Трей? Ты меня напугал!
Он открывает рот, чтобы ответить мне, но я слышу не его голос. Это голос Джонатана.
— Габби!
Чёрт возьми. Это его голос Сири-встань-на-колени. Повелительный, глубокий и оглушительно громкий.
Я теряю дар речи, когда смотрю мимо плеча Трея, наблюдая, как Джонатан подбегает всё ближе и ближе.
Трей, кажется, чувствует, что у него очень мало времени.
— Габби, послушай меня, — говорит он. — Дни «Книжного Магазинчика Бейли» сочтены. Приходи работать со мной. Принеси это очарование маленького магазинчика в «Страницы Поттера». Независимые книжные магазины умирают, почти вымерли. Остаётся лишь привнести то, что тебе в них нравится, в работу сетевых магазинов.
Я отшатываюсь от его слов.
— Я этого не хочу. Я хочу спасти «Книжный Магазинчик Бейли».
— Ты не можешь, — возражает он, делая шаг ко мне. — Не будь наивной. Твой идеализм не спасёт…
К счастью, Трею не удается закончить эту снисходительную мысль. Он резко умолкает, когда Джонатан одним плавным движением нейтрализует его, прижав к ближайшему зданию.
Он мог бы обыскать его и жестоко расправиться с ним, но Джонатан контролирует себя, оставив Трея невредимым, только оглушённым и слабо хрипящим под его предплечьем.
— Ты пострадала? — спрашивает Джонатан, окидывая меня взглядом в поисках признаков повреждений.
— Я в порядке. Он застал меня врасплох и напугал, но не причинил мне вреда. Ты можешь отпустить его.
Джонатан немедленно убирает руку и направляется в мою сторону, игнорируя Трея, который демонстративно кашляет и потирает горло.
Если не считать огня в его глазах и плотно поджатых губ, Джонатан выглядит совершенно спокойным. Он даже не запыхался.
— Ты уверена, что он не причинил тебе вреда?
— Уверена, — шепчу я, и что-то волнующее и пугающее происходит в моём сердце. Моя грудная клетка напоминает клуб, когда в полночь опускается диско-шар — внутри всё становится сверкающим, светящимся и искромётным.
— Я не пытался напугать тебя, Габс, — говорит Трей, нарушая момент.
«Габс». Боже, я ненавижу это прозвище. Отрывая взгляд от Джонатана, я смотрю в его сторону.
— И всё же ты схватил меня за руку сзади?
— Я дюжину раз звал тебя по имени, — говорит он покровительственно, как будто это какая-то оплошность с моей стороны. — Ты меня не слышала.
— Естественно, я тебя не слышала! — я указываю на свои наушники. — И до сих пор слышать не хочу.
— Ну, а что ещё мне оставалось делать? — говорит Трей, глядя на меня теми жалобными, умоляющими голубыми глазами, которые он пытался сделать, когда я порвала с ним. — Я пытался дозвониться до тебя с нескольких номеров, писал сообщения, но ни одно из них не доставлялось после первого. Я писал тебе записки. Я отправил тебе букет. Я сказал, что мне жаль, и я скучаю по тебе. Я ничего не получил в ответ.
— Это потому, что я заблокировала все номера, которыми ты пользовался, и потому что я говорила всерьёз, когда сказала, что между нами всё кончено, Трей! С меня хватит. А теперь я иду на работу. В последний раз прошу, оставь меня в покое.
— Габс, — умоляет он, вторгаясь в моё личное пространство, — выслушай меня…
— Нет, Трей.
— Пожалуйста, — он подходит ближе, протягивая ко мне руку. — Просто…
Джонатан с силой ударяет Трея по груди, затем отталкивает его назад, чтобы Трей не мог до меня дотянуться. Его голос напоминает чёрный лёд — смертоносный, но мрачный и обманчиво ровный.
— Она сказала «нет».
Трей свирепо смотрит на Джонатана, затем пожимает плечами, отстраняясь от его прикосновения, и отряхивает свой дурацкий пуховик, где всё ещё отпечаталась рука Джонатана. Посмотрев в мою сторону, он усмехается.
— Что, он теперь твой парень или что-то в этом роде? Прислуга из книжного магазина? — снисходительность, которую он умудряется вложить в одно маленькое слово, просто поражает.
— Джонатан и я — со-управляющие, Трей. И хотя наши отношения — не твоё дело, я скажу тебе вот что: он в десять раз лучше тебя. А теперь отвали. Желаю тебе паршивого Рождества.
Стремглав проносясь мимо своего бывшего-отброса, я иду по тротуару. Джонатан идёт в ногу со мной, дважды угрожающе оглядываясь через плечо, скорее всего, пугая Трея до чёртиков, чтобы он не последовал за мной. Мы не разговариваем, пока проходим квартал между «Книжным Магазинчиком Бейли» и тем местом, где Трей остановил меня. Когда мы подходим к магазину, Джонатан отпирает входную дверь, затем придерживает её, чтобы я могла войти первой.
— Спасибо, — тихо говорю я ему.
Прежде чем он успевает ответить, я решительно иду в заднюю комнату, стаскиваю варежки, разматываю шарф, смаргивая подступающие слёзы.
Грёбаный Трей. Говорит мне, что я наивна и идеалистична. Что я не могу спасти это место. Я ему покажу. Мне придётся.
Неподалеку раздаётся тихий стук по дереву, и я знаю, почему. После моего испуга Джонатан ведёт себя учтиво, не желая меня пугать. Пропал мой холодный, неприветливый заклятый враг, и на его месте стоит тот, кто, как я сказала Трею, в десять раз лучше его.
И я не врала.
Потому что я просто не могу поверить, что Джонатан Фрост мог подбежать ко мне, всем телом встать между мной и угрозой вреда, а затем развернуться и попытаться соблазнить, обмануть или помешать моей карьере.
И это осознание после стольких месяцев ненависти к нему, является глубинным облегчением. Презирать кого-то утомительно, а верить в худшее в нём — бремя для души. До этого момента я не осознавала, насколько это меня утомило, а теперь, словно снимая холодную промокшую одежду после долгого дня на снегу, я чувствую, как уходит тяжесть, и тепло робкой надежды окутывает меня.
Я не знаю точно, что я думаю о Джонатане. Ещё нет. Я только знаю, что мои прежние представления о нём не соответствуют тому, что я только что испытала. Я знаю, что он заступился за меня и защитил, и никто не делает такого ради того человека, чью жизнь и работу он хочет разрушить.
Помимо этого я не знаю, что и думать.
Что я точно знаю, так это то, что такой поворот событий, к сожалению, заставляет меня изменить восприятие своего наряда на сегодняшний день. Теперь это платье не выглядит мстительно сексуальным. Оно просто… сексуальное. И я почти уверена, что после того, как мы поцеловались прошлой ночью, выглядеть сексуально для Джонатана Фроста — не очень хорошая идея.
— Габриэлла, — тихий и низкий голос Джонатана проходится прямо как как кончик пальца любовника по моей спине.
— Да, — выдавливаю я.
— С тобой всё в порядке?
Стоя к нему спиной, я не снимаю пальто и смотрю в
