информацию, что Рествуд — фамилия герцогов Рествудских, чьи владения раскинулись на севере королевства. Неужели эта девушка имеет отношение к столь знатному роду?
— Очень приятно познакомиться с вами, — проговорила я, изобразив учтивый полупоклон. Всё же по статусу она была значительно выше меня.
— И мне приятно, — ответила она, но без улыбки. Сразу стало ясно, что радости от встречи точно не испытывает.
А ещё в её глазах появились сомнения. Она переводила взгляд с меня на Ника, но не спешила приглашать нас присесть. На мгновение мне даже показалось, что леди Рествуд ищет предлог отменить ритуал по активации артефакта. Будто ей совершенно не хотелось со мной связываться. Хотя, даже не со мной, а с моим дядей.
— Николина, это нужно не ей, а мне, — мой охранник тоже заметил перемену в настроении своей подруги. — Если с ней что-то случится, лорд Стайр сделает всё возможное, чтобы меня уничтожить.
Девушка поджала губы, вздохнула и всё-таки махнула рукой.
— Идите за мной, — сказала она. — Только, перед тем, как мы отправимся, вы оба дадите мне клятву, что никому ни слова не сообщите о том месте, куда я вас отведу. Согласны?
Ник решительно кивнул и проговорил слова клятвы. Я без сомнения повторила за ним ‒ мне уже стало слишком любопытно, чтобы сомневаться. И только когда магия закрепила наши слова, Николина кивнула и пошла по коридору вглубь дома.
Мы спустились в подвал. Там леди Рествуд открыла для нас проход в стене, за которым начиналась крутая лестница вниз. Над нами загорелись несколько магических огоньков, но окружающую тьму они почти не рассеивали.
С каждым шагом мне становилось всё интереснее. Нет, лёгкое опасение ещё осталось, но вот страха почему-то не было. Наоборот, в душе всё сильнее разгоралось предвкушение. А впереди ожидало нечто неизведанное, запретное, тайное. Настоящее приключение!
— Леди Рествуд, вы знакомы с моим дядей? — я всё-таки задала этот вопрос шагающей впереди девушке.
— К сожалению, — нерадостно ответила та.
— Он вас чем-то обидел?
— Не меня, но обидел, — даже не думала скрывать она.
— Настолько, что вы не хотели из-за этого иметь дело со мной?
— Настолько, что я была бы рада вообще никогда о нём не слышать. Но мне, увы, приходится, и довольно часто, — быстро проговорила девушка. — Простите, леди Стайр, я понимаю, что неправильно перекидывать на вас моё отношение к вашему дяде. Но это выше моих сил.
После этих слов я решила, что благоразумнее помолчать. И лучше вообще не упоминать при ней мою фамилию.
— Пожалуйста, зовите меня Мелисса или Мэл.
— Договорились, — ответила она, но мне права называть её по имени не дала. Странная особа.
Вскоре мы пришли в большой подземный зал. И вроде там было довольно тепло, но я поёжилась. Почему-то чудилось, что из тёмных углов на меня кто-то смотрит. Глупость, конечно, никого там не было, но руку Ника всё же перехватила поудобнее. И покрепче.
— Проходите к алтарю, — леди Рествуд указала рукой на длинный каменный стол посередине помещения. — Я сейчас. Только нож возьму.
И вот после этих слов мне резко захотелось вернуться в академию. Кажется, наконец, проснулся здравый смысл, который умудрился даже перекрыть любопытство. Я остановилась, потянула Ника обратно, а когда он не пошёл, попыталась высвободить свою ладонь.
— Неужели смелой Мелиссе снова страшно? — с явной иронией протянул он.
— Нет, что ты, — ответила я, всё ещё стараясь вытащить пальцы из его захвата. — Просто, когда слышу рядом слова: алтарь, нож и ритуал, как-то очень хочется на воздух. А учитывая, что моего дядю тут очень не любят…
— Мелисса, не нужно бояться, — проговорила леди Рествуд, шагающая к нам от расположенного у стены стеллажа.
Потом глянула на Ника и вдруг нахмурилась.
— Никкейл, с тобой всё в порядке? — спросила она с искренним беспокойством.
Я тоже посмотрела на парня. Он был бледен, зрачки расширились, закрыв собой почти всю радужку, а лицо выглядело очень напряжённым. Но когда я увидела стекающую по его виску каплю пота, мне стало по-настоящему страшно.
— Да, всё хорошо, — его голос прозвучал вполне обычно. И я бы даже поверила ему… если бы не видела лица.
— Не похоже, — леди Рествуд сильнее нахмурилась.
Потом замерла, будто к чему-то прислушиваясь, и в её глазах появился испуг.
— Быстро, уходим отсюда, — резко скомандовала она. — Мелисса, бери его под руку. И потащили.
Мне хватило одного взгляда на пошатнувшегося Ника, чтобы понять: ему действительно очень плохо. Потому указания леди Рествуд я выполнила без вопросов. Она сама поднырнула под руку Никкейла, закинула её к себе на плечо и спешно повела нас к выходу.
— Не теряй сознание! — рявкнула она на Крайстера, когда мы уже вышли на лестницу. — Прости, но ты придурок. Скрытный идиот! Надо было сразу сказать, что в тебе столько света. Тут же повсюду тьма. Она для таких, как ты — чистый яд. И хорошо, что ритуал не начали, потому что я даже не представляю, чем он мог для тебя закончиться!
— Хватит, я понял, — попытался осадить он её.
— Ничего ты не понял. А ведь как скрывался, даже я не почувствовала, что ты светлый. Если бы не тени, могла и не догадаться. Шайн тоже светлый, но он спокойно переносит алтарный зал. Хотя в тебе явно намного больше света.
Примерно на середине лестницы нашему глупому герою стало легче. Он даже заявил Николине, что в состоянии идти сам. Правда, меня почему-то не отпустил. Я шла, помогая ему не упасть, а в голове складывались логические цепочки. Леди Рествуд говорила про тени и тьму, а это части тёмной магии ‒ нам совсем недавно рассказывали об этом на теории магических потоков. И она же упомянула, что Ник — светлый. То есть, логично, что ему стало плохо в месте сосредоточения противоположной силы. Но это только в теории.
А ещё я вспомнила, что и тёмная, и светлая магии до недавнего времени в королевстве были под строжайшим запретом. Светлой силой обладали эльфы, а с их королевством у Лердонии до сих пор очень прохладные отношения. А вот тёмная считалась преступной, потому что её часто получали в результате кровавых ритуалов и жертвоприношений. И лишь совсем недавно было официально объявлено о существовании истинно тёмных, тех, кто родился с таким даром. Этих людей брали на контроль, но уже хотя бы не преследовали.
В общем, всё сложно. У нас безоговорочно признавалась только стихийная магия и
