускной легкостью в голосе.
— Только не надо меня разыгрывать, мистер Пэриш, — отозвалась она, и тон ее можно было даже назвать резким. — Я достаточно долго была женой полицейского, чтобы разбираться в назначении этой детали твоей одежды.
— Вообще-то, нам полагается носить бронежилет на службе постоянно. Согласно инструкции.
— Знаю, можешь не объяснять. Только, кроме новичков, никто не носит эти доспехи каждый день. Тяжело, жарко, неудобно. Так что же стряслось, скажи мне, Мик?
Мик со вздохом застегнул до конца бронежилет и потянулся за форменной рубашкой. А-а, черт, мрачно сказал он себе. Не ты ли вчера размечтался о спутнице жизни? И вот женщина стоит на пороге спальни и как настоящая жена смотрит на тебя полными страха глазами. Пожалуйста, вот тебе и еще одна головная боль!
— Да Джед Барлоу малость перебрал, оседлал колокольню и палит по окрестностям из духового ружья, — сообщил нехотя Мик. — Нам нужно убрать народ с улицы и переждать, пока из Джеда выветрятся пары ликера или виски, не знаю уж, чего он там налакался. Как видишь, дело ерундовое.
Фэйт приблизилась к нему — как раз в тот момент, когда он застегнул последнюю пуговицу на рубашке. С бронежилетом под одеждой Мик казался просто гигантом.
— Но ты, надеюсь, не собираешься разыгрывать из себя киногероя?
— Детка, — сказал Мик, — в Конард-сити нет собственной киностудии.
— Зато есть ты!
— Не волнуйся. Я не для того почти двадцать лет оттрубил в армии, чтобы меня как куропатку подстрелил местный пропойца. К ужину буду дома. Устраивает?
— Это было бы чудесно, — неуверенно отозвалась она. — Но ведь сегодня у тебя выходной. Почему же им понадобилось вызывать тебя, если дело и вправду ерундовое?
— Им нужны сейчас все наличные силы, — объяснил Мик. — Нэйт не может снять всех своих людей с патрулирования и ради одного Джеда оставить без присмотра целый округ.
Взглянув на себя в зеркало, вделанное в шкаф, он поднял вверх воротник рубашки. Фэйт, не отрываясь, смотрела, как он надевает и завязывает темно-зеленый галстук, пристегивает к груди сверкающую серебряную звезду.
— Погоди, — сказала Фэйт. Помимо глажки формы она за несколько лет своей неудачной семейной жизни превратилась в доку по части прикалывания значков и воротничков. И хотя Мик был защищен броней от всякого интимного прикосновения, руки у нее тем не менее дрожали. Мик, однако, истолковал эту дрожь по-своему, как очередную попытку Фэйт переступить через себя, самоутвердиться, одержать победу над страхом.
Поймав ее дрожащие руки, он сказал:
— Фэйт, посмотри мне в глаза.
Она медленно подняла голову. До чего же она хороша в своей неукротимости, подумал Мик. Столько решимости в таком хрупком теле.
— Будь осторожен, — шепнула она. — Будь осторожен.
И тут же, боясь сказать слишком много, она резко развернулась и выбежала из комнаты.
— Что за бес в него вселился! — изрек Нэйт, когда Мик подъехал к церкви Св. Варфоломея, простому зданию из белого кирпича с островерхой крышей, построенному недалеко от центра юрода. — Преподобный отец Фромберг добрых полчаса расчищал улицу от снега, когда на колокольне вдруг возник Джед и начал во всю глотку выкрикивать самые грязные ругательства. Фромберг не заметил, чтобы Джед вертелся около церкви сегодня утром, так что вполне возможно, что он залез туда еще накануне вечером, когда запирались двери.
Мик молча слушал раздраженного шефа, но внимание его целиком сосредоточилось на колокольне, и он уже прикидывал, как лучше подобраться к ней. Полицейские стояли в отдалении от церкви, укрывшись за импровизированными баррикадами и полицейскими машинами. Обитателей прилегающих домов и служащих соседних учреждений успели к этому времени эвакуировать, и теперь они в здании местной гимназии ожидали, чем все закончится.
Мод Бликер, чей ресторанчик располагался напротив церкви, разъяренная вынужденным простоем своего заведения, невзирая на попытки полицейских задержать ее, плечом проложила дорогу к Нэйту.
— Шериф! — запальчиво заявила она, — вы должны немедленно прикончить эту тварь! Этот тип стал прямо бедствием для нашего округа с тех самых пор, как впервые попробовал отцовской браги. Не думаю, чтобы в городе нашлась хоть одна живая душа, которая будет лить слезы, если вы его пристрелите.
— Боже мой, Мод! — донесся до них укоризненный голос преподобного отца Фромберга. — Откуда такая жажда крови в кроткой христианке?
— Я все понимаю, преподобный отец, но этот человек перешел все границы дозволенного и не заслуживает снисхождения. Сколько можно терпеть выходки этого пьяницы. Он всем уже осточертел! — И снова гнев разъяренной женщины обрушился на шерифа. — Мы все тут наслышаны, шериф, что за отменный стрелок этот ваш индеец-чероки. Пусть же он продемонстрирует нам свою хваленую меткость.
— Хватит, Мод, — оборвал ее Нэйт. Зная о хладнокровии и невозмутимости Мика, сам он, однако, взрывался, как только в его присутствии начинали оскорблять его друзей. Отвернувшись от Мод, он подошел к Мику и взглянул ему в глаза, закрытые черными зеркальными очками. — А ты что думаешь?
— Если кто-нибудь отвлечет его на полминуты, я сумею добраться до церкви. Дальше — дело техники. Черт возьми, Нэйт, он же просто в стельку пьян и не ведает, что творит.
— Если все действительно так просто, я лучше пошлю кого-нибудь другого. У тебя, в конце концов, выходной. — Сам-то Нэйт не сомневался, что дело совсем не простое, и поэтому, собственно, и послал за Миком. И сейчас его покоробило беспечное заявление своего помощника — можно было подумать, что речь идет о воскресной прогулке.
Мик, уловив раздражение в голосе Нэйта, тут же заметил:
— Дело, может быть, и легкое, но нужен человек с особым опытом и тренировкой. К сожалению, только у меня они есть, а потому идти придется все-таки мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
