Читаем без скачивания Кольцо викинга - Глеб Исаев

Захоронить полуистлевшие останки сумел только через пару часов усиленной работы подручными средствами.

Уже не обращая никакого внимания на хлещущий дождь, вернулся в избушку.

Вновь натянул чужую одежду и, даже не пытаясь осмотреться, устроился на кривенькой скамеечке, у стены. Как ни устал, заставить себя устроиться на ложе покойного волхва не сумел.

Опустил голову на березовую чурку и тут же уснул. Сказалось почти трехдневное бодрствование.

Не разбудили даже громовые раскаты грома и полчища клопов.

Однако проснулся от дикого зуда. Подскочил с неудобной лежанки и ломанулся в двери.

Дождь уже прекратился. Ночной ливень принес не только свежесть. Повсюду виднелись промоины от стекавших с холма потоков воды.

"Если здесь так, то сколько ее в низине? Общине пришлось вовсе плохо…" — невольный вопрос-сожаление повис в воздухе.

"А мне какая разница? — удивился Кубик. — Дождусь рассвета, и ноги моей в этом клоповнике не будет".

В ожидании восхода выполнил небольшую разминку, благо, что подручных снарядов оказалось в избытке. Убил двух зайцев: насыпал поверх наскоро выкопанной могилы волхва небольшой холм из валунов и разогрелся.

Настроение улучшилось: "Живы будем…" С удовольствием сполоснулся из небольшой лужи, набравшейся в яме от вывернутого с корнем дерева.

Выпрямился, стряхивая с мокрой головы капли, и вдруг разглядел у подножия холма толпу.

Одетые в длинные рубахи, мужчины шли быстро. Можно сказать торопливо. И судя по торчащим над головами острым двурогим кольям, шли вовсе не с мирными намерениями.

"Попал, — сообразил Кубик, прячась в землянку. — Обложили…" Успев понять, что кроме как по южному склону, вырваться из ловушки не получится.

"Сдается мне, что это дело рук одноглазого… — с искренним сожалением рассудил Вовка. — И дернула меня нелегкая его спасать?"

"Интересно, в курсе эти крестьяне, что их, так сказать, жрец, говоря попросту, "склеил ласты"? А то ведь могут и мне предъявить?"

"А тебе так и так не избежать объяснения, — сообразил он, глянув на свой наряд. — Чужак, оскорбивший их идола, да еще в доме исчезнувшего волхва? Тут особого ума сообразить не требуется. На стельки порвут, и никакое здоровье не поможет".

Он тяжело опустился на скамью: — Вот это и называется, влип…"

Не прошло и пары минут, как до слуха Кубика донеслись голоса. Вопреки ожиданиям, звучали они не возмущенно, а скорее просительно.

Кубик решительно выдохнул и встал: "Будь, что будет…" Оглянулся в поисках какого-нибудь оружия и заметил прислоненный к стене посох. Из твердого, отполированного руками, дерева, с тяжелым, даже на вид, серебристо-черным набалдашником.

"Нормально. Для ближнего боя сойдет, — примерился он к импровизированному копью. — Прорвемся… Эх, голову бы еще прикрыть… А то колом уделают, и привет".

Скользнул взглядом по оскаленной волчьей морде: "А чего? Тут не до брезгливости, дай бог, живым уйти".

И, не рассуждая, напялил страхолюдную маску.

Маскарадный убор оказался довольно удобным. Нащупал и застегнул у подбородка литую пряжку, покрепче завязал пояс и резко выдохнул.

— Вперед, — словно перед выходом на помост, скомандовал он и рванул дверь.

Гомон тут же стих. Кубик обвел глазами стоящих возле деревянного идола людей.

"Ого, душ сорок…" — прикинул он количество возможных противников. Не крупные, но жилистые. Почти все с длинными неровными бородами, угрюмо молчащие, люди смотрелись сплошной, угрожающе-темной массой.

Он уперся тяжелым посохом в землю и приготовился к сражению.

Негромкий голос донесся из толпы. — Кощун? — не сумел сдержать изумления простолюдин.

Люди медленно расступились, и на полянку шагнул крепкий, с широкой, окладистой бородой, мужик. Первое, что успел разглядеть в новом персонаже Кубик, были сапоги. Не те, ободранные, перемотанные бечевой лапти, как на остальных, а настоящие кожаные сапоги. Да и вся одежда на нем выглядела куда как приличнее.

"Главарь? Или как там?.. " — сообразил Вовка.

Человек выпрямился и вдруг сдернул с головы шапку. Низкий поклон позволил разглядеть приличных размеров плешку на его затылке.

— Принял Велес Сварогов наши дары. Внял просьбам, — с истинным восторгом произнес старший. — Вернул нам своего Волхва.

Кубик едва не выронил посох: "Как так? Несмотря на то, что произнесено все было на свистяще-цокающем говоре, смысл оказался понятен".

