херня нестись и дальше будет. Сначала думал, что хорошее дело делаю, когда драться его научил. У малого способности к боевым искусствам. На лету схватывал. Выдержка железная. Вот только дурь его никуда не выбилась. А сейчас все только хуже становится. И друга себе в пару нашел, такого же. С протестом и желанием самоутвердиться. Клуб что ли открыть? Пускай малой на ринг выходит? Дать возможность бабло за бои получать? Только правила установить. Сделать так, чтобы была мотивация себя самого контролить. Раз проебался и месяц к рингу никто не подпускает. Штраф.
— Нет, есть возможность на экскурсию в тюрьму съездить. На зэков настоящих посмотреть, — голову на бок склоняю. Вижу, как Рам хмурится, Мот ближе к решетке подходит. Кажется, мое предложение им не нравится, — пару дней там потусуетесь. Разнообразие. Уверен там развлечений хоть отбавляй.
— Не гони, за гонки?! На зону?! — Мой рявкает, огрызается. Мот же снова его толкает, намекает, что пора заткнуться.
— Предложение огонь, — Мот голос подает, — вот только жаль у меня не выйдет. Я брату обещал помочь.
Скалюсь, пиздит и не краснеет.
— Планы изменились, Гром одобрил экскурсию. Говорит тебе полезно будет.
— Охуеть, — Моту больше не весело, да и моему тоже. Оба хмурятся.
— Выводи, — киваю на решетку, оборачиваюсь к начальнику. Тот все это время позади стоял и, кажется, через раз дышал. Все за башку свою переживает. Чтобы с места не турнули. Судя по всему, эти двое уже успели здесь связями покозырять.
— Погнали и хватит, — Рам моментально ко мне подходит, как только из-за решетки выпустили, очкует, — я понял, мы перегнули. Больше так не будем.
— Эту хуйню я уже много раз слышал, — рявкаю, — я ведь предупреждал, что мое терпение лопнет. Считай, что ты своего добился.
Менты в спину обоих толкают, к выходу ведут. Ничего, пускай поочкуют.
— И далась тебе та телка, — Мот Раму шипит.
— Мне? У тебя у самого слюна капала, — Рам огрызается.
На выходе из СИЗО эти двое толкаться начинают. Судя по отрывкам фраз, гонки из-за телки были. Подхожу вплотную, обоих за шиворот хватаю и встряхиваю. Оба быки здоровые. Каждому уже по двадцатке стукнуло, а ведут себя как дети малые.
— Запомните раз и навсегда, сраться из-за телки — это последнее дело. Баб много, а настоящего друга найти сложно.
Встряхиваю их снова, пока мычать согласно не начинают, после ставлю на ноги и в сторону своей охраны толкаю. Те этих гонщиков в тачку пакуют. По лицам их вижу, что про зону поверили. Повелись. Ничего, пусть немного поочкуют.
Достаю из кармана телефон, набираю своего прораба. Сообщаю, что на стройку бесплатную рабочую силу везут. Даю распоряжение, чтобы нагрузили по полной программе. Так, чтобы ноги после еле волочили.
Глава 16.1
Подхожу к кабинету Юсупова, стучу в дверь. В руках держу подготовленные отчеты.
— Входи, — Ратмир Даниславович произносит громко, я даже немного вздрагиваю, но в кабинет захожу.
— Добрый день, Ратмир Даниславович, я с отчетами.
Начальник указывает мне на кресло за своим столом. Я направляюсь прямиком к нему. Нервничаю, надеюсь, это хоть не так сильно заметно. Помимо рабочих моментов, я бы хотела немного расспросить о Суровом. Конечно, вряд ли мне Юсупов расскажет какие отношения его связывают с этим человеком. Но возможно он имеет на него какое-то влияние и сможет избавить меня от его настойчивых ухаживаний? После того, что случилось сегодня, я решила, что нужно начать хоть как-то действовать. Иначе все закончится печально. Печально для меня.
— Премию тебе в этом месяце выпишут, Алина, — произносит Юсупов после того, как изучает мои отчеты. Хмурится, но это нормально. Я уже успела немного его изучить и понимаю, что ко мне это не относится и к моей работе.
— Спасибо, Ратмир Даниславович, — произношу негромко, мнусь, стесняюсь спросить.
— Спросить что-то хочешь? Не стесняйся, — произносит начальник. Взгляд на него вскидываю. Чувствую, как щеки краснеют, — по тебе видно, что что-то покоя не дает. Говори. — Юсупов откидывается на спинку кресла, с прищуром на меня смотрит.
— Скажите пожалуйста… Могла бы я попросить у вас аванс? В счет следующих зарплат? — Краснею еще сильнее.
— Можешь, — он кивает, — но если дело касается Демьяна, то это не поможет.
Мои глаза распахиваются настолько сильно, что я не могу моргнуть. Как он понял? Догадался? Господи, у меня и правда на лице все написано.
— Почему? — Вылетает из меня быстрее, чем я вообще о чем-то успеваю подумать, — я ведь должна ему за испорченную машину. Это же будет все по закону, честно. Я с ним рассчитаюсь и…
— Не возьмет, — Ратмир Даниславович отрицательно качает головой, а у меня внутри все замирает. Он смотрит так… Как будто знает все и даже больше.
— Но это же… — Начинаю вспыльчиво говорить и успокаиваюсь. Делаю глубокий вдох.
Юсупов встает из кресла, подходит к окну. Это все делает молча, я же сижу и чувствую, как меня охватывает новая волна паники.
— Он хочет не денег за испорченную машину. Не знаю, что конкретно у вас произошло, но Демьян вошел во вкус. Видит цель, не видит препятствий. Деньги его не остановят. Уверен, что там не только разбитая машина.
Ратмир Даниславович разворачивается, впивается в меня взглядом. Сканирует. Как будто ответ где-то у меня на лбу написан.
— Я еще… голову ему разбила… Машину угнала… — Тихонько произношу в ответ. Наверное, не самое разумное это все своему работодателю рассказывать. Но больше у меня никого нет, кто мог бы защитить. Есть еще Диана. Она имеет хорошее влияние на своего мужчину. Но мне показалось правильнее поговорить с ним напрямую. Не давить через Диану. Эти люди и так для меня сделали много. Очень много. Я безумно им благодарна. — Зацепила ты его. Уверен, что не старалась, по тебе сразу видно, как от Сурового дергаешься. Помочь смогу только тем, что сдержу его порыв. Полностью запретить к тебе подходить не могу. Он не пацан, приказы не исполняет. Демьян мне хороший друг, Алина, в разборки я впрягаться не буду. И Диану сюда вмешивать не стоит.
