— Всё, пробуем! — С этими словами швыряю кошку как можно дальше от обрыва.
Подготовленный моток со свистом разматывается, уносясь за ней.
— Так, а ты не собирался цеплять? — Интересуется спокойно, наблюдая, как верёвка практически вытянулась в струну в воздухе, следуя за кошкой по дуге.
— Ага, — брякаю и слышу звон.
Упала кошка, отскочив несколько раз. Верёвка за ней змейкой легла.
— Я не понимаю… — говорит магичка.
Ну а дальше глухота, ибо я перехожу в скоростной режим. Нечего тут понимать. У меня отработка десантирования в незнакомой местности.
Три шага с усилием и отталкиваюсь от края! Чем сильнее замедление времени, тем более вязкое пространство и соответственно больше нужно приложить усилий, чтобы двигаться. Именно поэтому сейчас перехожу с уровня на уровень боевой формы, достигая буквально за доли секунды третьего!
Сердце не ухает, но страшно, ибо выплываю по воздуху, зависая над пропастью.
И теперь плотное желе, поддерживающее меня снизу в радость, а не как раньше. Вот только свободное падение никто не отменял! Поэтому я и не сильно разогнался, а лишь чтобы отдалиться от края на свой рост. Следующим этапом ращу зацепы из золотой брони на ногах и перехожу в горизонтальное положение, цепляясь ими за отвесную стену.
Вроде работает, входят штырьки в грунт, получается отталкиваться и не отдавать контроль физике. И вот, после нехитрых манипуляций я уже бегу вниз по стене, перегнав скорость свободного падения!
Уже внизу страшно — не то слово! Обосраться хочется, да всё тело на взводе, задний проход сжат с ощущением, что зацементирован. Да я весь, как робот!
Поверхность медленно, но верно приближается. А я уже сосредотачиваюсь на змейке из верёвки и самой кошке.
Дело ведь не в выкрутасах, а в оригинальности фигуры. Как сказала Ольви, магия должна понимать конкретно, чего хочу. А я хочу переместиться к кошке с именно так расположенной верёвкой. У меня одна попытка.
Контуры наплывают вокруг медленно, и я вот — вот проскочу мимо ещё не сформировавшегося круга из блёсток. Мля! Делаю с упреждением! И телепортируюсь, когда до поверхности метра полтора остаётся.
Валюсь с ног уже в нормальном режиме, поскользнувшись на долбаной кошке. Плюхаюсь на задницу, боли нет из — за трансформации.
Ложусь на спину, расслабляя полностью тело и возвращая в нормальный режим.
Твою мать, Крис. Ты чуть не сдох. Слишком сильно разогнался. Но оно стоило того! Распластываюсь на стекле, счастливый.
Я сделал это!
Почему всё так сложно? Неужели нельзя было сразу сверху телепортироваться к кошке? К сожалению, предмет маловат. Здесь только если использовать метод коротких скачков, когда сосредотачиваешься на точке. То есть расстояние не должно быть большим, а местность однородной. Кошка с верёвкой — признак оригинальности. И это сработало.
А если бы нет? Ушёл бы на исходную. Наверное…
— Крис! — Доносится до меня крик Ольви.
Похоже, уже зовёт какое — то время. Телепортируюсь обратно. Прямо ей за спину.
— Крис!! — Визжит в ту же сторону и дальше вымученно и негромко: — Что ты за придурок такой?
Блин, а голос… плачет что ли⁈
— Эй? Я тут, — окликаю.
Оборачивается резко. А глазки уже блестят. Видимо, поэтому и не смогла рассмотреть, что меня там уже нет.
Стоит, надулась, прожигает взглядом. А ведь примерно минуту орала, если навскидку, пока я там отдыхал.
— Крошка, ну чего ты? — Подхожу, за плечики придерживаю.
Мордашку в сторону уводит.
— Придурок, — бросает тихо. — Таких ещё поискать.
— Прогуляемся до Разлома? — Спрашиваю шёпотом, обнимая и прижимая к себе.
Молчит. Походу, злится. Но и не вырывается.
Перемещаемся к кошке. Прижимая к себе крошку, слышу, как её сердце бешено стучит.
— Никогда не была на Стеклянном море, — признаётся, отстраняясь.
Делаем вид, что ничего не произошло. Магичка умеет так делать даже лучше меня.
