Под чужой внешностью по-прежнему находилась сильная и ловкая наемница из расы аше-ар. От рождения наделенная способностями созидания, как и все остальные белокожие, она усердно растрачивала свои таланты на совершенно противоположные цели. Вот и сейчас, шагая по шуршащей под ногами черепице, расстроенная азора создавала огненные шары и разбрасывала их куда попало, с удовольствием предвкушая, что в течение нескольких минут после ее ухода они начнут взрываться, нанося ущерб городу. Пусть маленькая, но пакость наместнику и его подданным!
С помощью нескольких «бомбочек» можно было заставить светиться тысячи мерилитовых кристаллов*, используемых для ночного освещения улиц и домов. Или обеспечить теплом целую деревушку, если с помощью нехитрой магии преобразовать энергию шара в жидкость и залить полученное вещество в отопительный агрегат. Но аше-ары предпочитали лепить из энергетических нитей, пронизывающих пространство, миниатюрные сферы с большим разрушительным потенциалом. Так было интересней и, учитывая их профессию, гораздо выгодней.
Но и первоначальную природу заложенной от рождения силы белокожая раса тоже использовала. Перевоплощения, ускоренное восстановление телесных повреждений, приручение и подчинение любой живности, не считая особо умных особей, способных противиться такому к себе отношению, – все это аше-ары применяли для достижения своих личных целей. Кейли-Оз, дабы продлить приятное времяпрепровождение на долгие часы, частенько практиковала магию жизни на любовниках, раз за разом восстанавливая их мужскую силу. Вспомнив о ночи, женщина зло прошипела:
– Кретины! Кобеля2 недоделанные! И это называется лучшие стрелки Неронга? Убить одну безоружную девку не смогли, а ведь она стояла на виду в гордом одиночестве… – Оскалив острые клыки в презрительной усмешке, азора в сердцах швырнула в окно соседнего дома очередную «бомбу». – Трусы, а не мужики! – бормотала Кейли-Оз, продвигаясь навстречу виверне, силуэт которой замаячил среди облаков. – Нет чтобы подойти ближе и удавить девчонку! Спрятались, замаскировались, заняли позицию на таком расстоянии, что в открытую мишень попасть не смогли. Идиоты! А потом и вовсе устроили показательный полет стрел из разряда «кто не спрятался, мы не виноваты». Зачем?
Ей не были понятны мотивы зачарованных любовников. Когда все пошло наперекосяк, она взяла «вожжи» в свои руки, решив проявить инициативу и довести дело до победного конца. Отличная актерская игра, почти настоящие слезы в испуганных глазах – и этот благородный дурачок Эван собственноручно донес ее до цели. Все шло как по маслу, пока не появился наместник. Забери его Бездна в свои цепкие объятья!
«Миссия провалена», – вздохнула Кейли-Оз, устраиваясь в седле прилетевшего на зов киприна*. Хотя, если вспомнить приказ эйсарда, в ее обязанности входило внушение десятку-другому местных мужчин идеи о том, что сейлин опасна, а никак не ее собственноручное устранение. Тогда, если следовать логике, она справилась прекрасно, а они, люди, как всегда накосячили!
Довольная результатом своих умозаключений, азора покинула Неронг. Она не без удовольствия оценила сверху результат нанесенного ущерба и, отдав ментальный приказ своему ящеру, попросила его лететь быстрее. Иногда аше-ары устраивали подобные набеги, превращая часть зданий верхнего города в руины. Просто так, в качестве развлечения. Потом людской муравейник все отстраивал заново. В конце концов, местному населению тоже чем-то надо было заниматься на протяжении многих веков. Так что, подкидывая проблемы, тюремщики оказывали им своеобразную услугу и не давали закиснуть от безделья. Сегодня Кейли-Оз умудрилась выполнить трехмесячную норму разрушений, и это вселяло в нее обоснованную гордость. Превосходная шпионка, обольстительница, колдунья… она как всегда оказалась на высоте! Еще бы, при ее-то сообразительности! Пока виновница недавних злоключений тешила свое самолюбие, пролетая над городом, внизу обсуждали события дня спрятавшиеся в домах люди. И сейчас их мало занимал уличный разгром, ведь в городе появилась новая сейлин.
В доме начальника городской стражи…
Взмыленный, нервный, растрепанный Эриен влетел в дверь собственного дома и, наказав жене отвечать всем, что он тяжело болен со вчерашнего дня, ринулся наверх, в спальню, перепрыгивая через две ступеньки и громко сопя при этом. Вид у него и правда был нездоровый. Скинув одежду, мужчина натянул ночной колпак и зарылся под толстый слой одеял, стараясь всеми силами унять дрожь в коленях. Он боялся. С чего им всем приспичило открывать охоту на иномирянку? Вчера, да и сегодня утром это решение казалась таким правильным, а в голове звучало как мантра:
«Сейлин опасна! Сейлин погубит город, когда осуществится пророчество. Сейлин следует уничтожить!»
Двенадцать лучников договорились ночью о встрече и на рассвете, сойдясь в условленном месте, разработали план убийства невесты. По городу ходили слухи, так что мужчины прекрасно знали о скором прибытии сейлин. Вопрос о достоверности данной информации абсолютно не занимал их озабоченные единой целью умы. Они все просчитали: и алиби, и маскировку, и наиболее удачные места для засады. Даже разыграли видимость воздушной атаки азоров. Якобы спонтанной, бесцельной… разве так ведут себя меткие стрелки? Заговорщиков никто не видел, никто не должен был узнать их по почерку или вычислить по каким-то другим признакам. Но противная дрожь в коленях Эриена не желала униматься, горло пересохло, а сердце ускорило свой ритм, предчувствуя беду.
Снизу донеслось испуганное бормотание жены и торопливый стук ее каблучков, едва поспевающих за чужими шагами. Кто-то шел к нему. Неторопливо, но уверенно, чуть замирая на ступенях и снова двигаясь наверх… Шаги гостя становились все громче, отчетливей, неотвратимей. Эриен с содроганием прислушался к походке своего палача, он не сомневался в личности раннего визитера, не были для бедняги секретом и его намерения. В висках стучало: «Бежать! Немедленно бежать! Но… куда?»
Вместо ответа на насущный вопрос в комнату вошел наместник. Его темно-зеленый плащ покачивался от сквозняка, который проложил себе дорогу от приоткрытого окна к распахнутой с ноги двери; хозяин, изображая больного, не кинулся ее закрывать. Да подобная предосторожность и не помогла бы. Разве какой-то хлипкий засов может остановить стихию по имени Сэн? Сползая с кровати и падая на колени, Эриен стянул с головы колпак и, зажав его в потных ладонях, принялся сбивчиво приветствовать наместника, заодно извиняясь и за свой внешний вид, и за неожиданно скосившую его болезнь, и еще за что-то, не имеющее к делу никакого отношения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
