Сначала у меня возникла мысль проехать мимо. В конце концов, всем не поможешь, да и врачи уже делали свое дело. Правда, я видел, что женщина, скорее всего до больницы не доживет. Тут, ребенок, которой до этого времени был без сознания, очнулся и закричал. У меня мурашки от его крика по спине побежали.
— Тормози, — сказал я водителю, который выполнил приказ, окончательно перекрыв движение.
— Дорогу освободи, олух, — рыкнул Геннадий.
Я вышел из машины и двинулся к потерпевшим. В это время женщину наконец-то смогли освободить. Выглядела она печально. Ноги, ниже колен, были перебиты и болтались на коже. От такого зрелища, часть зрителей побледнели, а одного даже стошнило. Я решил в первую очередь помочь женщине, которая, вероятно, была матерью ребенка. Малыш в это время перестал кричать, видно снова потерял сознание.
Сразу оказать помощь мне не удалось. Полицейские, оцепившие место происшествия, перекрыли мне дорогу. Я уже хотел обратиться за помощью к охране, чтобы не терять время, но тут подскочил парень из нашего сопровождения. Он сунул полицейскому под нос красную корочку и велел меня пропустить.
Подойдя к женщине, которую уже положили на носилки и собирались погрузить в машину, я приступил к делу. Врач, оказывающий несчастной помощь, сначала начал что-то бурчать, но был оттеснен в сторону моей охраной, которой тоже удалось прорваться сквозь оцепление.
Толпа, до этого шумевшая, громко обсуждая увиденное, примолкла, поняв, что происходит что-то необычное. Этого я уже не видел, погрузившись в работу. В этом мире мне впервые пришлось сращивать части тела, хотя в прошлом у меня богатый опыт. Там, где часто ведутся войны холодным оружием, отрубленные и отрезанные конечности, обычное дело. В своей практике, доводилось и новые части тела выращивать, а это сложное. Если точнее сказать, то не сложнее, а энергозатратное. Поэтому, я и не «светил» такие способности, как и омолаживание. Иначе, поток нуждающихся людей резко увеличится, а я итак работал на износ.
Торчать посреди толпы, которая меня снимала, долго не хотелось, поэтому магическую энергию я не экономил. Отрезанные ноги быстро срастались, причем, на глазах у толпы, которая открыв рот, наблюдала за процессом. Через десять минут, женщина была в порядке, правда без сознания. Позже очнется, ей все равно в больницу нужно ехать, много крови потеряла. На ребенка, которого спасатели, глазеющие вместе со всеми на чудо, достали из машины, ушло еще меньше времени.
Оказав помощь пострадавшим, я, в сопровождении своей охраны, двинулся в сторону своей машины. Толпа, до этого молча наблюдавшая за процессом, загомонила и подалась вперед, посмотреть на излечившуюся женщину. Полицейские чуть глотки не сорвали, удерживая наиболее активных. Даже ко мне хотел подбежать с телефоном один из парней, да только моя охрана недаром свой хлеб ела, и, влепив нахалу звонкого леща, отшвырнули его на исходную позицию.
— Парень, погоди, — услышал я, когда садился в машину. Обернувшись, увидел одного из сотрудников МЧС, который доставал ребенка.
— Что? — Ответил я.
— Ты, правда, можешь инвалидность лечить? У меня ребенок инвалид с рождения.
— Сколько лет ребенку?
— Десять, — ответил мужчина.
— Привози, вылечу.
— А сколько стоить будет ваша услуга? — Обрадовано спросил мужчина.
— Для детей бесплатно, — ответил я, закрывая дверь.
Наша колонна, выехала на дорогу и оставила гомонящую толпу далеко позади.
— Вот ведь, — произнес Геннадий Анатольевич, немного помолчав. — Никак к таким чудесам привыкнуть не могу. Хотя и меня ты вылечил.
— Привыкай, — улыбнулся я. — То ли еще будет. Хорошо свою работу делать будешь, так я тебя через несколько лет омоложу, как новый станешь.
— А ты умеешь? — круглил глаза брат.
— Умею, — вздохнул я и закрыл глаза.
