— Никита, вылезай немедленно!
И тут же быстро добавила, потому что мужчина был совсем близко:
— Гости у нас!
Никита чем-то громыхнул в кабине и, видно за что-то зацепившись, чертыхнулся, а кабина затряслась как в лихорадке.
Незнакомец тем временем остановился напротив и смерил Юлю насмешливым взглядом, словно увидел перед собой цирковую собачку, стоявшую на задних лапах в ожидании подачки дрессировщика.
— Милая, вы меня этой штукой ткнуть хотите? — поинтересовался он с улыбкой.
— Понадобится, ткну! — отбила ухмылку Юля и пригрозила: — Лучше не подходите!
— Не советую! — усмехнулся мужчина самоуверенно, почти нагло, отчего ей захотелось немедленно сразить его электрическим зарядом и желательно — наповал.
Никита с грохотом свалился сверху, едва не упал, но устоял на ногах и загородил Юлю плечом. Сумку с фотоаппаратом закинул на спину, сжал кулаки, словом, приготовился стоять насмерть. Юля представила, как это выглядит со стороны — два мелких щенка против бойцового пса, и ей стало плохо. Но она вышла из-за спины Никиты и встала рядом, плечом к плечу.
Взгляд незнакомца мгновенно изменился, стал колючим, а тон — требовательным.
— Кто вы? Откуда? — Он прищурился, словно просчитывал, сколько ему хватит секунд, чтобы уложить их на землю.
— А вы сам кто такой? — бесцеремонно поинтересовался Никита. — Чем здесь занимаетесь?
Мужчина окинул его задумчивым взглядом, очевидно, решал, прихлопнуть ли разом наглого сопляка или позволить пожить немного. Юле, по крайней мере, так показалось. Но представился:
— Полковник Завадский, Александр Анатольевич. Итак?
Но Никиту уже понесло.
— А вы, простите, полковник чего? Армии, полиции, пожарной службы? А то ведь полковники разные бывают!
Завадский мимолетно нахмурился, но ответил сразу: вкрадчиво, с мягкими тягучими нотками, словно утешал капризного ребенка или объяснял сумасшедшему, как нужно вести себя в палате, чтобы не попасть в тесные объятия смирительной рубашки. Отвечал он Никите, но смотрел больше на Юлю, тем особым взглядом, который женщины безошибочно определяют как «раздевающий».
— Я, молодой человек, руковожу поисково-спасательной службой МЧС. Заметили, наверно, что здесь произошло? Теперь, может быть, и вы представитесь?
Никита протянул Завадскому редакционное удостоверение, которое тот изучил с величайшим вниманием, а затем исподлобья посмотрел на Юлю.
— А девушка?
— А девушка за грибами! — надменно ответила Юля. — Погулять вышла!
Улыбка полковника, отскочив от нее рикошетом, сползла с лица, сменившись досадой. Но лишь на мгновение. Глаза его налились холодом, а на лице выступили желваки. Полковник, похоже, не привык, чтобы им пренебрегали.
После короткой внутренней борьбы Юля призналась себе, что этот мужчина — красивый, сильный, харизматичный — в другой ситуации мог бы ей приглянуться. Завадский все делал правильно. Его стремление понравиться именно ей — не Никите — было отточенным и выверенным до мельчайших деталей. И вроде все было при нем: рост, стать, широкие плечи и мужественное лицо… Настоящий полковник, подарок судьбы, быстро хватай — и беги! Но самодовольство повелителя, очевидное и ничем не прикрытое, откровенно ее раздражало. Кроме того, за внушительным фасадом, увешанным абордажными флагами, скрывалось еще что-то — неприятное и настолько отталкивающее, что с момента появления Завадского Юля успела его почти возненавидеть. И он это понял, потому что отвел взгляд и раздраженно произнес:
— Спрашиваю второй раз, чем вы тут занимаетесь?
— Приехали взглянуть на место происшествия! — бойко ответил Никита. — Вчера состоялась пресс-конференция в управлении МЧС, на которой ваши коллеги поведали журналистам о крушении самолета. Мы решили осмотреть место катастрофы, пообщаться со спасателями. Но, не странно ли, ни одного спасателя не обнаружили, кроме вас, естественно! Вы готовы дать интервью? Кстати, труп третьего пожарного нашли?
— Труп? — удивился Завадский. — Нет, пока не нашли! А разве вам сообщили, где конкретно упал самолет? С точным указанием координат?
— Зачем координаты? — Никита расплылся в улыбке. — Генерал Орлов дал четкую наводку на район. Село Каменный Брод, территория бывшей ИТК-17. Для умного достаточно! Особо искать не пришлось! У вас есть вопросы, а то, может, на наши ответите? Только побыстрее, нам до темноты пробежаться нужно по округе, очевидцев опросить!
— Что за вопросы?
Никита прищурился.
— Интересно, отчего вдруг не сразу сообщили о крушении самолета, а только через неделю? Фамилии погибших не назвали, а этот хлам, — кивнул он через плечо на обломки самолета, — сгорел давно и не здесь! Что вы тут устроили, товарищ полковник? Вводите в заблуждение общественность, прессу за нос водите! Интересно, МЧС постаралось или все-таки спецслужбы?
Завадский сделал шаг вперед так стремительно, что Никита отшатнулся, а Юля невольно дернула рукой с зажатым в ней шокером. Но Завадский остановился и посмотрел на него в упор:
— Что вы сказали?
— Никита, пойдем! — прошептала Юля, дергая его за рукав.
Но тот, с азартным блеском в глазах, подбоченившись, смотрел в лицо полковника.
— Повторяю, кто не понял, самолет разбился не здесь! — не сказал, а припечатал Никита. — У нас есть сведения, что катастрофа произошла гораздо раньше заявленной МЧС. Да и не стоила бы она такого шума. А еще у нас есть видео подлинного крушения…
Юля пнула Никиту, и тот, ойкнув, наконец, заткнулся. Завадский окинул их тяжелым взглядом, точно раздумывая, не придушить ли любопытных писак на месте.
— Я хочу увидеть эту запись! — помедлив, сказал он.
— У нас ее нет! — ответил Никита и покосился на Юлю, которая взирала на него с мрачным видом. — В смысле, с собой нет. Но мы можем ее обменять на правдивую информацию, которую хотелось бы использовать в статье!
Завадский подумал и затем хмуро кивнул.
— Хорошо! Договоримся! Я остановился в придорожном мотеле недалеко от Каменного Брода. В третьей комнате. Буду ждать вас с записью сегодня вечером. В восемнадцать ноль-ноль. Устроит это время?
— Вполне, — сказал Никита и толкнул словно окаменевшую Юлю плечом. — А сейчас нам пора!
Глупо, конечно, но повернуться спиной к Завадскому они решились не сразу, пятились с десяток шагов, пока не оказались возле пролома в ограждении. Все это время полковник, заложив руки за спину, не спускал с них глаз, буравил насквозь тяжелым взглядом. И, только оказавшись по другую сторону забора, Никита и Юля почувствовали себя в относительной безопасности. Они переглянулись и, не сговариваясь, припустили по лесу, не чуя под собой ног от пережитых волнений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
