Читаем без скачивания Перевертыши: Дикий глаз — альтернатива - Михаил Март

— Ладно, показывай.

Они прошли по мосткам в дом. Бетонные полы, кирпичные перегородки, голые, пока еще деревянные лестницы, леса, козлы. Надо иметь очень хорошую фантазию, чтобы представить себе, как все будет выглядеть по окончании работ. Подниматься наверх не стали, прораб провел их через несколько комнат и остановился у шахты.

— Здесь.

— В доме предусматривается лифт?

— Да. Тут же три этажа. Потолки по четыре метра.

Федоров подошел к краю шахты и глянул вниз.

В квадратном колодце на небольшой глубине на бетонном полу прорисовывались очертания человеческой фигуры.

— Дайте фонарь.

Полковнику подали фонарь, похожий на автомобильную фару. Он осветил яму. В луже крови лежал Алексей Поперечный с выпученными глазами и открытым ртом. Федоров глянул наверх, под крышу. Высота впечатляла — с улицы дом не казался таким высоким.

Полковнику стало не по себе.

— С какого этажа он упал? — спросил он.

— Да мы не знаем. Алексей Егорыч поднялся наверх со своим помощником, сказав мне: «Обойдемся без провожатых». А куда они забрались, не знаю. Минут десять их не было. Потом мы услышали крик. Эхо усиливало вопль. Я стоял с ребятами здесь, у оконного проема. Бросились к шахте, а там… Ну вы видели. Его помощник сбежал вниз, белый как простыня, и спрашивает: «Жив?» Я кивнул на шахту и дал фонарь. Беднягу вытошнило. Он сел прямо на пол и сидел не двигаясь минут пять, потом достал телефон и начал звонить в «скорую» и вам.

— Где он сейчас?

— Уехал. Сказал, что надо жену сюда привезти.

— Вы запомнили его? — спросил майор.

— Молодой, высокий, бабам такие нравятся.

— На какой машине они приехали?

— Джип «Хонда» синего цвета.

— «Скорая» так и не приехала?

— Нет. Может, не нашли. Тут много строек, а ближайшая больница в Подольске, это двадцать километров.

— Позвони дежурному, Костилин, — приказал Федоров майору, — вызови следственную бригаду и уточни адрес Поперечного. Сами доставать труп не будем. Вызывай МЧС, они лучше нашего соображают в этих вопросах.

— Понял.

Полковник поднялся наверх и осмотрел площадки второго и третьего этажей. На третьем, возле проема шахты, остался скользящий след от ноги — бетонные плиты были засыпаны песком. Федоров поводил ботинком по песку и убедился, что нога ходит, как по льду. Чистый бетон шершавый и поскользнуться на нем невозможно, но песок, как это ни странно, усиливал эффект скольжения. Для чего площадку перед лифтовой шахтой понадобилось засыпать песком? Следы ног отпечатались неплохо. О чем они говорили? К шахте подходил один человек, отпечатки второго остановились в полутора метрах. Никаких следов борьбы. Федоров достал коробку спичек и, выходя с площадки, оставил по одной спичке на каждом своем следе, чтобы дать понять коллегам — эти следы к происшествию не имеют отношения. На втором этаже площадка тоже была покрыта песком, но отпечатков там не было.

Спустившись вниз, спросил прораба:

— С какой целью вы посыпаете песком бетонные плиты?

— Без понятия. Я таких распоряжений не давал, но с чурками разговаривать бесполезно. К тому же тут работает две смены, бригады то и дело перебрасывают с точки на точку. Одни занимаются только опалубкой, другие швы цементируют, третьи выравнивают. Рабочих, привязанных к одному месту, тут нет.

Майор доложил:

— Группа капитана Грибова выехала. МЧС скоро будет. «Скорую» я вызывать не стал, у нас свой эксперт есть. Труп отправим в наш морг. Мне эта история не нравится.

— Мне тоже, Володя, но на первый взгляд все выглядит как несчастный случай.

Полковник обернулся к прорабу:

— Для кого строите скромную дачку?

Тот пожал плечами.

— Понятно. Наверх никого не пускать. Сейчас приедут криминалисты, они разберутся. И разгони толпу с участка, тут не кинотеатр. Пусть языки держат за зубами, забудут все русские слова, не то их вышвырнут из России.

— Эти люди не из болтливых, товарищ полковник.

— Узнал адрес Поперечного? — обратился Федоров к майору.

— Да, поселок Скоблево. Мы там бывали как-то.

— Помню. Тот, которого на карте нет, а охраняется, как секретный военный объект.

— Он самый. Значится собственностью Москвы, и нам неизвестны истинные жильцы этого гнездышка.

— Волчье логово.

— Нас могут туда не пустить, Федор Витальевич. Не наша юрисдикция.

