большой киноман. Больше предпочитаю книги.
– Я тоже, – улыбнулась Джоан. – Тогда так! – придумала она и, крепко зажмурив глаза, запустила руку в коробку; вытащила пленку и вчиталась в название. – Поющие под дождем. Оу, – виновато взглянула она на Кевина. – Мюзикл.
– Ну и пусть, – просто пожал он плечами. – Классика хороша.
– Согласна, – пролепетала Джоан, не имея никаких сил оторвать взор от его точных резких черт и серых, словно пасмурное небо, глаз. – Укрыть тебя?
Кевин включил проектор и улыбнулся. Сел рядом с ней и прикрыл свои колени клетчатым пледом.
– Так тебе хотелось?
Они оба сидели, укрывшись тонким одеялом.
– Да, – кивнула Джоан и положила голову ему на плечо. – Да, – вдохнула она аромат из одеколона и свежего ветра.
Кевин удовлетворенно выдохнул и обнял ее за плечи.
Талантливый Джин Келли танцевал, завораживая своими простыми и легкими движениями, очаровывая спокойной мелодией и незабываемым голосом. Тихие комментарии Джоан заставляли улыбаться, и Кевин забывался в этой атмосфере уюта.
Под приятные звуки дождя с экрана и добродушную историю любви Дона Локвуда он осознал, что не хочет, чтобы это мгновение заканчивалось. Кевину вдруг стало страстно необходимо, чтобы этот фильм не закончился никогда.
За этими мыслями, держа ее в объятиях, он не сразу заметил, что девушка на его плече мирно засопела.
– День белый, а ты спишь, – Кевин улыбнулся и, поцеловав Джоан в щеку, осторожно уложил ее на софу.
Хотел встать, чтобы спуститься выпить, но эта девушка так мила, так тепла и, оказывается, необходима ему куда сильнее чем алкоголь.
Кевин аккуратно лег рядом и, спрятав ее в своих объятиях, сам забылся крепким сном.
Открыл глаза и огляделся.
Полумрак. Он один.
Кевин резко сел на софе, взглянул на плед, что упал с него на пол, и кинулся из комнаты вниз. Почти бегом влетел в гостиную на первом этаже, но Джоан там не было. Выругался, направился на поиски в ванную и с облегчением выдохнул, увидев ее на кухне.
Кевин замер на полпути.
А ведь он испугался. По-настоящему испугался, что остался без нее.
– Доброе утро, – Джоан заметила его и ласково улыбнулась. Она стояла у плиты в его голубой рубашке и кухонном фартуке. А по дому разливался аромат свежезаваренного кофе, бекона и сладкой лесной земляники.
– Я испортила нам все планы на день. Надеюсь этим скромным ужином я хоть как-то заглажу свою вину.
Кевин подошел и крепко прижал ее к себе, успокаивая разболевшуюся душу. В нем бушевало противостояние между немедленной капитуляцией и нахлынувшим вновь страхом.
Шейла больше ни при чем. Теперь только она волнует его. Только Джоан…
И это заставило его отстраниться.
– Прости, но у меня появились дела. Работа, – скрепя зубами, соврал он. – Я отвезу тебя.
– Я понимаю, – до боли горько произнесла Джоан и сняла с себя фартук. Она повесила его на крючок в стене и улыбнулась, хоть далось ей это и нелегко. – Только оденусь.
Демоны вопили о побеге. В голове гудели воспоминания того дня, и Кевин вновь поглядел в сторону злосчастной спальни, как взгляд его перенесся к гостиной. А там светился экран, с которого не так давно пел Локвуд о любви. Там до сих пор пахло земляникой и там Кевину было несказанно хорошо.
Мужчина уткнулся лбом в стену и, словно статуя, остался так стоять: «Дебил».
– Я готова, – спустилась Джоан.
