После экскурсии по разделочным цехам Женя, считавшая, что уже привыкла к запаху рыбы, вышла наружу пошатываясь. Василий тотчас усомнился в правильности решения, но Женя упрямо кивнула головой. Что значат ее страдания в сравнении с тем, что приходится выносить рыбакам?!
Нона Григорьевна, которая тоже вышла, принялась убеждать ее, что это явление временное. Все когда-то так начинали. Даже те, кто здесь с младенчества, как она. Производство у них, конечно допотопное, нет, не только кондиционирования воздуха, но и элементарной механической вентиляции, разве та, что в щели между досок. В последние месяцы, когда здесь еще была какая-то власть они вели переговоры с норвежцами, и те соглашались поставить им хоть и бэушное, но хорошее оборудование, но сейчас… Нона Григорьевна при этих словах словно очнулась и, оглянувшись, замолкла. Женя поняла, что песни о светлом прошлом здесь не приветствуются…
Спецовку будущей ударнице выдали хоть и не новую, но крепкую – костюм х/б без дырок, резиновые сапоги неопределенного размера и прорезиненный фартук, этот совсем новехонький. Посмотрев на окружающих ее теток и, представив себя со стороны, Женя усомнилась в том, что после того, как она наденет эту униформу, собственный муж сможет ее здесь отыскать. Ну, разве что на ощупь…
Утешала только одна мысль, что это совсем ненадолго.
Во дворе комплекса они обнаружили и деда Мишу. Он проводил технический осмотр своему транспорту – заглядывал куда-то под телегу, похлопывал лошаденку по ши-
роким ляжкам, подергивал лямки… Женя знала, что он
здесь в штате, вместе со своей кобылой, Долли.
Уже когда собрались домой, одному из шалопаев упал, наконец, на ногу ящик с треской. Возопив на все побережье, он, прихрамывая, поволокся в поселок.
– А без придурков нельзя? – провожая взглядом под-
ростка, невольно спросила Женя начальницу.
– Племянники управляющего, – коротко объяснила Нона Григорьевна.
Только тогда Женя вспомнила, где видела белобрысого раньше. Это он маячил у окна их дома когда Василий с председателем обсуждал ближайшие планы. Она хотела было спросить об этом у начальницы, но по лицу бригадирши поняла, что та не расположена к откровениям и промолчала.
Дома Женя занялась изучением инструкции по пользованию мобильными телефонами, усвоив азы, взялась за амбарную книгу и поинтересовалась, во что обходятся такие
разговоры. Услышав приблизительную цену осторожно,
словно гранату понесла свою трубку к коробке.
– У меня в бюджете такой статьи нет!
Василий засмеялся.
– На переговоры твоей зарплаты хватит.
– И только?! – протянула Женя.
Василий уже занявшийся обшивкой потолка опустил очередной лист на пол.
– Не мелочись Женя. Денег у нас больше, чем числится в твоей книге.
– Откуда? – удивилась Женя.
– Оттуда, – хмыкнул Василий и снова принялся за отделочные работы.
Женя посмотрела ему в спину, но спрашивать ничего не стала. Бесполезно.
Немного позже она рассказала мужу о находке – потайном сейфе и даже предложила его найти, но тот сказал, что верит и так, и предложил положить туда к своему капиталу капитал артели, которые они откладывают, чтобы выкупить акции. Эта идея не очень понравилась Жене, но, ладно, в сейфе есть и вторая полка. Да и понятно было – так надежнее.
– Они еще не все знают, – взбодрил он Женю.
– Вася, а нельзя как-нибудь без экстрима? – взмолилась она.
Когда Василий отправился в следующий рейс Женя, подождав, когда траулер скроется за горизонтом, тут же набрала номер его телефона. Он ответил не сразу, но слышимость была хорошая.
– Возвращайся скорее. Мы уже скучаем… Вот и Жучка передает тебе привет…
Женька сунула трубку вертящейся у ног собаке, но та вместо того, чтобы подать голос лизнула трубку.
– Она тебя целует и я тоже, – сообщила она, отклю-чила телефон и бережно положила в коробку, но тут же вынула обратно.
Игрушка ее безумно радовала. Решив обзвонить заодно всех родных и знакомых, Женя отыскала письмо подруги и попыталась набрать обозначенный там номер. Соединение высветилось, но трубку никто не взял. С тем же результатом закончился набор номера собственной квартиры в Питере. Решив, что Клара, вероятно, в Израиле, а мамаша так и не поставила телефон, давно пропавший при невыясненных обстоятельствах, Женя отложила трубку.
Не дозвонившись, она засела за письмо Кларе. Намного дешевле. Эпистолярный труд всегда давался ей легко и, когда она писала письма, возникала только одна проблема – вовремя затормозить. Способность толочь воду в ступе тащилась за ней с детства… Она подозревала, что адресаты, скорее всего, читали ее послания по диагонали, но Клара девочка серьезная, с ней можно и расслабиться…
Первую страницу текста заняли проказы Жучки, которая оказалась породистой восточноевропейской лайкой и, благодаря которой, оставаться одной в доме ей теперь совсем не страшно. На обороте страницы Женя вспомнила о себе…Жизнь ее мало чем отличается от Питерской, разве
что интерьер за окном немного не тот, и до театра далековато, к тому же трамваи ходят редко…, зато она научилась здесь читать. В кладовой обнаружилась целая библиотека. Комплект, правда, оригинальный – от справочника по устройству трактора до трудов Шеллинга. Правда и художественной навалом. Читает все подряд. Даже Голсуорси, которого она еще в юности безуспешно пыталась взять штурмом воспринимается здесь как интересная и красивая сказка… Но полное откровение для нее это, конечно, Генри Миллер. Можно бесконечно читать и перечитывать, правда, с осложнениями. Его словоблудие просто завораживает, а некоторые эпизоды воспринимаются так, что и самой хочется. Телевизор смотрит редко. Он и включается у нее, чтобы узнать прогноз погоды. Погода – это здесь самое актуальное. Хоть и живется ей, как у Христа за пазухой, но эти шторма, и ожидания… Быть женой моряка это что-то! Уже в ЗАГСе каждой, кто отважится написать заявление, на союз с морским бродягой, следовало бы изначально выдавать безразмерную компенсацию. Но, в целом ей здесь не скучно. С мужичками нет проблем – целый ассортимент. От деда Миши, который уже не помнит когда родился, до местного авторитета по кличке Барсик. Как его зовут на самом деле, никто не знает. Этот на самом деле опасный, но у нее тут есть чем обороняться… От кого меньше всего хотелось бы обороняться, так это от парня с рыбовозки, Лехи – он как раз и доставляет письма туда и обратно. Наверное, еще девственник. Правда кому лишать его этого недостатка как-будто бы уже есть. Прицепилась какая-то колючка. Скорее всего, архангельская. Так что шефская помощь, видимо, не понадобится. Но это она так…треплется. По привычке. Василий ее вполне устраивает. В бесконечных перерывах и ожиданиях есть свой шарм. Попыталась было найти себе занятие – завести свой огородик но что-то не очень получается. То забудет рассаду полить, то ее прихватит морозцем. В общем, абориген из нее пока никакой. К этому делу привыкнуть надо. А Ося… Ну, что поделаешь, все они мужики такие! Она сама не очень уверена, что ее Василий сейчас в море, а не на берегу, у какой-нибудь молоденькой потаскушки. Ведь умудрился же в новогоднюю ночь явиться к ней из-под Мурманска на подводной лодке?! Да еще и с цветами! И где гарантия, что он точно так же не обошел все побережье…
