— Кстати, о невесте. — пробубнила я, не поднимая головы. — Зачем вы сказали императору о помолвке?
— Ты же сама сказала, "занимайте очередь". - хохотнул он. — Вот я и занял. Теперь я первый и последний.
Вздохнула. Тяжело вздохнула. Сейчас или никогда.
— Вы же знаете, что я из другого мира. Я обычный человечек. — напомнила ему его слова и ещё раз вздохнула. — Я могу понять зачем это мне, но зачем это вам?
— Я так понимаю, у нас откровенный разговор при свидетеле. — Он сильнее прижал меня к своему телу. — Только место ты выбрала, прямо скажу, не подходящее.
— А по мне, самое то, никто не подслушает. Шерхан отличный глушитель всех маячков.
— Хм. — удивился мужчина. — И откуда такие познания?
— Я в Академии не просто так протираю брюки, магистр.
Да, я нашла и прочитала про пардусов. И знаю, что они не просто порождение тёмной магии. Они поглощают любую магию, выпущенную или направленную в их сторону. Поэтому рядом с Шерханом прослушка работать не будет, он просто съест магический поток.
— Так мне повезло вдвойне: невеста красавица и умница…
— И просто хорошая девушка. Так, зачем?
— Эх, Зара. — Вздохнул Аден. — Вот про пардусов ты прочитала, а про брачную вязь, так и ничего не узнала. Вот найдёшь и сама ответишь на свой вопрос. А про объявление про помолвку, так уж и быть, скажу. Тебе Деметрий всё равно расскажет. Когда семья предстаёт при дворе, каждый член семьи должен пройти обряд, который включает в себя присягу на верность императору и преподношение частицы своей магии идольнице. Как только обряд будет пройден, служба безопасности императора, исходя из силы магии, подбирает идеальную кандидатуру на роль супруга или супруги, для получения сильного потомства. И ты сама понимаешь, что если семья знатная, то учитывается ещё и политическая подоплёка.
— Звучит, как сводничество, ради спаривания и выведения, словно животные какие.
— Так и есть, Зара. — Выдохнул он. — Источники иссякли, магия передаётся по наследству и если не усиливать её, то она тоже иссякнет и некоторые расы исчезнут.
— Но у вас же есть Святой Первоисточник.
— Он доступен лишь драконам и тем, в ком течёт кровь дракона. А с твоей магией и твоим родом, на тебя начнется настоящая охота. И боюсь, не только в пределах империи, но и соседние государства захотят получить тебя. Поэтому мы объявим о помолвке на балу, где будут все знатные семьи империи, а также и представители соседних государств.
— Но помолвка, ещё не свадьба и её можно расторгнуть.
— Да. Можно. Но не в нашем случае. — Аден отодвинул меня, чтоб заглянуть мне в глаза. — У нас есть преимущество, искорка, в виде брачной вязи.
— Допустим…
— Зара… посмотри на меня. — тихо прошептал он и я подчинилась, чтоб затеряться в отблесках алого в уже черных глазах.
Сердце меняет свой ритм. Заходится. Кровь выбрасывается с такой силой, что заполняет мою голову шумом. Его рука скользит по бедру, другая погружается в волосы на затылке, оттягивая голову назад. Чувствую его горячие дыхание на своих губах. Вижу, как взгляд меняется, как загорается в нем огонь желания. Не выдерживаю и издаю, какой-то странный задушенный и умоляющий звук. Рывок. И наши губы сливаются. Они двигаются одержимо, отчаянно, неистово. Наши языки переплетаются. Дико. Жадно. Свирепо. Мои руки сами скользят, изучают грудь, плечи, шею. Его же ладони сжимают меня с такой силой, что очевидно, с ума сходит.
Нас накрывает такой оглушительный шквал. Отрезает от мира. Качаемся. Цепляюсь за него. Я уже оседлала его бедра. Сжимаю волосы на затылке и толкаюсь всем телом.
Ближе… Мало… Больше… Ещё ближе…
Хоть ближе уже некуда. Впечатываюсь в него. Аден глухо стонет мне в рот и сжимает пальцами бёдра.
— Зара… — хрипит мне в губы. — Девочка моя…
Подставляю шею под горячие губы. Выгибаюсь. Стон наслаждения срывается, когда его губы смыкаются на груди. Огненная лава несётся по телу и ухает вниз, туда, где наши тела соприкасаются. Я теряю связь с реальностью. Растворяюсь в своих ощущениях.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Искорка, ещё чуть-чуть и я не смогу остановиться.
