Читаем без скачивания Турнир - Роман Глушков

– Ладно, договорились, – пробурчал квестер, прикинув все за и против и решив довольствоваться хотя бы такой уступкой. – Давайте сюда ваши фотографии. Сегодня ночью Володя выйдет из зоны и все сделает. Только вам придется сопроводить его к безопасному участку периметра.

– Не вопрос, – ответил я. – Куда вам перекачать снимки?

Тарас подал знак, и Володя достал из кармана флешку. Я указал ему на Крупье – тот уже раскрыл лэптоп и нашел на нем еще более качественные оригиналы тех фото, что были у меня на КПК. Квестеры подошли к машине, на капот которой капитан поставил лэптоп, и уставились в монитор, наблюдая, как идет процесс копирования файлов…

Я посмотрел на Бледного и едва заметно кивнул: пора!

Мы ни на миг не забывали, с кем имеем дело. Вот почему и устроили весь этот спектакль с фотографиями. Мы выручили квестеров из беды, но, несмотря на это, они относились к нам с подозрением. И если не держали пальцы на спусковых крючках, то все равно были готовы открыть огонь при первом же резком движении с нашей стороны. Чтобы напасть на мнительных кирсановцев и обойтись без кровопролития, требовалось сначала усыпить их бдительность. Настолько, насколько возможно. И подброшенная им идея насчет двух самых ценных артефактов подходила для этого как никакая другая.

Надо отдать должное Кирсанову: он и впрямь нанимал на службу лучших из лучших. Квестеры не сводили взоров с экрана лэптопа, но все же Фритьоф уловил сбоку от себя угрожающее движение. И тут же контратаковал Бледного, который хотел заломить ему руки и подножкой повалить наземь. Вместо этого противники сошлись лицом к лицу. Но если майор не желал калечить норвежца, то последний не собирался ограничивать себя в средствах самообороны. И встретил нападающего ударом автоматного приклада. Не прикрой Бледный голову согнутой в локте рукой, точно получил бы по физиономии и упал. Но он сумел удержаться на ногах, хотя и заработал крепкий ушиб.

Только что мы стояли спокойно и разговаривали, а через миг возле пикапа развернулось целое сражение. Товарищи Фритьофа мгновенно «прокачали ситуацию» и вскинули автоматы, но мы не позволили им открыть огонь. Я и шейх набросились на Тараса, Гробик и Шира – на Володю, а Крупье поспешил на подмогу Бледному.

Брань, крики и шум борьбы взорвали тишину, царившую в безлюдном лесу. Попытка скрутить квестеров по-тихому не увенчалась успехом, и теперь было поздно волноваться о конспирации.

Первым вышел из игры Володя, павший от руки… или, вернее, от ноги Ширы. Он ошибся, сочтя ее несерьезным противником. Сцепившись с Гробиком, квестер неосмотрительно повернулся к ней спиной и расставил ноги, чтобы громила-капитан не вывел его из равновесия. Чем и воспользовалась Крамер. Она подскочила к Володе с тыла и зарядила ему носком ботинка в промежность. Да так удачно, что добивать его уже не потребовалось. Все, что оставалось Гробику, это обезоружить парня и скрутить ему запястья приготовленным загодя ремнем.

Угомонить Тараса так легко уже не получилось. Я вырвал у него из рук автомат, но когда хотел поставить подсечку, пнув его под коленный сгиб, то промахнулся. После чего мне самому пришлось перейти к обороне. Квестер живо смекнул, что я не стану в него стрелять, и, выхватив кинжал, тут же попытался отвоевать у меня свое оружие.

Мне стоило немалых усилий отражать трофейным автоматом, как дубинкой, стремительные выпады Тараса. Даже аль-Наджиб, который тоже неплохо дрался, оторопел от столь яростного натиска. Правда, мешкал он недолго. Взяв себя в руки, он выхватил пистолет и приказал квестеру бросить нож и сдаваться.

Это было логичным, но неэффективным решением. Противник уже убедился, что мы не хотим никого убивать и поднимать шум, паля для острастки в воздух. Тарас пропустил мимо ушей угрозы и, метнувшись к шейху, попытался дотянуться ножом и до него. Если бы аль-Наджиб не отпрыгнул, удар пришелся бы ему точно в горло. А так клинок лишь звякнул, рубанув по вскинутому пистолету, и только.

За первым финтом Тараса последовал второй, не менее коварный. Сделав вид, будто он переключился на аль-Наджиба, квестер внезапно развернулся и вновь набросился на меня. Я мог бы сплоховать, если бы действительно пошел в контратаку на отвлекшегося противника. Но я не поддался искушению двинуть ему прикладом в затылок, ведь именно этого и ждал Тарас, готовый подловить меня на контратаке. А вот он был уверен, что я в нее пойду, и вложил в свой хитрый удар с разворота практически все силы.

В итоге квестер переиграл сам себя. Не встретив на своем пути сопротивления, он сделал по инерции лишний шаг и оказался ко мне ближе, чем планировал. И тут же заработал тычок автоматным стволом в солнечное сплетение. Не слишком сильный, но заставивший его согнуться пополам и попятиться. Чтобы закрепить успех, мне следовало теперь стукнуть Тараса по голове. Но я этого не сделал, так как подбежавший к нему сзади шейх меня опередил. Он заехал пистолетной рукояткой по вражескому темечку, отчего Тарас вмиг лишился сознания и рухнул как подкошенный.

Между тем Бледный и Крупье вели сражение с Фритьофом. Вернее, стоял на ногах и дрался один майор. А его напарник уподобился Тарасу и тоже валялся без чувств с разбитым в кровь лицом.

Самый немногословный и спокойный квестер оказался в рукопашном бою сущим дьяволом. Он был, пожалуй, сильнее обоих своих товарищей, вместе взятых. Бледному и Крупье удалось совместными усилиями отобрать у него автомат и нож. Но свалить самого норвежца, прежде чем он вырубил капитана, они не смогли. Даже с учетом того, что он дрался лишь правой рукой, а полусогнутую левую прижимал к телу. Обезоруживая Фритьофа, мои люди травмировали его – либо сломали ему плечо, либо порвали сухожилие. Но как бы то ни было, квестер молотил Бледного одной рукой и обеими ногами с таким остервенением, что на один нанесенный майором удар успевал отвечать двумя, а то и тремя.

Похвальная самоотверженность, что ни говори. Вот только оставшийся в одиночестве скандинав уже не мог уповать на победу. Когда на помощь Бледному пришли сразу я, Гробик и Демир-паша, сопротивление Фритьофа было вскоре сломлено. Однако перед этим каждый из нас все равно пропустил по паре чувствительных ударов. А я к тому же побывал на земле, когда не успел увернуться от пинка, угодившего мне в живот.

Повалив наконец вчетвером потомка викингов на камни, мы связали его так же, как его коллег. И лишь тогда перевели дух и проверили, насколько серьезно пострадал Крупье.

Как выяснилось, он отделался простым нокаутом и свернутым носом, который Гробик вправил ему еще до того, как пострадавший пришел в себя. Тарасу также потребовалась медицинская помощь – шейх рассек ему пистолетной рукояткой кожу на темечке. Пропустивший удар ниже пояса Володя лежал, согнувшись в три погибели, и матерился на чем свет стоит, но ему врач был явно не нужен. Насчет Фритьофа такой уверенности не было. Бледный сказал, что вряд ли он сломал норвежцу руку, хотя кто знает – может, в горячке боя майор и не рассчитал свои силы. Так или иначе, но для точной диагностики Фритьофа нужно было сначала развязать, чего мы пока делать не собирались.