– И хорошее агентство? – ненавязчиво интересовался Данил.
– Даже я знаю! – снова вклинился Корнеев. – Агентство очень процветающее. Еще бы! Такие обороты за год делает! Это же туризм! Поездки за границу! Люди сейчас просто не могут без этого жить! Я и то каждый год езжу… между прочим, пользуюсь только услугами этого агентства.
– То-то я смотрю, мне ваша физиономия знакома! – перекривилась Лянка. Ей было довольно неприятно, что этот… этот Корнеев так вцепился в руку Даши, в то время как Лянка и вовсе здесь находится без всякой мужской поддержки! Так и хотелось его как-то… ущипнуть! – Простите, а это не вы в прошлый раз за путевочку десять тысяч не доплатили?
– Я! – обрадовался наглец. – Я ж говорю – агентство чудесное!
Неожиданно со своего места поднялся Изветов, резко налил себе водки, выпил одним залпом, а потом решительно заявил:
– Ничего не поделаешь… хотел смолчать, но… не хочу быть подлецом, – и он на секунду затих.
Над столом повисла настороженная пауза. Женщины во все глаза смотрели на своего некогда возлюбленного и ждали – и что же такого он может сейчас сделать, чтобы этим самым подлецом не оказаться?
– Трудно говорить, – продолжил Изветов, вскинув голову. – Но… вынужден сообщить… Я отец этого ребенка! То есть… Ляна носит под сердцем плод нашей любви. Да. Вот так.
– Ну, блин, доигрались… – прошипел в сторону Корнеев.
– То есть… Митенька, ты хочешь сказать, что… что ты меня бросаешь? – изумленно уставилась на возлюбленного Наталья Максимовна. – Вместе с моим «Жемчугом»?
– Ах, Натуся, – прижал руки к груди пылкий любовник. – Ну, все не так страшно! Теперь ты можешь переписать на меня «Жемчуг» как на зятя! Ну?! Мы теперь будем встречаться с тобой еще чаще! Да мы с Ляночкой и вовсе можем жить у тебя! Веселее будет!
– А мне на кой черт такая веселуха? – с милой непосредственностью спросила будущая теща.
– Погодите… – опомнилась Лянка. – Даня, а с чего ты взял, что я вообще когда-нибудь решила бы от тебя кого-то там носить! Да еще под сердцем?! Ну да, у нас были отношения, но… прости, любимый, для меня это был лишь легкий флирт. И потом – ну какие от тебя могут быть дети? Нет-нет, даже не думай. Это ребенок мой и Сережин!
Все присутствующие переглянулись.
– Какого Сережи, Ляна? – строго спросила мать.
– Что значит какого?! Моего жениха! – гордо вздернула подбородок Лянка.
Мать была вынуждена напомнить:
– У тебя жених, насколько я знаю, Шурик!
– Ну… да… а я что сказала? – испуганно заморгала Лянка.
– Мне все равно! Я усыновлю твое дитя! – все так же возвышался над столом Изветов. – Твой ребенок будет моим ребенком, твоя судьба – моей судьбой…
– Твоя турфирма – его турфирмой, – подсказал Корнеев.
– И таки да! С турфирмой… ну не отдавать же ее чужому дяде! И потом… вы знаете! – повернулся к нему Изветов. – Я же не требую, чтобы моя жена, чтобы Даша отделила мне часть своего бизнеса! Заметьте, не требую! А ведь это нажитое совместно имущество! И теперь этим имуществом будете пользоваться вы, уважаемый! Я ведь не требую! Я даже молчу, что моя супруга повела себя, как… как гулящая женщина! Как женщина легкого поведения, я бы сказал! Не успел муж отвернуться, а она…
У женщины с легким поведением оказалась довольно тяжелая рука. В следующую же минуту она хлестнула супруга по щеке так, что у него клацнули зубы.
– Тварь! – бросила она и подалась на выход.
– Дашенька! – кинулся вслед за ней Корнеев.
– Ну и хорошо, что они ушли, правда же? – криво улыбался Данил, потирая пылающую щеку. – А мы тут, так сказать, по-семейному, мы тут с вами…
– С тобой? – вздернула бровь Лянка. – С тобой – по-семейному? Да лучше в родственниках иметь клопа какого-нибудь! Клеща чесоточного – почесался и забыл! А не тебя!
Она встала, с грохотом отодвинула стул и вышла с высоко поднятой головой – тоненькая, белокурая, гордая… и даже спиной чувствовала, как ее сжигает взгляд… такого родного, любимого – до недавнего времени – человека….
– Да уж… – крякнул Изветов и поднял рюмку. – Ну что ж, Натуся, на сегодня неприятностей хватит. Ты говорила про какой-то сюрприз? Дескать, я богаче стану… так я жду! Пришла пора принимать подарки.
– А тебе на сегодня не хватило сюрпризов? – вдруг близко-близко наклонилась к нему Наталья Максимовна. – Конечно! Ты богаче стал на целый этот вечер! Ты, как мне думалось, должен был многое понять. Уроки, милый мой, дорого стоят… Хотя… Короче… – она тоже поднялась, перекинула сумку через плечо и быстро помахала ручкой. – Гуд-бай, май лав, гуд-бай… поиграли и хватит.
И она легкой походкой двинулась к выходу.
Изветов был так ошарашен, что даже не сразу сообразил, что ее надо догнать, а когда рванул следом, дверь за его последней надеждой уже закрылась. Он еще мог бы догнать и в принципе этим и собирался заняться, но…
– Простите, а вам придется расплатиться, – цепко ухватил его за рукав официант.
– Какое расплатиться, у меня… мне женщину надо догнать! – рвался Изветов.
– Это ваши проблемы. Извольте расплатиться, – бесчувственным истуканом стоял работник дорогого ресторана.
– Да ты вообще ничего не понимаешь, что ли? – уже озверел Изветов. – Прям как сговорились они все! Чего это я расплачиваться буду? Ну да ладно, все равно не отвяжешься… сколько там?
Равнодушный официант выложил на стол листок. Глянув на него, Изветов пришел в настоящее бешенство:
– Это ты, гад, мне весь ресторан решил сбагрить, да?! Откуда ты такие циферки здесь взял? Это ж… это ж… я немедленно вызываю этих… по борьбе с нетрадиционными доходами! С нетрудовыми то есть! Ворюги!!! Бедных посетителей как липку!!! Слышь, дружок, у меня нет таких денег… ну хочешь, я отработаю – устроюсь к вам бухгалтером, а?
Наталья Максимовна вышла из ресторана и уселась в машину к дочери, которая терпеливо ждала у входа.
– Ну и чего? – спросила ее дочь.
– Да ничего особенного, – махнула рукой мать. – Все предсказуемо. Просил подарков, тыкал в лицо нежной улыбкой и старательно делал из меня идиотку. Едем ко мне, сейчас туда уже должны подъехать Даша с Корнеевым.
Лянка вывела машину на главную дорогу и усмехнулась:
– А эта Даша молодец. Мигом сориентировалась. Она и не переживала ничуть. Ох, и не пойму я этих несчастных жен. Вот ругают нас, любовниц, ругают, а у самих только появляется возможность, как они тут же рады на кого угодно повеситься!
– Ты что говоришь-то? – повернулась к ней всем телом Наталья Максимовна. – Дашенька очень хорошо сыграла! Очень! Хотя я могу себе представить, что творилось у нее в душе! Я даже… я даже у нее слезы видела, вот!
– Ну… – не сдавалась Лянка. – Эти слезы ей быстро утерли.
