Читаем без скачивания Люди и те, кто против них - Алексей Кошкин

Генерал выругался.

- Но куда она девалась?

Тогда кто-то обнаружил под койкой Юнче отверстие в полу, которое вело в румпельное отделение. Выломанный кусок доски лежал рядом. Даже за все время, пока пароход был в пути Юнче не смогла бы украдкой вырезать такой кусок ножом. Но в решающий момент она помогла себе, потратив все заряды капитанского револьвера. И проникла в недра парохода.

Кто-то запоздало спросил:

- Почему мы не сторожили снизу?

- Обыскать все! - приказал Сухович вместо ответа.

Нашли. Когда стали выламывать дверь одного из самых маленьких трюмных помещений, с той стороны выстрелили. В шуме близкой машины почти неслышно. А стальная дверь не поддавалась.

- Что там, за этой дверью? - спросил Сухович. И узнал, что весь драгоценный груз сложен в другом месте; это отделение оставили пустым. Тогда генерал рассмеялся и приказал принести необходимые инструменты. А сам остался у двери.

- Ты здесь, девочка? - спросил он, дотрагиваясь до холодной толстой двери. - Кажется, ты отыграла роль, которую я для тебя назначил. Но, может быть, стоило остаться на Острове и героически погибнуть, как твой командир Абрек? Ты вполне могла завалить еще с десяток наших пьяниц. А погибнуть так глупо и мучительно! Хотя ты, скорее всего, выстрелишь в себя. Огонь, огонь!

Но время поразмыслить еще есть. Почитай молитвы. Но не рассчитывай попасть на Небо - там не любят таких стрелков-охотников. Да нет, зачем тебе какое-то Небо? Тебе подавай побольше грешников, побольше ненавистных гадин, чтобы всаживать в них свои пули... Побольше демонов из ВСБ!

Кстати, знаешь что такое ВСБ? О, ВСБ - это гораздо больше, чем Великодержавия, в точности так же, как и душа - гораздо больше, чем тело. Она бессмертна и охватывает весь тот мир, который нам привычен и знаком... Когда есть такая бессмертная душа, девочка, пропадают все другие ипостаси Бога - она просто убирает их с дороги, как мусор. И дорога становится чистой и ровной, она везет нас вдаль, и нет этому конца!..

Юнче не дала ему закончить.

- И поэтому, Сухович, вы убили того журналиста, Йорка? - глухо донесся ее голос. - Но ради чего? У вас есть собственная бессмертная душа? Сколько вы еще будете кататься по этой подлой дороге, пока вашу настоящую душу не возьмут за шкирку? Вы просто дурак, подлый дурак! Заткнитесь и делайте свою работу. А потом убирайтесь прочь!

Людям, которые принесли инструменты, генерал приказал наглухо заклепать дверь. А рулевому - вернуть пароход на прежний курс.

Удовлетворенный, он пошел успокаивать старика Аслани, который, казалось бы, потерял всякий интерес к происходящему и сидел в каюте над ворохом пепла. Капитана Рвако выкинули за борт. Никто о нем не пожалел.

При виде генерала Аслани оживился.

- Вы преступник! Как вы смели уговорить меня обедать? Чтоб вы подавились вашим борщом! Надо было сразу убить ее! Чего вы уставились на меня? Послали бы вперед этих бандитов - одним меньше, одним больше, какая разница? Вы доконали меня вашим самолюбованием, генерал, вы всех доконали! Теперь все потеряно. И куда же вы денетесь без паспорта? А куда денусь я? На Остров?

- Не волнуйтесь вы! - поморщился Сухович. - Обойдемся без паспортов. Еще ничего не потеряно. Я уже сказал это всем, кроме вас. Сначала мы с вами вдвоем сойдем на берег и поговорим с таможенниками...

И он объяснил, что среди романских портовых чиновников есть кое-кто знакомый. Не то чтобы купленый, но... И Романия - это вам не строгая западная страна, там все решается просто, деньгами. В общем, никто их не будет слишком уж проверять, тем более не арестуют. Уж в крайнем случае, сказал он, пароходу разрешат походить вдоль берега в поисках другого порта и закроют глаза на их разгрузку. А потом будут готовы новые паспорта.

Аслани сжимал кулаки. Потом с облегчением выдохнул:

- А я сейчас спущусь в трюм, зубами вырву дверь и загрызу эту маленькую крысу!

- Смотрите, вы опять поцарапались, Аслани, - добродушно сказал генерал Сухович. - Пойдемте, я дам вам бинты.

Через день они встретили катер Романских пограничников. Сухович приказал остановиться. На вид он был спокоен. Аслани понял, что и такой оборот генерал предвидел заранее.

Командир патрульного катера спросил:

- Есть на борту какой-нибудь ценный груз?

Сухович был ироничен:

- К сожалению, нет, господин капитан. Мы выполняем гуманитарную миссию.

Романец не заинтересовался миссией.