Дышит тяжело, упираясь лбом мне в грудь и, сжимая ладонями талию. Постепенно ко мне возвращается способность мыслить. Чёрт! Мы же на улице! Зимой! Губы растянулись в улыбке. Выпрямляюсь. Пальцы сами пробегаются по его волосам. И я чувствую, как его тело содрогается.
— Ладно, уговорил. — выдаю и тяжело вздыхаю.
Плечи Адена начинают подрагивать, а через минуту он всё-таки не выдерживает и смеётся в голос.
В особняк мы вернулись тем же путём, как и попали на полянку, то есть через портал. Собственно, вернулись в то же место — в мою комнату. Аден держал меня на руках, бережно прижимая к себе, словно я фарфоровая кукла. И не выпуская меня из объятий, присел на кровать и сжал сильнее моё тельце. Я не пыталась вырваться, знаю, что бесполезно, а трепыхаться, только, раззадорить хищника.
— Еще чуть-чуть и вы меня раздавите. — прохрипела я ему в шею, но он не ослабил хватку, а лишь усилил. Та-а-ак, а что происходит? — Аден, я не могу вздохнуть.
— Значит, чтобы ты назвала меня по имени, мне нужно тебя сильнее обнять? — В его груди раздался рокот, отдаваясь вибрацией в моей груди и мне дали вздохнуть.
— Нет. — прошептала я и почувствовала, как его тело напряглось. — Мне надо привыкнуть.
— Сколько тебе нужно времени? — хрипло спросил он куда-то в основание шеи и шумно втянул мой запах.
Этот звук действует на моё тело, словно спусковой крючок. Простреливает молнией позвоночник. Волна желания прокатывается и скручивается воронкой внизу живота. Свожу ноги, сжимая бёдра. Попыталась отстраниться, но его руки уже начали блуждать по моей спине, притягивая меня ближе. Сердце застучало как сумасшедшее, когда по чувствительной коже нежно прошлись горячие губы. Я попыталась сопротивляться сладкому туману в моей голове. Он что-то спросил. Ему нужен ответ? Ответ на что? Но противостоять силе и эмоции хрипловатого шёпота, у меня нет сил.
— Зар-р-ра, — так чувственно моё имя ещё никогда не звучало. — Мой огонёк… моя искорка… моя…
Поцелуи и все более настойчивые, страстные прикосновения окончательно лишили меня любого желания сопротивляться. Я хочу этого мужчину. Эта мысль пролетела в моем затуманенном мозгу молниеносно. Я поерзала на коленях Адена, вжимаясь в него сильнее и, ощущая бедрами всё его желание. Услышала тихий стон. Чей он? Мой? Его? Неважно… сейчас ничего не важно…только эти поцелуи, жаркие объятия и этот мужчина… Видать Аден почувствовал перемены в моём поведении. Отодвинул меня чуть от себя и прошептал:
— Постой, девочка. — лёгкое прикосновение к губам, и я сама потянулась за добавкой, заметив его довольное выражение лица. — Тш-ш-ш, сладкая. Не сегодня.
Мои ладони соскользнули по широкой груди вниз, от смущения я отпустила голову и посмотрела на свои сцепленные пальцы. Сознание с трудом возвращалось в бренный мир. Рядом с ним я просто всё забываю. Живу на одних инстинктах. Голова совсем не соображает. Как у него получается останавливаться? Я не знала, что делать от стыда, поэтому сидела понурив голову и не двигалась.
— Зара, — длинные пальцы обхватили мой подбородок и заставили взглянуть в его пылающие глаза. — Поверь, я хочу тебя. Безумно. Очень. — ещё одно мимолетное прикосновение к губам. — Но ты просила дать тебе время. И, как мне не было бы тяжело, я дам тебе его. Ненадолго. Сейчас ты устала, у тебя был трудный день. Мы плохо соображаем из-за тяги брачной вязи. Впереди соревнование и тебе надо отдохнуть. Поговорим завтра, после занятий. Хорошо?
Я смотрела в его глаза, не до конца осознавая, что он говорит. В груди разливалось тепло, и на губах сама собой растягивалась улыбка. Безумно хочет. Меня. Меня! И думает, что я не в адеквате. Боже, какой мужчина…
— Зара, хорошо?
Что хорошо? У меня всё хорошо. Мне хорошо. Я на всё согласная. Кивнула, насколько мне позволили его пальцы, удерживающие мой подбородок. Мужчина облегченно выдохнул, наклонился и поцеловал меня, нежно, проникновенно. Моё тело тут же откликнулось на эту ласку, и я вцепилась пальцами в его камзол, с упоением отдаваясь его горячим губам.