Кевин неторопливо подошел к ней и заглянул в глаза, чтобы найти ответы на тысячи вопросов, но вместо этого он нашел в них тишину и умиротворение. Он утопает в их черной глубине. В ней исчезают все его тревоги и возрождаются давно ушедшие мечты. Эта девушка то самое спасение. Она тянет ему свою руку, но он никак не решается схватиться за нее.
Кевин взял ее ладони в свои и замер:
– Ледяные.
– Ну что, идем? – Джоан вроде улыбнулась, а сама торопливо отошла, пряча руки в карманах брюк.
Кевин ничего на это не ответил, но взгляд его изменился, и что-то совершенно незнакомое затаилось в серых глазах. Он нежно обнял девушку и погладил по черным шелковым волосам:
– Я приеду за тобой завтра вечером. Буду ждать у ворот в восемь.
И на ее лице расцвела та самая лучезарная улыбка, что согревала его лучше солнца:
– Я буду ждать тебя.
Кевин подвез ее до дома и, подарив на прощание весьма растерянный поцелуй, уехал по делам, а Джоан задумчиво и тревожно, обнимая собственные плечи, направилась по каменной дорожке домой.
Она не успела двери закрыть как тут же уткнулась в сердитый взгляд отца.
– Папа? Что происходит?
– Как твои дела? Ты сам не свой, – Каин сидел напротив друга, а Кевин стучал не подкуренной сигаретой по столу.
– Нервы просто, – он стукнул костяшкой указательного пальца по экрану телефона, лежащего перед ним ним, и взглянул на время.
– У тебя встреча?
– Вроде того.
– С кем? – в кафе вошел Лукас и, потирая замершие руки, махнул официантке. – Вечер намечается быть томным? – широко улыбнулся он и заказал чай с медом.
– Так и пьешь его, – добродушно хмыкнул Кевин.
– Вкусно же, – качнул плечами Лука. – Кстати, передают, наконец – то, жару.
– Да, весна нынче была дурацкая, – вздохнул Каин.
– Согласен, – подтвердил Кев.
– Но скоро опять будет солнце, – Лукас и Каин глядели на Кевина, а тот снова стукнул костяшкой пальца по экрану телефона.
– Важная встреча? – Каин сидел прямо напротив и прекрасно видел, как его друг уже знакомо сходит с ума от тревоги.
– Не знаю стоит ли.
– А что будет если пойдешь? – Официантка принесла Лукасу его заказ и, одарив Каина игривым взглядом, вильнула бедрами и пошла к другим посетителям.
– Переспи ты уже с ней, – покачал головой Кевин. – Сама же просится.
Каин только хмыкнул:
– Без нее хватает. Ну так, что будет если пойдешь?
– Возможно совершу непростительную ошибку, – сигарета уже хрустела от издевательств над ее хрупкой структурой.
– А если не пойдешь?
Кевин усмехнулся:
– Это тоже, возможно, не самое верное решение.
– Тогда иди, – в один голос ответили они и тревожно заулыбались друг другу.
Кев нервно хмыкнул, а сигарета в его руках сломалась пополам. Он поглядел на нее:
– А если это окончательно меня убьет?
– Тогда, – Лукас грустно улыбнулся. – Смерть больше не будет тебе страшна.
– Ты ведь не простишь себе трусости, – вздохнул Каин. – Мы все это знаем. Но пистолет надо у него забрать, – посмотрел он на Лукаса, а тот согласно закивал.
– Не переживайте, ребят. Больше никаких суицидов.
Кевин сидел в джипе и курил. Его демоны во все горло орали чтобы он немедленно разворачивался и уезжал.
Мало что ли он насмотрелся на этих девиц? Все они одинаковые! Разница почти неосязаема! Но разум уперто твердил, что разница все-таки есть.
Он не знал какая по счету это была сигарета, однако недовольно скривился, когда закашлял. Глянул на дымящуюся подругу и, затушив ее о пачку, выкинул из окна, а пачку отбросил на заднее сиденье. Отчего-то даже она заставляла его нервничать.
Ему только за угол завернуть, и он будет у ворот Арлин. И что это получится? Свидание? Романтика? Отношения?
Как его
