взглядом. – Я бы такое уродство никогда не купил.
– Я бы тоже, – засмеялась Маша.
Наверное, художник хотел сделать кошку веселой, но тварь получилась злобной, как из преисподней.
– Хозяйка у меня хорошая. И берет недорого.
В стенке стояла посуда, какие-то коробки, лежал ноутбук. Книг не было. Ни одной.
Сейчас мало кто читает бумажные книги, но почему-то их отсутствие Машу удивило.
– Хочешь выпить? Я для тебя вино купил.
– Нет, – отказалась Маша.
Лежать у него на плече было удобно. Анатолий обнимал ее одной рукой, а другую подложил под голову.
– А я вообще не пью. Насмотрелся в детстве на пьяных и дал себе слово к спиртному не прикасаться.
Маша потеснее к нему прижалась.
– Я вообще давно свою жизнь спроектировал.
– Как спроектировал? – промурлыкала Маша.
– Знал, что либо в армию пойду, либо в полицию. Потом решил, что в полиции надежнее. Ты представляешь, как мне повезло! Мог бы сейчас…
Маша посильнее к нему прижалась.
– А полиция – она всегда полиция. Пойдем пить чай, – он чмокнул ее в нос и, легко вскочив с постели, натянул джинсы. – С тортом. Я для тебя торт купил.
– А если бы я к тебе не пошла? – улыбнулась Маша. – Сам бы торт съел?
– Ты бы пошла, – уверенно сказал он. Наклонился и потянул ее за руку. – Вставай.
Торт оказался вкусный, а чай так себе. Маша, как и мама, чай в пакетиках не признавала.
Мебель на кухне, как и во всей квартире, была очень старая. На подоконниках лежала пыль.
– Когда мы поженимся, можно будет получше квартиру снять, – Анатолий заметил, как она неодобрительно посмотрела на подоконник. – Полицейским квартиры охотно сдают, меньше риска на проходимцев нарваться.
– Толя… – засмеялась Маша. – Мы не очень долго знакомы.
– Это неважно, – перегнувшись через стол, он погладил ее по шее. – Я на тебе женюсь, Маш. Я так решил.
– А если я не соглашусь?
– Ты согласишься.
Он снова погладил ее по шее, встал и, обойдя стол, наклонился над Машей.
– Мне пора домой, – посмотрев на окно, сказала Маша.
За тюлевой занавеской была темнота.
Уходить не хотелось. Хотелось смотреть в ласковые глаза.
– Мама ждет.
Анатолию тоже не хотелось, чтобы она уходила, но он послушно оделся.
А в подъезде, где было уже совсем ничего не видно, чертыхнулся и напомнил себе:
– Надо позвонить в диспетчерскую.
17 октября, понедельник
Шел дождь, по-настоящему осенний, несильный, но нудный. Обычно Илья на погоду внимания не обращал, когда-то, еще до Любы, даже любил гулять под дождем. В дождь улицы пустели, и он с удовольствием вышагивал по ним, не увиливая от встречных прохожих. Сейчас он порадовался, что сегодня занятий у него нет и можно остаться дома.
Илья включил компьютер, открыл статью, которую прислал один из аспирантов, начал читать. Статья была написана толково, стройные умозаключения умело скрывали полное отсутствие научной новизны. Илья решил статью одобрить. Аспирант был парнем неплохим, вежливым, и доставлять ему лишние проблемы не хотелось.
Даже не так, Илье просто не хотелось лишний раз возиться с аспирантом.
Я не могу больше полноценно работать, равнодушно отметил он. Пора на пенсию.
Что он будет делать на пенсии, Илья не представлял.
– Илюша, у тебя звонит телефон! – крикнула откуда-то жена.
– Слышу, – Илья пошел в спальню, взял телефон с прикроватной тумбочки.
Привычка держать его около себя осталась с того времени, когда он с тревогой ждал звонка сына.
– Илья Никитич, – услышал он Нинин голос. – Здравствуйте. Не разбудила?
– Не разбудила, – улыбнулся он. – Я редко встаю позже шести. Как дела, Ниночка?
– Я вчера разговаривала с прежней Юлиной хозяйкой…
– Ты на работе, Нина? – перебил он.
– На работе, но могу перезвонить вам в любое время.
Он успел забыть, что она умная и чуткая. Поняла, что сейчас ему неудобно разговаривать.
Гена был не прав, когда от нее отказался.
– Я хочу, чтобы рядом была нормальная женщина, – зло объяснял сын. – Я хочу, чтобы рядом была женщина, которая ничего от меня не требует.
Чего от сына могла требовать Нина, Илья не понимал.
Он с телефоном у уха вышел из спальни, заглянул в бывшую комнату сына, потом на кухню. Там Люба пила чай.
– Нина, – прошептал он, показывая пальцем на трубку.
– Пригласи ее, – шепотом попросила Люба.
Жена сильно постарела за последние дни. У него сжималось сердце, когда он на нее смотрел.
– Можешь к нам приехать? – спросил он Нину и мягко добавил: – Мы будем рады.
Нина приехала меньше чем через час.
За последние дни изменилась не только Люба, сноха тоже. Только если Люба постарела, Нина не то чтобы помолодела – современные женщины в ее возрасте все выглядят молодо, – и не то чтобы похорошела, она и раньше была очень эффектной, но почему-то стала казаться новой, незнакомой.
В руках Нина держала торт.
– Господи, как я тебе рада, – целуя сноху, прошептала Люба. – Я уж думала, ты к нам никогда не придешь.
– Я всегда буду приходить.
Хорошо, что он ее пригласил домой. Любе совсем не с кем общаться.
Говорить то, что она собиралась, при свекрови Нина не решалась, Илья сам, разливая чай, поторопил.
– Рассказывай, какие у тебя новости.
– Я разговаривала с прежней Юлиной хозяйкой.
Илья покосился на жену. Люба равнодушно смотрела в стол.
– Гена раньше занимался расследованиями.
– Мы знаем, – быстро сказала Люба. – Его всегда мучила несправедливость.
Гена никогда не обсуждал с матерью свою работу, но ей хотелось считать, что она была в курсе его проблем.
– Да. – Нина немного помолчала. – Я подумала, что Юля могла начать кого-то шантажировать, кого-то из тех, кто фигурировал в Гениных записях.
– У нее была возможность встретиться с людьми из списка? – усмехнулась Люба.
– У нее не было такой возможности, – улыбнулась Нина. – Я и сама это знала, и хозяйка мне объяснила. Она работает в какой-то управе, знает, о чем говорит.
– Почему тебя занимает убийство Юли? Раньше я не замечала за тобой пустого любопытства, – слова Люба смягчила улыбкой.
Нина виновато пожала плечами.
– Как твои родители? – перевела жена разговор на всякую ерунду.
Нина пробыла с ними часа полтора.
– У нее появился мужик, – заперев за снохой дверь, устало выговорила Люба.
– О господи! – опешил Илья. – С чего ты взяла?
– Она завела себе мужика! – жена прошла в Генину комнату, села в кресло и по-старушечьи покачала головой. – Сорока дней не прошло!
– Почему ты так решила? – Илье действительно было интересно.
– Потому что она не похожа на тоскующую жену! – Люба обреченно скривила губы.
Нина показалась ему новой, потому что не была похожа на тоскующую жену.
У Нины появился мягкий и виноватый взгляд, которого