Дорога до Скоблева заняла около часа. Машина уперлась в разводные чугунные ворота, из калитки вышли два охранника в униформе с автоматами наперевес.

— Ну вот и комитет по торжественной встрече. Оба милиционера были в форме, но охранников это ничуть не смутило. Они подошли к машине и потребовали документы. Их просьбу удовлетворили.

— К кому направляетесь?

— К жене Алексея Поперечного. С ним произошло несчастье, мы должны с ней поговорить.

— Оружие есть?

— Мы уже не в том возрасте, чтобы играть в пистолетики.

— Подождите, я свяжусь с Галиной Андреевной. Охранник вернулся в стеклянную будку, стоящую на курьих ножках в стороне от ворот. Будка возвышалась над забором, с нее был хороший обзор территории и единственной дороги, ведущей к поселку через лес.

Майор открыл окно машины и выключил кондиционер.

— Сказочный воздух. Хочется нюхать, а не дышать им. Сколько же леса вырубили в заповеднике, чтобы построить свои особняки.

— Немало, Володя. Теперь мы хоть узнали имя вдовы.

Ворота начали раздвигаться.

— Да… Махина. Такие и на КамАЗе не протаранишь. — Майор даже присвистнул.

— Кому надо, и сюда попадет. Есть цель — препятствия не помеха.

— Тут помимо мозгов ловкость потребуется. С разбега трехметровый забор не перемахнешь.

На въезде им объяснили, как проехать к дому. Через пять минут они стояли у калитки и звонили, а еще через пять минут у входа во дворец их встречала женщина лет сорока. Поистине дворец — мраморные колонны, белые ступени, клумбы, фонтаны, беседки…

— Я правильно сделала, что не поехала, мы бы разминулись, — сказала женщина, встретив незваных гостей.

— Вы Галина Андреевна Поперечная?

— Галина Анреевна Жаркова. Девичью фамилию я не меняла. Мой отец генерал Жарков.

— Я полковник Федоров из управления, а это майор Костилин из розыска. У нас неприятные новости.

Женщина, одетая в строгий белый костюм и блузку, не похожие на домашнюю одежду, указала на резную скамейку у клумбы. Гости поняли, что в дом их не пригласят, рылом не вышли. Скамейка со спинкой и козырьком висела на цепях, на ней при желании можно и качаться. Таких было несколько вокруг огромной клумбы с фонтаном в центре.

— Не утруждайте себя, полковник, я в курсе, — Галина кивнула на белый автомобиль с откидным верхом. — Вернулась из города, а меня поджидает Валерий. Я все поняла по его перепуганному лицу. Заикаясь, он рассказал о случившемся и предложил отвезти меня на место происшествия. Но я не решилась. У меня не очень здоровое сердце, а врачей рядом нет. Чем я могу вам помочь? Только прошу вас, не тяните, я только что сделала укол, мне надо прилечь. Я все еще не осознала этого кошмара, но могу разрыдаться в любую секунду.

— Кто такой этот Валерий?

— Сын хозяина коттеджа, где произошло несчастье. Я его увидела впервые сегодня утром.

— А хозяина вы знаете?

— Нет. Я в дела мужа не лезу. У него тысячи таких дач строится в Подмосковье. Заказчиков знает только он, ну и бухгалтерия администрации, как я догадываюсь. Я даже не знала, куда они поехали. По субботам Алеша всегда объезжает стройки. За завтраком он сказал, что ждет сына своего почетного клиента. Дом строится для сына в подарок к свадьбе. Отказать ценному клиенту Алеша не мог. В половине девятого приехал этот молодой человек, представился Валерием. Похоже, Алеша его знал, они были на «ты». Алеша не любит фамильярностей и держит дистанцию, а они вели себя как приятели. Сели в джип мужа и уехали.

— Они уехали на машине вашего мужа?

— Да, на «Хонде». А «Мазда» Валерия осталась здесь. Он и вернулся на Алешиной машине. Но когда я отказалась ехать, поставил джип в гараж и уехал на своей «Мазде». Я пребывала в предобморочном состоянии и деталей не помню.

— И номер его машины тоже.

— Даже не обратила внимания. Больше мне нечего вам сказать. Извините меня, господа.

— Мы посмотрим на джип и тут же уйдем. Ваше присутствие не обязательно.

— Пожалуйста. Гараж за правым крылом дома. Там есть кнопка справа от ворот, они открываются автоматически.

— Спасибо.

Женщина немного пошатывающейся походкой направилась к белому дворцу.

— Тут детский санаторий можно открыть, — проворчал себе под нос майор.

Ворота собрались в гармошку наподобие жалюзи и поднялись к потолку. В гараже стояло четыре машины. «Хонда» последней. Капот оставался еще теплым. Сыщики надели перчатки, вооружились лупами и принялись за дело.