Мой магический источник, последнее время начал активно пульсировать. Складывалось ощущение, что он скоро опять увеличится. Я рассчитывал, что это случится через несколько лет, да видно в этом мире другие законы. Как бы то ни было, становится сильнее мне нужно как можно быстрее. Причем для этого надо ни только охрану нанимать, а еще и магическую силу увеличивать. С этими мыслями я погрузился в дрему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В большом роскошном зале сидели группа джентльменов. Это были одни из самых богатых и влиятельных людей на планете. Они и еще пара десятков крупнейших капиталистов управляли почти всем миром. Не на прямую, а ставя на высшие посты своих марионеток. Только что они выслушали доклад одного из своих помощников. Собственно, только ради этого эти люди отложили все свои дела и собрались вместе. Несколько дней назад британская разведка узнала, что у русских появилась броня нового поколения. Если поначалу к этой новости не отнеслись всерьез, то потом удалось раздобыть видео, в котором было видно, как группа российских спецназовцев на дороге подорвались на фугасе. Действие происходило в Сирии, куда влезла Россия, изрядно испортив планы сильных мира сего. Машина оказалась полностью уничтожена, а находящиеся в ней люди не пострадали. Совсем. Им самостоятельно удалось выбраться из горящего транспорта. Причем огонь была такой, что следующей машине, из которой велась съемка, пришлось сдавать назад, чтобы не загореться.
Качество видео было приличным, поэтому хорошо было видно, что вокруг людей, выбирающихся из подорванной машины, светится голубоватый купол, за который не может проникнуть огонь.
— Что будем делать, господа? — Обратился к присутствующим хозяин дома, несколько раз пересмотрев запись. — Такое оставлять без внимания просто глупо.
— Удалось выяснить, где изготавливают эти устройства? — Спросил самый молодой из присутствующих джентльменов.
— Удалось, — хмыкнул хозяин дома. — Эти устройства, делает мальчишка в деревне. Причем, у себя дома.
— Так может его переманить к нам? — Обрадовался молодой. — Хорошо ему заплатим и вывезем на территорию Англии, врят ли он откажется от такого предложения.
— Джонс, мой дорогой друг. Ты на самом деле такой наивный? — Перебил его хозяин дома. — Я уверен, что у этого молодого человека отличная охрана, но даже не в ней дело. Скорее всего, около него постоянно дежурят бойцы российских спецслужб. Так что мы с ним даже поговорить не сможем, не только вывести куда-нибудь.
— Я не могу понять, — произнес один из присутствующих. — Почему в России не ставят производство таких устройств на предприятия? Это же просто огромное преимущество перед другими державами. Почему этого юношу еще не заперли за три замка? Сомневаюсь, что склонить мальчика к сотрудничеству составит больших сил. На каждого надавить можно.
— С ним не так все просто, — ответил хозяин дома. — Нашим источникам удалось выяснить, что этот парень колдун. Причем настоящий. Может лечить любую болезнь. Да-да, господа, не надо на меня так смотреть. Я еще не выжил из ума. Возможно, что такие устройства может делать только он.
— Так тогда это не большая проблема, — встрял в разговор молодой. — Сомневаюсь, что этот парень сможет обеспечить такими устройствами всю российскую армию.
— А если сможет? — Зло посмотрел на идиота хозяин дома. — Если сможет? Ты знаешь, сколько он может изготовить за год таких устройств? А что, если их можно устанавливать на танки, самолеты, корабли? А если их уже начали устанавливать на ядерные ракеты? Ты об этом подумал? Это сейчас с Россией, в том числе нашими стараниями, мало кто сотрудничает, а когда узнают, что русские в плане вооружения обскакали НАТО, то ряд стран быстро переметнется на их сторону. И плевать им будет на все договоры. Своя шкура дороже. В общем и целом, этого колдуна нужно убирать. Если наш русский коллега развернется с помощью этого парня, то нас, да и весь мир, будут ждать великие потрясения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 12
Моя помощь пострадавшим в аварии не прошла даром. Через два дня к нам нагрянуло телевидение. Благо, что я в это время был в больнице, куда посторонних не пускают. Охране пришлось попотеть, выталкивая с территории наглых журналистов. Поначалу это были местные телеканалы, но вскоре прибыли и более серьезные, всероссийского уровня. Территория вокруг нашего больничного комплекса превратилась в проходной двор. Я просто диву давался, куда смотрит полиция, которая должна была меня охранять. Складывалось ощущение, что пост поставили для красоты.
