и торт — большой, красивый, со свечками. Один на двоих, как Дадли и хотел, а Гера просто грелась в тепле семьи. Ленка в обеих своих жизнях не представляла, что бывает именно так, поэтому и наслаждалась, разрешив себе побыть просто девочкой, просто ребенком. Ну а после еды детям устроили праздник — в рамках возможного, конечно, но праздник.
Пока герцогиня с моментально увеличившимся семейством обживалась в замке, Ее Величество решала судьбу магического мира. Администрация школы Хогвартс рекомендации проигнорировала, поэтому школа была закрыта. Выяснив, что дети, выросшие в магических семьях, как и сами маги, являются посмешищем всей Европы из-за незнания элементарных вещей, королева несколько расстроилась, потому школа с магическими предметами готовилась открыться уже в этом году, что стало не самым приятным сюрпризом для так называемых «чистокровных», получивших выбор — или учиться, где сказано, или покинуть страну. Обучение в школе начиналось, как и во всех подобных заведениях страны — с пяти лет.
— Профессора приглашены, кураторы назначены, Ваше Величество, — доложил помощник Министра Образования по магическим вопросам. — Учителя Грасвангталя с удовольствием согласились вести в новой британской школе сопряженные и магические предметы.
— Что с этими, «чистокровными»? — поинтересовалась королева, раздумывая о том, все ли учтено.
— Малфой, Нотт, Макнейр и некоторые другие покинули страну, — доложил офицер миграционной службы. — Боунс и Гринграсс с радостью на новую школу согласились. Учитывая, что первые трое были замечены в противоправных действиях…
— Да, мы ничего не потеряли, — кивнула Ее Величество. — Что там с пенитенциарной системой?
Это был, пожалуй, самый больной вопрос, потому что количество обнаруженных международными магами нарушений наводило на мысль об отсутствии хоть какого-то закона на магической территории. Учитывая, что люди еще работали, что-то более-менее четкое утверждать было еще рано, о чем Ее Величество и уведомили. Королева была в курсе большинства расследований, понимая при этом, что в магической части готовилась какая-то обширная провокация, не зря же маги напали на дитя королевской крови. Именно поэтому магическая Британия медленно и не торопясь приводилась к общеевропейским, в том числе и магическим, стандартам.
Впрочем, ни Дадли, ни Гера, ни Гермиона об этом не знали. Празднуя день рождения, дети позволяли себе веселиться, играть, гоняться друг за другом, чему коляски ничуть не мешали. Гермиона, правда, все еще демонстрировала страх, хотя Ленка уже поняла, в чем этот страх состоял — кудрявая девочка по-прежнему боялась, что ее вернут «родителям». Поэтому говорить стоило с мамой — Гермиону надо было удочерять, это и решило бы все вопросы, в том числе и с коляской.
***
— Мама, — не расстававшаяся с Дадли девочка подъехала к Петунье на прогулке. — У меня вопрос.
— Да, доченька? — улыбнулась ей женщина, сразу же потянувшись погладить.
— Гермиона боится, потому и за коляску цепляется, — объяснила Ленка. — Надо ей доказать, что она наша, понимаешь?
— Ты об удочерении? — сразу же поняла Петунья. — Я уже думала об этом, а вы против не будете?
— С чего это вдруг? — сильно удивился Дадли, совершенно не понимая, в чем проблема.
Увидевшая это непонимание Петунья задумалась. Жизнь менялась как-то очень динамично, не давая привыкнуть к изменениям, отчего женщина просто терялась. Но тут вдруг оказалось, что восьмилетние дети мудрее ее самой. Гермионе действительно нужна была стабильность, поэтому улыбнувшаяся Петунья отправилась к сестре. В принципе, все уже было готово, оставалось только поставить свою подпись и дождаться решения суда.
А всего через две недели Гермиона Росс оглушала всех вокруг счастливым визгом. Боявшаяся ранее вставать с коляски, девочка сильно перенапряглась, прыгая вокруг нее с прижатым к груди новым свидетельством о рождении. Гера только головой покачала, леча свою сестру, а Дадли улыбался. Теперь у Гермионы была гарантия — ее не выкинут, не бросят, не вернут биологическим родителям, поэтому кудрявая девочка расслабилась, отказавшись наконец от ненужной ей уже коляски.
Часть 15
Тот факт, что, несмотря на излечение, хоть и частичное, ничего не кончилось, дошел до Ленки не сразу. Первого сентября, отправляясь в новую школу, девочка и не думала ни о чем плохом. Рядом сидела немного напряженная Гермиона и готовый ко всему Дадли. Петунья считала, что подумала обо всем, а телесные наказания в этой школе были запрещены королевским указом, ибо рисковать Ее Величество не хотела.
Автомобиль с коронами на дверцах был готов отвезти детей семьи Росс в школу с магическими предметами, коляска Герании покоилась в багажнике, все было, на первый взгляд, в порядке, поэтому, получив отмашку, машина тронулась с места. Маги Великобритании хорошо запомнили, что старой жизни пришел конец, поэтому смирились и с новой школой, и с учителями, и с наказанием за нацизм. Те, кто мириться с этим не хотел, страну покинули.
Другие дети, разумеется, увидели, какая именно машина привезла Росс в школу, а в геральдике представители магических семей точно разбирались. Статус Герании, Дадли и Гермионы был несколько выше большинства учащихся, заставив вздохнуть Дафну Гринграсс, ибо воспитание дома осталось прежним, несмотря на все нововведения. Въехавшую в класс девочку никто не задевал, потому Дадли расположил коляску, застопорив ее, затем привычно вытащил тетрадку и пенал. Несмотря на то что больно сестренке уже почти не было, мальчика мучило предчувствие. Гермиона была напряжена, но привычных насмешек так и не дождалась.
— Здравствуйте, дети, — поздоровался полноватый мужчина, одетый в белый… чем-то одежда напоминала белый короткий халат, и такие же по цвету свободные штаны. — Меня зовут герр Шлоссер, я буду курировать ваш класс. Здравствуйте, целитель, — поздоровался он отдельно с Ленкой, отчего та поклонилась в ответ, насколько это было возможно.
— Целитель? — не сдержалась беловолосая девочка с печальными глазами, обнаружившаяся во втором ряду. — В восемь лет?
— Да, целитель, — вздохнул мужчина. — Инициированный болью, — добавил он, отчего спросившая в ужасе закрыла себе рот ладонями. — Сегодня мы поговорим о целителях, дабы предупредить низменные желания тех, кому нравятся чужие слезы.
— Чтобы не оскорбляли… — поняла Дафна. Девочкой она была умной, и многое понимала сама. А учитывая, что целитель была в маггловской повозке для тех, кто не ходит — боль инициации должна была быть просто адской, как только выжила…
Следующие полчаса герр Шлоссер рассказывал о том, кто такие целители, чем серые и темные отличаются от истинных и почему тех защищает сама магия. Ленке тоже было интересно послушать, но кроме того
