И мы повторили, а потом ещё раз повторили. После этого слова полились из меня рекой. И про тётушку Катарину с её завещанием,и про кондитерскую, и про пану Магдалину,и про всех женихов, а особенно про пана Георга.
– Вот старый стручок, - выругалась пана Любомира. - Смотри-ка, не иссох еще до конца, что-то там еще пробует шевелиться. Не плачь, детка, не стоит так переживать из-за всяких козлов и обо всех упущенных возможностях.
– Это вы про что сейчас? - оторопела я, не поняв ход её рассуждений об упущениях.
– Знаешь, со временем, начинаешь на вещи смотреть по–другому. Вот возьми меня, будь я на твоём месте, я бы устроила ему жаркую ночь с продолжением, чтобы запомнил надолго. Но, увы, меня никто не приглашает. Поняла ход моих мыслей? Поэтому давай веселиться, что сегодня ты пользовалась успехом, - предложила она.
– Но мне-то не смешно, - возмутилась я, – меня чуть не изнасиловали.
– Плохо, что не смешно, - покачала головой пана Любомира. - Оставила мужика с носом и не радуется. Надо это исправлять, давай примем еще лекарства.
Вскоре мы с ней хихикали над паном Γеоргом, а я десятый раз рассказывала, как укусила его за язык и пнула.
– Хорошо куснула? - переспрашивала у меня старушка.
– Ага, - кивала я, - он ажно подпрыгивал, - и мы с ней дружно смеялись. За весельем не услышали, как хлопнула входная дверь, которую в свете происходящих событий забыли закрыть.
– А что дверь открыта? – раздался голос Станки. - И что это вы тут делаете? - занеслась она на кухню, принося с собой запах морозной свежести. – Выпиваете, что ли?
– Кто? - свела к носу реденькие брови пана Любомира. - Как тебе не стыдңо? Кто тут выпивает? Мы учимся правильно смотреть на мир. С нами будешь?
– Я бы с удовольствием, но сегодня же Правительственный бал, – потёрла она красные ладошки. - А мне еще надо после работы привести себя в порядок.
– Ну и иди на свой бал, - помахала ей рукой пана Любомира, - а нам и тут неплохо. А наливочка, знаешь какая?..
– А можно я потом попробую? – попросила Станка, сделала умоляющие глаза и убежала.
– Можно, – кивнула ей старушка, - если останется. Вот егоза. Везде успеть хочет.
Мы посидели ещё немного, съели по бутерброду. Пана Любомира достала еще одну бутылочку с лекарством.
– А чем вы тут заняты? – на кухню ввалился возмущённый Милош, по всей видимости, недавно вернувшийся домой. – Выпиваете, что ли? - заводил носом из стороны в сторону. - А где обещанные булочки?
– Булочки? - я посмотрела удивлённо на мужчину. Я совсем про них забыла.
– Какие тебе плюшки, ватрушки, Милош? Ты что, самый голодный? – пана Любомира встала из-за стола. - Не видишь, что девушки отдыхают?
– Это кто здесь девушки? - фыркнул мужчина. – Вы, что ли?
– А кто мы, по-твоему? Мальчики, что ли? Мне тебе доказательства, что я девушка, сейчас предоставить или ты на слово поверишь?
– Да нет, верю я, верю, - замахал руками Милош, с опаской посматривая на пожилую женщину.
– То-то же, нечего вопросы тут глупые задавать. А то заставлю убедиться, будешь знать, не отвертишься, – погрозила она ему пальцем. - Α булки завтра тебе будут, у Славки сегодня выходной, положен девушке выходной?
– Как я вам? - на кухню вплыла Станка в красивом ярко-оранжевом платье с красными лентами, задрапированными в рюши по вырезу, рукавам и низу. Девушка покрутилась по кругу, демонстрируя себя со всех сторон.
– О, мать честная, - сложила ручки старушка, - красота-то какая. Станка, ты где такое платье ядрёное взяла, у меня аж в глазах зарябило.
– Так там же маскарад, а я – огонёк.
– Огонёк, огонёк, вот мужик бы уволок, - передразнила её пана Любомира. - Для правильного цвета лица лекарство примешь?
– Ой, я даже не знаю, если только один глоточек, а то пан Винк скоро уже подойдёт, еще ругаться будет.
– Не будет, мы сами по глоточку всего пьём.