- Не ведите протокол, - приказал он помощнику. - Господин Сухович, вынужден вас огорчить. У меня вдруг возникла уверенность, что ваше судно занималось чем-то незаконным. Поэтому у нас два выхода: либо вы позволите нам осмотреть трюм, либо заплатите штраф прямо сейчас, не затрудняя моих людей выполнением формальностей. Таким образом, все будет улажено, и вы свободны.

Романские пограничники славились своей жадностью. Блеснув глазами, командир катера назначил цену. С ним расплатились, и старик Аслани почувствовал облегчение. До этого он стоял и молился про себя. "Интересно, молился ли Сухович?" Но судя по всему, генерал был прав - это не строгая страна. В Романию они попадут без проблем.

Через несколько часов показался голубой романский берег. В порту пароход встречали чиновники.

- Я начальник портового контроля Марко Радуши, - представился высокий человек в полувоенной форме. - Предъявите паспорта - ваши, команды и документы на пароход.

Аслани заметил, как романский чиновник переглянулся с генералом Суховичем. "Тоже его человек?" Старик не знал, куда девать бинты; руки его дрожали, а глаза, кажется, бегали.

- Паспорта... пропали, - промямлил он.

- Глупости! Вот мой паспорт, - невозмутимо сказал Сухович, не обращая внимания на старика; он напевал что-то веселое. - А к команде я не имею отношения... Я пассажир, путешественник; я договорился с этим вот капитаном, что он перевезет нас через море...

Словно молния ударила в Аслани. Он задохнулся и страшно закатил глаза; улыбка генерала расплылась перед ним, как в ядовитом тумане.

- Скотина! - крикнул он, и пошел на генерала, поднимая к его горлу старые руки, перемотанные бинтами. Господин Радуши поднял брови, рука его поползла к кнопке на столбе.

Сухович, едва заметив их, уклонился от стариковских клешней, и дружелюбно приобнял Аслани за узкие плечи. Его щеки пахли одеколоном. Он подмигнул господину Радуши и полез в карман.

- Аслани, Аслани, - вполголоса проговорил он, наклонившись к самому уху старика. - Неужели вы думали, что я забуду о вас? Вот ваш паспорт тоже, я сберег его...

Старик уронил голову и несколько раз глубоко вздохнул.

- Это все шуточки ВСБ, - проворчал он. - Сразу не могли сказать? Я все-таки нервный человек.

Сухович обернулся.

- Господин Радуши, вы отпускаете меня? Какая гостеприимная страна! Огромное спасибо, господин Радуши! Прощайте!..

И генерал Сухович сцапал свой паспорт и протиснулся между таможенниками. Не оглядываясь, он пошел прочь.

Аслани прослезился.

Эта добрая страна приютит несчастных изгнанников. Приютит на пару недель, пока не будут готовы другие документы для броска на Запад... и какого броска! Мы затеряемся в просторах блестящего цивилизованного мира, будем есть ананасы, торговать недвижимостию и смеяться над глупой Великодержавией, в которой веселые безмозглые черти убивают один другого во имя нас.

Выше бороду, старина Аслани!

Марко Радуши тронул его за рукав.

- Простите, вы капитан этого парохода? Впрочем, ладно, об этом после... Вы уверены, что паспорт - ваш? Мне не нравятся подобные шутки.

Аслани вздрогнул и посмотрел.

В документе не было ни его фотографии, ни печати. Во все страницу ухмылялась чернильная рожа. На лбу у нее веселый генерал, эстет и богослов, начеркал грязные ругательства. А еще из проклятого паспорта в руки старика выпала записочка:

- Ты уж извини, старый пердун! Европа и золото не для тебя и не для этих дураков. Вы все уволены.

Через полчаса пароход был отбуксирован с рейда и под надзором полицейского катера доведен до границы территориальных вод. Несмотря на обещания генерала, Романия не захотела связываться с людьми без документов.

Впоследствии те, кто покупал международную газету "Европейская неделя", смогли узнать о его дальнейшей судьбе:

"В территориальных водах Туркии опознан и задержан еще один пароход, перевозивший более двадцати участников военного конфликта в Великодержавии. При задержании ими не было оказано сопротивления. Некоторые из них числятся в списках военных преступников, предоставленных неким журналистом П. (имя и фамилия не разглашаются). Вопреки настойчивым предложениям МИДа Великодержавии, преступники не будут выданы этой стране, и предстанут перед Международным Трибуналом.

Против ожидания, на этом пароходе не обнаружили золота, как на всех предыдущих. Вместо золота полиция нашла в трюме аккуратно упакованный свинцовый лом. Судя по всему, это явилось сюрпризом и для команды парохода. Кроме того в небольшом, наглухо закрытом отделении трюма обнаружили девушку лет восемнадцати, бывшую без сознания - судя по всему, от недостатка кислорода. Спасти ее не удалось. При ней найдено огнестрельное оружие, а также документы, подтверждающие и даже дополняющие сведения журналиста П..