Вблизи поверхность здесь, как светлый январь, если присмотреться, можно увидеть помесь разного оттенка пород, застывшая внутри, но глубже метра уже непроглядная плотность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Изумительная, идеально ровная поверхность, по которой протекторы обуви вообще не скользят, а наоборот, будто липнут. Поэтому отметаем быстрое скольжение, как на коньках по льду. Не выйдет.
Зато ветра гуляют, периодически завывает порыв, и слышно шарканье крупиц песка, которые под обрыв прибивает. Видны целые горки наметённые. Странно, почему — то он ядрёно жёлтый, как сера.
В первую очередь меня интересует основание нашего Утёса. Ножка, на которой он стоит.
Сматываю верёвку, прихватывая кошку с собой, и под особняк направляемся без слов.
Вблизи не кажется такой уж и маленькой, метров пятнадцать в диаметре у поверхности, где самое узкое место. Выглядит, будто выплавилось из Моря и застыло в процессе, каплями смолы по стенкам столба замер монолит стекла.
Именно монолит, насколько теперь знаю. Прочнее всякого металла это чудо — стекло. Больше не думаю, что маг здесь сможет что — то сделать. Да и я сам, как в прошлом желающий, укрепить основание с помощью магии земли.
Нет необходимости. Здесь только если копьё Гелака швырнуть в полсотни кило со скоростью звука, только тогда, пошатнется.
А с другой стороны, Сиригр трещину в таком же материале растит как — то.
Двинули в сторону Разлома. Магичка встаёт, как вкопанная. И заявляет, будто я такой тупой, не знаю:
— Крис, нам только до первой трещины комье двадцать топать, а до основного Разлома все двести.
— Жди здесь, у меня идея, — говорю и перехожу в сверх режимы!
Глава 11. Приключения у Разлома
Время замедляю, рвусь мощно сразу, вынуждая тело перейти в станок. Интересно, сколько смогу пробежать и как далеко в состоянии сверх — человека.
Беги себе по прямой, сцепка подошвы с поверхностью отличная, ничего не мешает. Хотя нет! Долбаный песок начинает сечь кожу, замечаю это лишь потому, что золотая броня нарастает на щёки и очками на глаза. Когда удаётся достичь такой скорости, что в замедленном времени ощущения движения уже, как в обычном, то одежда быстро начинает стираться к чертям!!
Больше достаётся сапогам, в меньшей степени штанам. Ибо больше песка встречается именно снизу.
Но я несусь, как человек — молния, перематывая пейзаж. Если вначале он казался бескрайним из — за однородности, то когда появились стеклянные холмы и трещины, всё замелькало, как в путешествии на поезде.
Для меня вечность прошла, когда достиг первой трещины, и, смекнув, что здесь особо не попляшешь, стал уходить стороной, не углубляясь в гигантскую паутину из трещин, создавшую целый лабиринт! Двинул сразу к «носику» Разлома.
И понял вскоре, что сил у меня нет. Вот только сколько прошёл, хрен его знает. Начал постепенно замедляться, понимая, что инерция может сыграть со мной злую шутку. И, похоже, пробежал ещё километра два прежде, чем меня уже самого не перестало нести. Притормозил у очередной трещины, примерно, в трёх сотнях метров.
И рухнул без сил, минут пять пытаясь отдышаться и утихомирить сердце, которое долбит как бешеный пулемёт. Вижу вены на руках, и страшно! Они набухли так, что вылезли на две трети, смотреть тошно. Похоже, золотая броня во мне ещё что — то латает. Жилы затлели болью адской, когда тело полностью отпустило боевую трансформацию. Если меня кто — то захочет сейчас убить, я только скажу «спасибо».
Не выдерживая боли, кричу в голос. И отчаянно пытаюсь себя залечить, ибо плоть теперь ощущается, как отчуждённое жаренное мясо, от которого жажду поскорее избавиться. Удаётся не сразу, боль постепенно переходит с тела в голову. И вскоре уже разрывает мозг. Дышу ровнее, успокаиваюсь. Иглы в башке понемногу истончаются. Боль уходит…
Почувствовав облегчение, кое — как поднялся.
Обернулся и присвистнул. На горизонте нет ни то что бы моего Утёса, вообще рельеф горной гряды смазался. Ещё и дымкой желтоватой всё припорошено.
