как «свой парень». Другое дело – интеллектуальное наполнение, имевшее для него гораздо большее значение. Он как-то не видел во мне женщину, но очень дорожил нашим содержательным, дружеским общением. Оно было наполнено интересными темами, полемикой, дискуссиями, юмором, дурачествами и приключениями.
Коленька имел педагогическое образование, был весьма начитан и имел неплохие знания в разных областях. Лишь необходимость заставила его заняться ремонтом и настройкой компьютеров, но и в этой сфере он весьма преуспел. Просто он был талантлив, имел ясный ум и на него часто снисходили озарения. Он мог позвонить мне среди ночи, чтобы поделиться какой-нибудь внезапной интересной мыслью. Всем этим я очень дорожила. Но мне хотелось и обычной ласки, жарких объятий и поцелуев, любви всю ночь напролет… а получалось редко, быстро и скучно, как бы между делом, словно это не наслаждение, а досадная помеха, прерывающая увлекательнейшую беседу. Удивительно, но близость нас скорее отдаляла. Так тоже бывает. Зато мы много веселились, и смех почти полностью заменял нам интимные отношения.
Шло время, наступило долгожданное лето. Наши встречи продолжались. Коленька по-прежнему опаздывал и внезапно исчезал. Меня это раздражало, но я смирялась, ведь он мне нравился. Выразить же ему хоть маломальскую претензию было невозможно – Коленька был патологически, до абсурда, обидчив. Поэтому любые неудовольствия я держала в себе. Мы много гуляли по лесам, заброшенным паркам и даже старым кладбищам. В глухомани находили забытые и полуразрушенные достопримечательности, а потом с интересом искали о них сведения и обменивались своими находками. Коленька любил фотографировать всё подряд и частенько участвовал в каких-то конкурсах. Мне нравилось его увлечение, я сама стала невольно втягиваться в этот процесс и даже хотела освоить мастерство репортажной фотосъемки. В общем, активный отдых и насыщенный досуг меня полностью захватили.
Жизнь в движении – это прекрасно! Но однажды я почувствовала, что меня начинает это утомлять. Походы становились для меня избыточными физическими нагрузками. Видимо, начинала ощущаться разница в возрасте. Мне стало тяжело срываться с места и лететь куда-то за тридевять земель, чтобы там несколько минут посмотреть, например, восход солнца, сделать пару кадров и рвануть обратно. Коленька этого не понимал и считал мое настроение простым женским капризом, с которым надо бороться. Для него не существовало мужчин и женщин, а были просто люди, имеющие свои недостатки, над которыми им обязательно нужно работать. Он вообще любил давать советы и поучать, переходя на менторский тон. Педагогическое образование давало о себе знать! При этом своих недостатков Коленька не замечал, но их замечала я.
Надо сказать, Николай производил впечатление открытого, искреннего и нарочито бесхитростного человека. Да и мог ли мужчина с ликом ангела оказаться с двойным дном? Но в этом-то и заключалась его самая большая хитрость: оставаться неуловимым при внешней доступности, сохранять дистанцию в личном общении и одновременно принадлежать всему человечеству. Защищать слабых и при этом наставлять их, порой задевая их внутренний мир.
Однажды я стала невольным свидетелем его внезапного телефонного разговора. Оказалось, что звонки, после которых он оставлял меня, были не по работе, как я предполагала. Так моему ангелу напоминали о себе бывшие подружки, пожилые соседки, давние приятели, которым срочно и неотложно требовалась какая-либо помощь или просто компания. И Коленька никому не мог отказать в помощи или дружеском участии!
Конечно, это делало его положительным героем в глазах окружающих, но также и означало, что наши отношения он никак не выделяет из общей череды личных событий. Неужели всем знакомым становилось плохо именно тогда, когда он, и без того опаздывая, оказывался со мной? Может быть, это просто повод самоустраниться именно в тот момент, когда свидание становилось ему в тягость?
Это была загадка, разгадывать которую мне просто не хотелось. Равно как и конкурировать с целым миром за его внимание, постоянно ожидая появлений и уходов. Такие отношения стали меня тяготить. Означало ли это, что я собственница? Возможно. Я хотела быть любимой женщиной, а не классным «своим парнем», потому что я, в свои сорок с небольшим, это уже переросла.
Однажды я дала себе слово, что в следующий раз жду Коленьку только пятнадцать минут, а потом уйду, и возможно, навсегда. Я честно его предупредила об этом. Труднее всего было это слово сдержать. Разрушать любые отношения всегда болезненно, но другого выхода я не видела. Коленька клятвенно заверил меня, что не опоздает на следующую встречу. Тот самый день наступил. Я стояла в вестибюле метро «Черная речка» в ожидании Коленьки – мы договорились поехать на прогулку в Сестрорецк.
Я поглядывала на часы, а мое сердце колотилось так, что отдавало в виски. Ожидая Коленьку, я в глубине души хотела не дождаться его и уйти. Но надо было сдержать данное себе слово. Прошло десять минут… осталось пять… четыре… три… две… Ровно две минуты! Коленька не появился. Зачем были клятвы? Одна минута! Я уже предвкушала, как я выйду из метро и направлюсь пешком в сторону дома по моему любимому Каменноостровскому проспекту, как вдруг я увидела Коленьку, бегущего по поднимающемуся эскалатору.
У меня внутри все сжалось: формально он не опоздал, да и я выполнила обещание – ждала ровно пятнадцать минут, но настроение у обоих было испорчено. Я еле сдерживала слезы (нервы, однако), а Коленька был взволнован и бледен. Я не ушла, Коленька в сотый раз горячо извинялся, но мы никуда не поехали, а пошли по Каменноостровскому вдвоем. Разговаривали долго и интересно, словно ничего не произошло, но под конец прогулки я сказала ему: «Коленька, ты хороший человек, но тебе нужна девушка помоложе. Поверь, с ней тебе будет гораздо лучше. А мне нужна какая-то определенность в отношениях… А еще я больше не смогу разделять с тобой походы, для меня это тяжеловато».
Ангел недоуменно посмотрел на меня, затем рассмеялся и ответил: «Давай на прощание хоть пиццы поедим!» И мы отправились есть вкуснейшую пиццу! На душе полегчало. В пиццерии мы с разговорами и шутками засиделись до самого вечера, а потом разошлись по домам. Мы с Коленькой остались друзьями, он до сих пор приходит проверить мой ноутбук, за что ему огромное спасибо! Дружить-то он как раз умеет! Да, и еще одна деталь. Он до сих пор не женат.
Двенадцатая серия. Ольгерд
Вопрос дружбы между мужчиной и женщиной извечный и спорный. У каждого человека есть свой ответ на него, который в течение жизни, с приобретением опыта может кардинально меняться. При этом каждый раз он будет правильным, здесь-то и заключается парадокс.
Сохранить приятельские отношений с мужчиной, тем более с бывшим любовником, – иногда целая наука. И, конечно, до
