в стороне, явно опасаясь, что обречённая жертва снова может выкинуть какой-то фокус.
Резкая обжигающая боль в желудке заставила меня выгнуться дугой.
Сквозь пелену перед глазами я рассмотрел удаляющегося шамана, который довольно скалился и потирал свои огромные лапы.
Обернувшись, он рыкнул:
- Я вернусь сюда через два дня. Госпожа не любит торопиться с пищей. Сначала она укутает тебя в свой кокон и впрыснет немного яда. Ты будешь всё чувствовать, а твои внутренности превратятся в питательный бульон.
Затем она высосет из тебя все соки и оставит лишь пустую безжизненную оболочку. Остальное сожрут её дети. Возможно, я даже скажу тебе «спасибо» и расскажу своим потомкам, как достойно ты держался перед лицом смерти, - усмехаясь, сказал Дромаш.
Сказав это, шаман ударил в висевший в углу медный гонг, звон которого эхом прокатился по пещере.
- Я проклинаю тебя и твоё чёртово племя!!! - проорал я, стараясь заглушить противное дребезжание.
- Не ожидал такой храбрости от человека, - удивлённо покачал головой шаман. - Боюсь, ты опоздал, моё племя прокляли тысячи лет назад, - сказал тролль.
- Ты, вонючая обезьяна! Я выберусь отсюда и станцую на твоей могиле.
Дромаш, удивлённый моими криками, остановился. Посмотрел на меня, к чему-то прислушался и сказал:
- Слышишь? - шаман поднял палец вверх. - Едва мой костёр прогорит, как она зайдёт в этот зал и утащит тебя в свою кладовую.
Я напряг слух и где-то вдалеке услышал пощёлкивание и какой-то шорох и шелест.
Боль от алхимического зелья исчезла, и мне стало легче.
- Вижу, ты тоже слышишь госпожу, - тролль злорадно захохотал.
Я испуганно дёрнулся, пытаясь порвать связывающую меня верёвку.
- Прощай, человеческое мясо. Лёгкой тебе смерти. Да, чуть не забыл, когда окажешься на том свете, помни, что ты стал жертвой во славу Великой Матери! - крикнул шаман и, нажав на один из камней у входа, проскользнул в открывшийся в скале проход. Следом каменная плита перегородила расщелину, через которую мы зашли в пещеру.
Дерьмо, дерьмо! Волна паники начала захлёстывать меня. Перехватив поудобнее кусок кости, я начал перетирать верёвки. Бесполезно, похоже, это именно те самые путы из человеческой кожи, которые я уже встречал. Я осмотрел пол пещеры в надежде найти что-нибудь получше, чем обломок кости. Откуда-то сверху доносились странные шорохи, которые вскоре переместились к коридору, ведущему в глубину пещеры. Похоже, огромный паук, которому поклонялись тролли, проснулся и сейчас попросту выжидает, пока костёр погаснет.
Мои ноги всё ещё отказывались подчиняться. Сердце работало в бешеном ритме. Тварь вот-вот заявится сюда, чтобы мной перекусить.
Мелькнула мысль добраться до выхода и попытаться его открыть. Нет, вряд ли всё так просто, раз шаман так смело показал, как работает дверь. Это значит, что я напрасно потрачу время, пытаясь её открыть.
Осмотрелся. Кроме костра, который постепенно угасал, в пещере были десятки обглоданных костей. Причём всё это добро было свалено в огромные груды. По телу пробежал холодок.
В угловой нише находился большой кувшин с маслом для светильника, откуда шаман заправлял свою небольшую лампу.
Похоже, тролль воспользовался системой тайных ходов, чтобы поскорее покинуть это место. Думаю, окажись на моём месте мастер Торн, он бы решил возникшую проблему за пару секунд. Дальше я действовал по наитию.
Лёг на землю, и, насколько позволяли связанные руки, пополз в направлении костра. Только бы успеть. До огня были какие-то три метра, которые я прополз за минуту. Ноги мне по-прежнему плохо слушались. Чёртово зелье. Вытянул связанные руки в сторону угасающего огня и подбросил веток. Пламя с жадностью набросилось на сухое дерево. Огонь разогнал тени по углам пещеры и обнаглевшие пауки, притаившиеся на потолке пещеры, разбежались в стороны.
Грот, в котором я находился, был явно рукотворным. Стены были буквально выжжены в толще скалы. Наверняка магия постаралась, понял я.
Часто задышав, собираясь с силами, я сунул связанные руки в огонь. Заорав от боли, я тут же их выдернул. Есть, верёвка задымилась. Где-то в дальнем конце подземелья послышалось недовольное щёлканье.
Я развернул голову в сторону тёмного прохода и едва не заорал от испуга. За периметром освещённого участка явно двигалось что-то крупное.
Я впился зубами в верёвку. Покончив с ней, я выхватил из костра головешку и пережёг верёвку на ногах. Вовремя. Обернувшись, я рассмотрел противника. В проходе маячила огромная тень. В полутора метрах над полом я заметил десятки маленьких светящихся жёлтым светом глаз. Великая Мать смотрела на меня из темноты. В тусклом свете костра я не мог рассмотреть тварь полностью, но увиденного было достаточно.
Похоже, паучиха ждала, когда огонь угаснет, и я останусь без защиты.
Проклятый тролль всё предусмотрел. Даже содрал с меня всю одежду, вероятно, опасаясь, что у меня могут быть артефакты или спрятанное оружие.
Подбросив в костёр остатки дров, я начал действовать. В ярком свете показалось тело паучихи. По белёсому телу были разбросаны десятки чешуйчатых наростов. По потолку туда-сюда бегали сотни мелких пауков размером с монету.
Неожиданно ногу прострелило болью. Паук размером с ладонь впился в мою ступню своими крошечными клыками. Заорав, я подскочил и удивлённо замер. Похоже, яд, которым меня обездвижил шаман, перестал действовать.
Прихрамывая и стараясь не наступать на пауков, которые собирались вокруг моего крошечного костра, я добрался до ниши в углу пещеры. Подхватив глиняный кувшин, стоявший там, я щедро зачерпнул из него масла.
- Хрен тебе, а не мою тушку! - крикнул я паучихе и помимо воли продемонстрировал ей средний палец.
Зачерпнув ещё несколько плошек, я вылил на себя эту липкую гадость и растёр её по телу. Остальное расплескал по полу. В кувшине осталось ещё литров пять драгоценной жидкости.
- Надеюсь, что это поможет мне не сдохнуть в этой пещере, - прошептал я, наблюдая, как кольцо пауков становится всё плотнее.
Пока я занимался подготовкой своего бегства, твари продолжали проникать в зал не только из коридора, но и из крохотных тоннелей в его стенах. Прикинув размеры этих червоточин, я выбрал одну из них в качестве маршрута для отступления. Злорадно посмеиваясь, я продолжил готовить задуманную гадость. Потёр руки, предвкушая, как несладко придётся паукам через пару мгновений.
