тринадцатилетняя Кора и рослая, всегда сытая Ирма, не знающая проблем с едой вот уже который год. Клиенты не только пригревали безотказную подавальщицу, но и заботливо подкармливали из своей тарелки. Мощное телосложение и хорошее питание сделали из девушки достойного борца за место в этом мире. Бывало, она лично, без помощи вышибал, выталкивала хлипких пьянчужек в ближайшие канавы.
После очередного рывка девчонка грохнулась задом на мостовую. Ирма же победно хмыкнула, прижала к себе отвоеванную ценность и поспешила прочь.
Мелюзга не сдалась: вскочила и засеменила следом. Вскоре Ирма поняла, что девочка решила сменить тактику.
— Ирмочка, милая, — Кора начала хныкать и цепляться за юбку девушки, — они меня изнасиловали, хотели увезти и выкинуть за городом. Я притворилась мертвой, а пока они выходили в другую комнату, еле убежала. И подсвечник этот я прихватила специально! Пусть будет хоть какой-то оплатой…
Слова отдались в сердце Ирмы чем-то понятным и близким. Она остановилась. Подсознательно она всегда завидовала природной красоте Коры и понимала, что год-другой — и у нее появится серьезная конкурентка. Может, потому всячески гнобила девочку и гнала из трактира? Хотя иногда, чаще по пьяному делу, в Ирме просыпалось сочувствие, и тогда подавальщица, утирая слезы, жаловалась на поганую жизнь: на то, какие мужики неблагодарные скоты, и что им лишь бы присунуть, а как дело доходит до оплаты, сразу лезут драться, и хоть и попадаются, конечно, исключения, но крайне редко.
Кора продолжала что-то говорить, и Ирма прислушалась:
— Ирма, у моей мамы болотная лихорадка! Если не заплатить лекарю, она умрет! Они уже убили Луку! И скоро, — девочка всхлипнула, — и до нас с мамой доберутся. Пожалуйста… Мне нужны эти деньги…
Ирма стояла, прижав подсвечник к груди. Она кусала пухлые обветренные губы и металась в сомнениях. Деньги — это все, о чем она когда-либо мечтала и думала двадцать четыре часа в сутки. Когда она увидела драгоценность, у нее и мыслей не возникло делиться с девочкой. Теперь же она засомневалась. Слишком уж живо знакомая до тошноты картина встала перед глазами… В свое время ей никто не помог.
Закусив губу добела, словно на что-то решаясь, девушка высвободила одну руку и начала на пальцах прикидывать стоимость лекаря. Спустя пару минут, тяжело вздохнув, Ирма буркнула:
— Эх, тупая приставучая чинилья, ладно. — Она криво улыбнулась. — Чего уставилась? Пошли! Только быстро и тихо!
Портовый квартал не отличался особой чистотой и убранством. Хоть обеим девушкам такой вид был и привычен — в их квартале примерно так же, — но запах тухлой рыбы, пропитавший здесь каждый сантиметр, резко бил в нос.
— Фу! Куда мы идем? — гнусаво спросила девочка из-за зажатого пальцами носа.
— Помалкивай да поторопись. Надеюсь, он на месте.
— Кто?
Ирма с еле поспевающей за ней Корой решительно подошла к одному из бараков. Из проема доносился пьяный нестройный хор вперемешку с руганью. Песни славили одновременно морского царя, сытую жизнь и портовых шлюх.
— Бездна! Утро, а они уже на рогах! Уж третий день, как причалили, и до сих пор гуляют. Стой здесь, я быстро, — обратилась она к девочке.
— Вот еще! — Кора решительно сдвинула брови и подобралась. Похоже, она не собиралась оставлять свое сокровище без присмотра ни на минуту. — Я с тобой!
— Ха… ну-ну. Давай. Развлеки мальчиков. Давно ли ты такая храбрая стала? Это тебе не косенький старикашка Виндор. И район здесь куда опаснее!
Но девочка не хотела ничего слушать.
— Я иду с тобой!
— Да иди куда хочешь. Терять-то тебе уже нечего! — Ирма хрипло рассмеялась своей шутке и нырнула в низкий проем входа.
Дальше события развивались настолько неожиданно и быстро, что они не успели ничего сообразить. Из двери вывалился мужик и чуть не снес Ирму. И все бы ничего, но следом, выставив вперед кулак, вылетел второй, зарядив первому в челюсть. Отлетев в сторону, тот выбил сверток из рук Ирмы, а ее саму потащила прочь от барака дерущаяся толпа.
Из дома выбегали все новые и новые пьяные мужики и с победным кличем «За морского отца!» ныряли в драку, начиная дубасить всех без разбора. Грязная бесценная вещица валялась у входа, втоптанная в грязь. Никто не обращал на нее ровным счетом никакого внимания.
Ирма увидела, как, улучив момент, Кора проскользнула между дерущимися, схватила сверток и начала медленно отступать за угол дома. Не приведи Пресвятая мать, увидят и отберут!
Но девчонка даже пискнуть не успела, как ее кто-то схватил за шкирку и затащил в черный зев входа.
Помещение тонуло во мраке, а после света улицы темнота казалась особенно жуткой. Два крошечных проема под потолком служили подобием окон, но света практически не пропускали.
Споткнувшись о порог и упав, Кора шустро засеменила на четвереньках прочь от нападающего, пока не ткнулась лбом в стену. Там девочка замерла, прислушиваясь, не видя ничего перед собой и не зная куда бежать.
— Попалась, мокрощелка! — прошипел злобный голос.
Кора услышала какую-то возню рядом, чертыхание неизвестного и кошачьи вопли Ирмы. Внезапно стало свободнее, девочку перестали удерживать. Ирма подобралась к ней и резко схватила за ногу. Кора громко взвизгнула.
— Не отставай! — зло прошептала Ирма. — Что ты тут развалилась? Иди за мной да помалкивай! И голову пригибай…
Кора, облегченно выдохнув, поплелась за подавальщицей. Длинный коридор со стенами из грубо сбитых досок привел их в небольшую каморку. Вход был занавешен перекошенной тряпкой. Ирма по-хозяйски откинула ткань в сторону и вошла внутрь.
— Здравствуй, Рамо!
— Ирма? — удивился сидящий в каморке лохматый мужичок. — Че приперлась? Мне некогда!
— Гляди, что принесла. — Ирма развернула сверток. — Надо скинуть за хорошую цену.
— Че это? — Он покрутил в руках подсвечник, надкусил. — Откуда? И что за девка?
— Там уже нет, — отрезала Ирма. — А девчонка со мной. Так ты поможешь?
В маленькой комнатке, освещаемой огарком свечи, троим было тесно. Небольшого росточка, щуплый Рамо казался подростком на фоне дородной Ирмы, но сейчас держался важно, выпятив колесом впалую грудь. Он недавно попал в воровскую гильдию и не успел еще себя зарекомендовать, но эта блестяшка могла стать реальным козырем и пропуском в святая святых. Уж в чем, в чем, а в этом Ирма разбиралась. Босс Рамо, Бахром, был очень избирателен. И попасть в число его приближенных дорогого стоило.
— Никто не видел? — прищурив глаза, спросил Рамо.
Ирма замотала головой. Он кивнул, деловито вытянул из-под кровати какую-то тряпку и обмотал добычу.
— Это хорошо, — осклабился вор, сверкнув металлической фиксой.
Глава 21. Самое явственное доказательство
Глядя на рухнувшего первого советника Наута и
