Быстро закончив дело с предыдущим клиентом, он снова пригласил Брюса в кабинет. Закрыв для конфиденциальности дверь, он сел и, нервно постукивая пальцами по столу, уставился на Брюса.
Брюс не стал ходить вокруг да около.
– Завтра я собираюсь жениться на Лидии Мастерс, и мне нужно знать истинное положение ее финансовых дел.
– Чудесно! – воскликнул Брэдшоу. – Жениться – ну и ну! Вы в курсе, что муж оставил ей огромные долги?
– Да, но мне дали понять, что все законные имущественные иски были удовлетворены. Перейду прямо к делу, мистер Брэдшоу, – сказал Брюс. – Сегодня пополудни я узнал о претензии Сета Бертона к имуществу Фрэнка Мастерса. Ни в коем случае не платите этому человеку ни гроша ни вы, ни мистер Харрис.
Адвокат нахмурился:
– Человек всегда прибегает к помощи суда, хотя бремя доказывания правоты своих притязаний лежит на кредиторе.
– Я хочу знать, как мы можем в рамках закона помешать Сету Бертону и ему подобным проходимцам предъявлять подобные иски моей даме. Разве нет способа избавить Лидию Мастерс от долгов ее мужа?
– До того момента, как вы вошли в эту дверь, я бы ответил «нет». Но поскольку она собирается замуж, это обстоятельство сыграет ей на руку.
– Как это? – На лице Брюса промелькнула мрачноватая улыбка. – Потому что долг перейдет на меня?
– Не совсем. Есть старый обычай, носящий название «балахонная свадьба», которым умело и с выгодой для себя пользуются некоторые наши дамы. Он освобождает нового мужа от уплаты долгов прежнего.
– Я не совсем осведомлен, сэр, что такое «балахонная свадьба». Может, объясните?
Брюс смутно помнил, что, когда был маленьким, один из приятелей отца проходил через эту «балахонную свадьбу».
– Это значит, что вдова выходит замуж… – глазки Брэд шоу нервно забегали, и он понизил голос до шепота, – нагишом, если вы меня понимаете. В чем мать родила.
Брюс отшатнулся с таким видом, что Брэдшоу затараторил скороговоркой:
– Обратившись спиной к миру вещей от предыдущего брака, вдова показывает, что начинает жизнь заново и даже отвергает одежду. Она вступает в новый брак и идет к новому мужу свободной женщиной, не обремененной прошлым, включая долги.
Помолчав, Брюс кивнул:
– Мне нравится символика. Но сомневаюсь, что миссис Мастерс согласится стоять нагишом перед магистратом и свидетелями.
И без этой радикальной идеи будет достаточно трудно заставить ее выйти за него замуж, подумал Брюс. Но мистер Брэдшоу был полон уверенности.
– Некоторые леди появляются на церемонии в сорочках или в бочонке, – подсказал он. – Один из молодых офицеров форта женился на вдове, которая стояла в чулане, протянув руку сквозь дыру в двери.
Брюс улыбнулся, смакуя идею:
– Может, на что-нибудь подобное она и согласится!
В предложении адвоката Брюс увидел еще одно преимущество, кроме возможности избежать финансовых издержек, связанных с выплатой долгов. Что привлекало его больше всего, так это возможность дать Лидии новый старт. Хотя у Брюса имелись ресурсы для оплаты счетов вдовы, «балахонная свадьба» позволила бы Лидии распрощаться с долгами мужа и не чувствовать себя обязанной ему. Больше всего ему хотелось, чтобы она пришла к нему добровольно, а не по принуждению. Если прошлое останется позади, у них с Лидией появится шанс стать счастливыми.
Но согласится ли она на такой план? Этот вопрос не давал ему покоя. Если она сможет обуздать гордость и появиться на короткое время sans hauteur et sans costume – без гордости и одежды, – он получит крепкий фундамент для строительства их отношений.
Брюс улыбнулся адвокату:
– Мистер Брэдшоу, вы нашли гениальное решение трудной проблемы. Можно, я скажу леди, что это вы его порекомендовали?
Брэдшоу побледнел, но не смог отказать. Желая произвести хорошее впечатление, он с энтузиазмом пожал Брюсу руку, и Брюс в приподнятом настроении покинул контору адвоката.
В высшей степени удачная встреча! Им с Робертом Харрисом удастся сэкономить приличную сумму, которую пришлось бы потратить на погашение долгов покойного. Брюсом овладело острое чувство радости, Подготовка к союзу с прелестной молодой вдовой шла без сучка и задоринки. Сама судьба вела его к алтарю.
Брюс летел вперед на крыльях воодушевления и радости по случаю хорошей сухой погоды, но ему хватило по крайней мере сообразительности не являться на встречу со своей прелестной противницей с голыми руками. В середине зимы цветов он, конечно, не найдет. Но он знал о пристрастии Лидии к романтической поэзии. А что может быть лучшим дополнением для томика Байрона, упакованного в розовую ткань и спрятанного у него в кармане, чем сливочная шоколадная помадка с орехами миссис Рафферти?
Когда миссис Ратбан проводила его к Лидии, светловолосая строптивица сидела у окна в крохотной комнатке и с обманчивой покорностью читала псалмы.
– Я подумал, не стоит ли мне проведать вас, Лидия, – сказал он, входя, словно в его визите не было ничего необычного. – И принес вам кое-что для чтения. – Он протянул ей томик Байрона.
Раскрыв его, она полистала страницы и улыбнулась:
– Благодарю, капитан. Как мило с вашей стороны навестить меня!
– Еще я припас для вас немного шоколада.
Шикарным жестом Брюс извлек откуда-то из-за спины изысканный эмалевый контейнер, живописно украшенный экзотическими птицами и животными на райском острове. Приподняв крышку, он с поклоном предложил ей отведать шоколад.
– Поэзия и шоколад, – произнесла Лидия восторженно. – Вы наверняка знаете, что такие милые подарки не дарят осужденным женщинам.
– Вы еще не слышали приговора, – заметил он спокойно. – Поверьте, я сделаю все, что в моих силах, чтобы вы вышли отсюда свободной женщиной, Лидия.
– Свободной?! Для этого вам следовало принести мне напильник, чтобы я могла вырваться из заточения, – сказала она с заговорщической улыбкой.
– Ах, милая, они обыскали меня и забрали все, прежде чем пустить сюда. – Он рассмеялся. – Но я разговаривал с полковником, и он готов снять с вас все обвинения. При одном условии.
От удивления она уронила книжку.
Брюс поднял томик и, вернув ей, взял ее пальцы в свои теплые ладони.
– Обещайте никогда больше не принимать британских дезертиров, – прошептал он.
– Обещаю! Когда мне можно уйти?
Лидия так обрадовалась, что у него захватило дух.
– Не спешите. Это еще не все, чего требует полковник.
– Что еще? – спросила она подозрительно, заметив веселые искорки в его глазах.
Он поднес ее руку к губам и поцеловал.
– Вы должны выйти замуж за хорошего, преданного американца.
Удрученная, Лидия наградила его унылым взглядом.