Она достала ещё одну кружку и налила чуть-чуть туда.
– На вот тебе, для храбрости, может, правда, кого охомутаешь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Да никто мне не нужен, - возмутилась Станка. - Я вообще хочу просто потанцевать. А вы не знаете, пан Винк закончил свою работу, как планировал?
– Да потащил что-то куда-то. А ты чего интересуешься?
– Просто если он всё сделал,то тогда, возможно, задержится там подольше, а то года два назад мы с ним отстояли официальную часть, а на танцы он не остался, - вздохнула она, аккуратно расправляя платье и усаживаясь на табуретку. - И пришлось мне возвращаться несолоно хлебавши.
– Этот может, - махнула рукой пана Любомира, - его ни женщины, ни танцы не интересуют. Была бы работа, остальное побоку. Так и помрёт один, – вздохнула печально.
– Давайте выпьем, чтобы он нашёл свою половину, - предложила Станка,и мы её поддержали.
– Тебе когда идти? - спросила я её, с завистью посматривая на тоненькую фигурку в слегка мерцающем платье.
– Как пан Винк придёт,так сразу и пойдём, наверное, - предположила она. - Вкусная у вас настойка, пана Любомира.
– Ещё, что ли налить? - усмехнулась женщина.
– Глоточек, - согласилась Станка. - Кстати, Мирослава, а ты что сегодня причёску делала? Собираешься, что ли куда-то?
– Нет, она уже пришла, - опередила меня пана Любомира. - Ну за наш вечер, девоньки, – предложила она.
Потом мы посидели, попили чай, съели еще по бутерброду с кусочками отварного мяса.
– Жаль, нет твоих булочек, Мирослава, - погоревала девушка.
– А по мне пироги вкуснее, - резюмирoвала старушка, – Станка, а что это у тебя глаза всё уже и уже становятся, а нос всё толще?
– Нет! – пана Станислава схватилась за лицо. – Не может быть! Только не сейчас! Пана Любомира, что у вас там были за травы? Ведьмин корень был?
– Ну конечно, а что такое?
– У меня от него аллергия! – воскликнула Станка. – Блин! Да как же так! Сделайте же что-нибудь скорей!
– Ах ты, бестолочь, - всплеснула руками пана Любомира, - а что же ты не спросила, когда пить начала успокоительную настойку? Подожди, – поспешила она к своим запасам в шкафчике, - у меня здесь что-то было от этой напасти.
С каждой минутой лицо Станки изменялось всё сильнее. К тому времени, когда пана Любомира нашла и накапала ей лекарство, лицо девушки полностью отекло, сделав глаза щёлочками, нос картошкой, а губы мясистыми варениками.
– И что мне делать? - плакала она. - И что скажет пан Винк?
– А что я должен сказать? - только что упомянутый пан Винк ввалился в кухню в верхней одежде. Я во все глаза смотрела на эльфа в чёрном строгом пальто. Такого Винка я видела в первый раз. - Что случилось? Пана Станиcлава, вы готовы?
– Гoтова, - фыркнула пана Любомира. - Можешь забирать.
– Что-то произошло? - пан Винк подошёл к столу. - Вы что, пьёте? – принюхался он.
– Пан Винк, - повернулась к нему Станка.
– О, мать честная, - отшатнулся мужчина, - что это?
– Последнее слово моды, - вставила пожилая женщина, - Винк, не видишь, что ли, что у неё аллергия? Внучек, бери с собой Славку.
– Меня? - удивилась я. – Но я же не готова? У меня и платья такого нет. Да я и не собиралась никуда.
– Мне всё равно, кто из вас пойдёт, – разозлился Винк, словно мы специально устроили заговор против него. - Вы меня что, подвести хотите? Я обязан присутствовать на официальной части поздравлений. Осталось два часа до начала. Вот мне абсолютно всё равно, кто из вас троих там будет, можешь даже ты, бабуля. Но чтобы через двадцать минут со мной кто-то из вас вышел из дома!
ГЛАВΑ 7
Он выскочил из кухни с такой скоростью, что можно было подумать, что здесь начался пожар,и через секунду грозит обвалиться потолок.
– Как это у тебя нечего одеть? - удивилась пана Любомира, поворачиваясь ко мне. - А что-то ярко-красное, что я видела в твоём огромном чемoдане?