Однако сумел побороть всплеск эмоций, только крепче сжал мгновенно вспотевшую рукоять посоха.

"Как говорится, молчи, дурак, за умного сойдешь", — принял он к руководству старую истину. Вздернул голову и шевельнул маской, дико воняющей прелой псиной.

— Принес нам в вечор весть Криваш… — уже напрямую обратился глава делегации к молчащему Вовке, сообщив очевидное. — Поведал, как по неведению своему нарушил покой твой, руку поднял на слугу великого Семаргла. Страшно отомстил за то Велес всему роду нашему. Разбил огненной палицей родовой очаг… Залил водой с небес… огонь в домах наших.

— Прими кровь нечестивого Криваша в дар Великому. Смиренно просим, заступись за нас перед могучим воином небесным.

Говорящий дернул плечом, и толпа выплюнула на утоптанный пятачок Криваша. Единственный глаз неудачливого промысловика заплыл, да и весь вид его говорил, что тому пришлось весьма несладко.

Вслед за провинившимся простолюдином из общей массы возникло еще два мужичка довольно серьезного вида. Они сноровисто ухватили пленника под руки и распластали на плоском камне. Один из палачей выхватил из-за пояса длинный кривой нож.

— Стой, — Кубик взмахнул рукой с зажатым в ней посохом. — Кто ты, чтобы решать, угодна ли богам ваша жертва? Или Ведун?

— Меня волхвом Велесовым нарек, а сам? Зачем тогда ты здесь? И люди твои?

Откуда возникли эти слова? Кубик мог поклясться, что еще секунду назад не сумел бы произнести ни слова на том непонятном наречии. Впрочем, как и сейчас. Просто вырвалось.

— Ты, ты, Великий Волхв, — вновь склонился к земле говорун. — Велесов круг на плече тому лучший знак. Не суди строго… Глупы мы… Худо нам без огня… Погибнет род. Спаси… Великий хранитель. Дай нам частицу огня великого Семаргла, что хранишь…

— Клянусь, вечно будем славить… Великие дары принесем. Жертвы. Трех девственниц в дар… Только спаси…

Судя по нешуточному волнению в голосе просителя, ситуация у них, и впрямь, аховая. А все ливень…

"Стоп", — тут Владимир сообразил, что никакого признака огня в землянке он не приметил. Только остывший закопченный очаг.

"Ох, епть… Ясное дело, кто ж его, огонь этот, поддерживать будет? Жилец-то с месяц, как помер".

Лихорадочно замелькали сбивчивые мысли: "Только жертвоприношений мне тут не хватает. Однако, назвался груздем, нужно соответствовать", — наконец принял Владимир рискованное решение.

— Насколько велик грех его, сам спрошу, — повел Кубик остроносой мордой в сторону идола. — Здесь оставь. И остальное… не мне решать. Как сын Сварогов велит, так тому и быть. Завтра на рассвете приходи. Дам ответ.

Кубик ударил посохом в землю и величественно, как он искренне надеялся, повернулся к своему временному пристанищу. Шел к дверям, ожидая чего угодно. Даже удара в открытую спину.

Обошлось. Прикрыл дверь и в изнеможении опустился на скамью. — Фу-у, — стянув опостылевший колпак, с наслаждением вытер лицо холщевым рукавом. — Пронесло?

Внимательно прислушался к звукам, однако не сумел разобрать ничего.

"Подождем, — решил самозванец. — Там видно будет".

"Откуда взялось это знание чужой речи? — ответ искать не стал. — Не ко времени, да и какая разница? Может дух умершего волхва, как и обещал, наделил его этим, или кольцо… Не суть. Важно другое. Где раздобыть огня? В промокшем до последней травинки лесу?

Может, здесь, в избе, какой кремень имеется, или это… огниво? — с надеждой предположил Кубик, и тут же сник. — Ага, стал бы этот ведун тогда костер в хате круглые сутки жечь".

Идея, вернее слабая надежда возникла неожиданно: "Ну, а чего? Попробовать стоит. На крайний случай сбежать можно".

Он осторожно приоткрыл дверь. Выглянул в щель и с облегчением увидел, что толпа исчезла. Только возле столба сидит сжавшийся в комочек Криваш.

Владимир принял соответствующий званию вид и неторопливо вышел из укрытия.

— Благодари великого бога Велеса, сына Сварогова… — не глядя на жертву, торжественно произнес новоявленный волхв. — Прощен ты. Вина твоя не столь велика. Отведешь меня к тому месту, где нашли нас… Сейчас же. Тогда вернет огонь вам Семаргл.

Не смея поверить своей удаче, мужичок всхлипнул, встал на колени и, быстро перебирая конечностями, словно собачонка, приблизился к своему избавителю.

— Ты не ползай, а вставай и веди, — рыкнул Кубик, видя, что тот собирается облобызать край его рубахи.