На этот раз она поднялась и, на цыпочках подойдя к окну, посмотрела на лужайку, где шла игра в снежки. Одетый в джинсы и знакомый белый свитер, с волосами, влажно поблескивавшими на солнце. Пол, невероятно сосредоточенный, без промедления отвечал на каждый удар своего крошечного противника.
Настигнутая снарядом, едва лишь выглянула из-за куста, Уэнди немедленно зачерпнула пригоршню рыхлого снега и швырнула его в ответ. Раздался торжествующий вопль – Пол не успел увернуться!
Подняв руки в знак капитуляции, он покачал головой – очевидно, в ответ на предложение продолжить сражение. Робин догадалась по губам, что он сказал «достаточно».
Уэнди, заметив в окне тетю, помахала в радостном приветствии. Проследив за ее взглядом. Пол помахал тоже, улыбаясь слегка насмешливо.
Робин поспешно отвернулась. Душевное смятение прошлого вечера вновь охватило ее. Нет смысла убеждать себя, что она ненавидит Пола.
Но вот чего никак нельзя допустить, так это позволить ему догадаться, какие чувства на самом Деле она испытывает к нему. Никогда не переставала испытывать, если уж быть до конца честной. Отныне ей предстоит избегать любых физических контактов с Полом, сколь бы трудным это порою ни казалось.
Иначе Робин не выйти с честью из сложившейся ситуации…
Пол и Уэнди были уже в холле, когда она спустилась вниз. Оба, хотя и успели привести себя в порядок, выглядели так, словно сполна насладились утренним развлечением.
– Вы должны пойти и взглянуть на нашего снеговика! – воскликнула Уэнди. Мы слепили во-от такого огромного у пруда. Вместо глаз пуговицы, а вместо носа морковка. Дядя Пол разыскал шарф и шляпу, и мы его одели. Осталось сделать рот, но мы не можем найти ничего подходящего.
– Попробуйте банан, – предложила Робин. – А еще можно вырезать из картона и раскрасить.
– Творческий подход, – сухо прокомментировал Пол. – Но, к сожалению, картон имеет обыкновение намокать в сырую погоду.
– Вряд ли такое случится, пока стоят морозы, – возразила она. – Впрочем, если сможете придумать что-то получше, – дерзайте.
Пол посмотрел на нее, и на его губах мелькнула тень улыбки.
– Тебя так просто на лопатки не положить, а?
– Можешь быть уверен! – ответила Робин.
Уэнди наблюдала за взрослыми блестящими от любопытства глазами. В джинсах и голубой водолазке, с причесанными темными волосами, она совсем не походит на того маленького беспризорника, с которым мы познакомились в приюте, думала Робин. Но это лишь на поверхности. А под ней все тот же независимый железный характер.
Так легко и опасно было привязаться к ней!
Через три месяца их отношениям придет конец.
Рано или поздно придется объяснить, почему они с Полом расстались. Но Уэнди, вне всякого сомнения, отнесется к этому так же, как относилась ко всему, – без уныния. Пол останется в ее жизни единственной опорой.
На завтрак они ели омлет, разумеется, приготовленный Полом. Как и все, за что он брался, тот был великолепен – легкий, воздушный и очень вкусный.
Робин перестала испытывать угрызения совести по поводу отсутствия подобных талантов у нее. Он любит готовить, а она – нет. Зачем идти против природы?
Она возместила свой недостаток тем, что вытерла со стола и сложила тарелки в посудомоечную машину, а затем потратила несколько минут на то, чтобы нарисовать контуры рта на листе плотного картона, оторванном от пачки из-под каши. Они не смогли найти подходящей краски, поэтому ограничились тем, что голубым фломастером изобразили зубы, а красным – язык. Уэнди настояла на том, чтобы он был высунутым.
– Это может напугать, если не сказать больше, потенциальных грабителей, заметил Пол, когда ему показали готовое произведение искусства. – Фломастеры предназначены для карт, и краска светится в темноте.
– Здорово! – воскликнула его племянница, воодушевившись еще больше. – А я смогу видеть его из окна своей комнаты!
– Наверное. Я помогу тебе прикрепить его, – предложила Робин, не желая оставаться наедине с Полом. – Только дай мне пару минут, чтобы одеться.
Робин совсем забыла о своем ограниченном гардеробе. За исключением древней непромокаемой куртки, которую она носила, еще будучи подростком, и не менее старых брюк, там не было ничего подходящего для прогулок по глубокому снегу. Мне бы следовало думать, как избежать более крупных неприятностей, а не расстраиваться из-за пустяков, одернула она себя.
Уэнди дожидалась ее, но терпение девочки было уже на исходе. Робин, чье детство закончилось не так давно, отлично помнила, какие чувства вызывали в ней взрослые, которым необходима была уйма времени, чтобы собраться.
Они оставили Пола наедине с утренней газетой и пошли через парк к обледеневшему пруду, у самой кромки которого стоял снеговик. Робин попробовала пройти к нему напрямик, по снежной целине, но сдалась, провалившись по колено в снег.
Снеговик, следовало признать, был маленький – на более крупного не хватило снега. Однако, когда рот оказался на месте, приобрел довольно устрашающий вид. Даже случайно наткнувшись на него днем, можно было испугаться, не говоря уж о ночной темноте.
– Как думаешь, тебе здесь понравится, Уэнди? – словно бы невзначай спросила Робин, когда они возвращались к дому. – Здесь все так не похоже на Кейптаун.
Маленькое лицо внезапно приобрело замкнутое выражение.
– Я не хочу туда возвращаться.
– Ты туда и не вернешься, – поспешила заверить ее Робин. – Твой дом теперь здесь. Как только состоится удочерение, ты уже будешь Гвендолин Темпл, а не Гвендолин Лейн.
Серые глаза вновь засияли.
– Так вы меня удочерите?
– Конечно. – Робин старалась говорить непринужденно.
– Значит, у меня будет двое родителей, как и у других детей?
Робин не нашлась, что ответить. Было совершенно очевидно, что она поторопилась с оценкой того, как Уэнди воспримет ситуацию, когда придет время объяснений. Какая самонадеянность! – упрекнула она себя. Но легче от этого не стало.
– У многих детей лишь один из родителей, – осторожно сказала она. – Порою это бывает даже к лучшему.
– Только если о них заботятся, – последовал душераздирающе бесстрастный ответ. – Отцу я была не нужна. Он всегда говорил, что я ему очень дорого обхожусь. – Взгляд серых глаз взметнулся на Робин, в них светился все тот же непобедимый дух. – А дяде Полу я, наверное, уже обошлась в целое состояние?
– Что-то в этом роде, – согласилась Робин, откладывая свои проблемы на потом. – Но ты стоишь каждого потраченного цента.
Ответная усмешка была исполнена лукавства.
– Хотите пари? – Уэнди внезапно перешла к действиям. – Я вас обгоню!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
