Рават был сыт неопределенностью по горло. Уж лучше бы штурмовали! Он сидел, словно крыса в клетке, понятия не имея о том, что происходит, ничего не понимая, беспомощный и, в сущности, безоружный. Повернувшись спиной к проклятому холму, Рават двинулся на середину деревни, словно именно там мог найти покой и все необходимые разъяснения.
Его остановил крик Агатры.
Лучница, с тех пор как Дорлот отправился за помощью, сторонилась товарищей, ни с кем не разговаривала, бесцельно бродя вокруг. После случившегося с Биренетой она стала еще более подавленной, чему вряд ли стоило удивляться... Рават, которому все равно было нечем заняться, не раз пытался склонить девушку к разговору, расспрашивал, не заметила ли она на холме чего-нибудь особенного, вдруг он что пропустил. Необходимо было отвлечь лучницу от мрачных мыслей. Солдат было так мало, что Рават не имел права и не хотел пренебрегать самочувствием кого-либо из своих подчиненных. Агатра отвечала спокойно и по существу, но с дружеской беседой это не имело ничего общего. Она была полна наихудших предчувствий и даже не пыталась этого скрыть.
Сейчас она стояла возле южного заграждения.
- Дорлот! О нет... Дор-ло-от!
Рават бросился к укреплениям.
В сторону деревни мчался сломя голову сильный отряд наездников, однако слишком малочисленный, чтобы его целью могла стать атака. Впрочем, вскоре воины начали сдерживать вехфетов, пока совсем не остановились.
Кот висел вниз головой, привязанный за хвост к толстой, грубо отесанной ветке. По его спине и шее змеилась неровная кровавая рана, видимо нанесенная острием алерского копья... Агатру держали за руки. Крича, она отчаянно пыталась вырваться. Всадник, державший сук, наклонился и опустил кота на землю. Равату, сжимавшему в руках лук, показалось, что растопыренные лапы разведчика чуть дрогнули...
- Хватит, Агатра! - рявкнул он. - Хватит, говорю! Посмотри туда! Смотри же!
Всадники чуть отступили и остановились на расстоянии не больше чем тридцать шагов от кота. Вели себя совершенно спокойно. Казалось, будто они чего-то ждут.
Агатра перестала вырываться. Вскоре все заметили, что кот слабо шевелится.
- Он... он жив... - прошептала девушка.
Рават отложил лук и медленно взобрался на баррикаду. Алерцы, словно того и ждали, отъехали еще немного.
- Они хотят... - хрипло сказал кто-то. - Хотят, чтобы мы его забрали...
Рават думал так же.
Происходило нечто, чего он не в силах был понять. Никто никогда не договаривался с алерцами. Ранеными никогда не обменивались. Почти никогда не брали пленных, а если и брали, то в лучшем случае затем, чтобы поступить с ними так же, как с Биренетой...
Сотник медленно спустился с заграждения.
- Дольтар, - позвал он.
Он предпочитал иметь рядом с собой топорника со сломанной рукой, чем кого-либо другого из солдат.
Старый легионер неуклюже перебрался на другую сторону баррикады и встал рядом с командиром.
- Положи топор, - медленно проговорил Рават. - Следите внимательно за всем, что происходит, - бросил он через плечо лучникам. - Но никаких проявлений враждебности. Агатра! - отдельно напомнил он девушке.
- Так точно... господин, - прошептала она.
Рават и Дольтар осторожно двинулись вперед. Алерцы неподвижно стояли на месте.
Дорлот был жив. Рават медленно, чтобы стоявшие в тридцати шагах воины не приняли это за угрозу, достал меч и перерезал ремень, которым сломанный хвост был привязан к ветке.
- Бери его, Дольтар, - велел он.
Солдат осторожно подсунул громадную ладонь под живот мохнатого разведчика и поднял кота с земли. Лапы и голова беспомощно покачивались, свисая по сторонам. Но желтые глаза на мгновение открылись...
- Все хорошо, Дорлот, - сказал сотник. - Мы тебя никому не отдадим. Иди, Дольтар.
Солдат повернулся и поспешно направился к деревне. Рават, спиной вперед, сделал два коротких шага...
Один из алерцев что-то крикнул.
- Дольтар, не останавливайся! - закричал Рават, отступая еще на шаг и выставляя перед собой меч.
Воин соскочил с вехфета и шагнул вперед, подняв открытые, пустые ладони. Рават перестал отступать и медленно опустил меч. Ошеломленный, он лихорадочно размышлял... Он не мог себе представить, чтобы под каким бы там ни было небом поднятые руки означали нечто иное, нежели отсутствие оружия или дурных намерений!
Спрятав меч в ножны, он, чуть поколебавшись, ответил тем же жестом.
В деревне Агатра и Эльвина забрали кота у Дольтара и куда-то побежали. Остальные солдаты и крестьяне, притаившись за заграждением, жадно наблюдали за сценой, что разыгрывалась перед их глазами.
Воин подходил к тому месту, где ждал его Рават. Сотнику приходилось сталкиваться с алерцами вблизи, но с такими - никогда... Он видел мертвые лица, с застывшими на них непонятными, но всегда одинаковыми гримасами, выражающими, судя по всему, боль или ненависть. Он видел яростные лица сражающихся воинов. Знал, как выглядит алерский страх. Но до сих пор он ни разу не видел алерца, добровольно идущего навстречу, без оружия в руках. Рават заметил, что и тот смотрит на него точно так же... Они не спускали друг с друга изучающих глаз.
За эти короткие мгновения Рават вдруг осознал, что алерцы тоже не знают, как выглядит обычное человеческое лицо...
На воине был деревянный панцирь, дополнительно усиленный висевшим на спине круглым плетеным щитом. Раньше такие щиты, обтянутые кожей, богато раскрашенные, встречались Равату столь же редко, как и доспехи... В стаях, которые он обычно преследовал, лишь изредка присутствовал воин с раскрашенным щитом. В этом алерце все было как-то иначе; даже выступающая из-под доспехов кожаная юбка была сшита с большой тщательностью. Равату пришло в голову, что к нему приближается некая значительная личность. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Вряд ли стоило предполагать, что для столь исключительной и необычной миссии алерцы выберут какого-нибудь дурачка...
В десяти шагах от сотника алерец остановился, показав, что дальше идти не собирается.
Рават сделал шаг в его сторону. Алерец отскочил, вытягивая перед собой руки. Раздался зловещий, угрожающий окрик. Сотник тотчас же отступил. Ясно было, что воин не желает сходиться ближе. Послышались какие-то слова гортанные, чуждые, непонятные. Рават попробовал разобрать что-то из интонаций, но не смог. И развел руками.
Алерец замолчал и поднял ладони - открытые, пустые... Нет! Здесь речь шла вовсе не о демонстрации мирных намерений... Сотник покачал головой, но для алерца жест этот был лишен какого-либо значения. У них никак не получалось понять друг друга, хотя алерец тоже пытался жестикулировать. Повернув руку ладонью вверх, он двигал ею, словно что-то взвешивал; на подвижном лице сменяли друг друга разнообразные, трудноописуемые гримасы. Хотя они и сопровождались голосом, Рават по-прежнему терялся в догадках. Он беспомощно оглянулся на своих, потом снова посмотрел на алерца и машинально, коротким жестом показал: подожди, я сейчас вернусь. Тот, естественно, не понял. Рават обернулся и позвал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
